ФЭНДОМ


The Girl Who Travels the Planet
FF TGWTtP a

Название (англ.) The Girl Who Travels the Planet
Перевод Неизвестный переводчик
Редактирование Леди БугАга
ISBN Отсутствует
Выпуски

Под водой...Править

Аэрис тонула. Лежа с таким выражением, словно она лишь уснула, она медленно и плавно погружалась на дно ледяного спокойного озера. Солнечные лучи танцевали на поверхности озера, над ее неподвижным телом. Они вели себя так, словно хотели присоединиться к ней. Ее доброе лицо больше никогда не озарит полная энергии улыбка. Ее радость и веселье, передаваемое всем, окружавшим её, злость к слабости и нескончаемые слезы печали... Ничего этого больше не появится. Ее тело застыло навеки. Тем не менее, для Аэрис это не означало беспросветный конец. Она наблюдала. Она наблюдала не через свои прекрасные зеленые глаза, а через душу... Она наблюдала своим покинутым телом, душой, преисполненной жизненной энергией. Она наблюдала за тем, как поверхность озера постепенно удалялась от нее. Она наблюдала за тем, как человеческие фигуры их мутного мира пристально смотрят на нее (мир живых существ теперь стал для нее другим миром). Она наблюдала за лицом Клауда, которое говорило о том, что его сердце готово разовраться от горя утраты, гнева и ненависти, взявшими над ним власть.


- Не вини себя. Больше не о чем беспокоиться. Все будет хорошо, даже если Метеор упадет. Не позволяй эти чувствам овладеть тобой. Просто думай о том, как тебе остаться самим собой.

Она попыталась произнести это, но губы ее не двинулись. Не былой такой магии, которая бы могла донести ее мысли духовного тела Клауду, который так быстро исчезал вдали. Свет, мерцающий на поверхности озера, постепенно ослабевал по мере погружения Аэрис. Она плавно опускалась в глубины руин Цетра, Забытого Города. Аэрис, последняя из выживших Цетра выполнила свою миссию - защитила Планету. Ее финальным пристанищем должно было стать место, где нет никаких преград, куда бы она ни решила пойти... 


Глава 1Править

Да. Не имело значения, куда она отправится. Она достигла дна озера, но даже сейчас она продолжала тонуть. Ее физическое тело даже спустя много лет с тех пор, как его покинула жизнь, лежало на дне, присыпанное песком, словно снегом. Это показывало, как в свои небольшие двадцать два года она была отдалена от жизни, для вечности. Ее тело, отделенное от души, теперь медленно возвращалась в Великую Землю в чистых водах. Сознание Аэрис отправилось на следующий, нижний уровень.

Что-то, похожее на пыль, кружило вокруг. Аэрис продолжала погружаться через густой осадок. Единственное, что она видела, была темнота... Но она чувствовала - впереди ждал теплый, чуткий, светлый мир, где она больше не была бы одинокой.

Она скоро поняла, что то, что она ощущала, не было пылью или грязью. Ее чувства приспособились так, чтобы она могла ощущать вещи вокруг нее. Ее пять чувств были на более высоком уровне, проявляя тем самым, ее истинную природу.

Мир, в который она попала, теперь не был темным.

Она очутилась в слабом зеленом свете, обволакивавшем ее. Она сразу узнала то, что увидела. Энергия, раздробленная не на тысячи, на миллионы потоков, текла и циркулировала вокруг каждого укромного уголка Планеты. Свет, который охватил ее, был одним из потоков, отделившийся от остальных. Количество энергии Мако, которую имела Планета, невозможно было выразить словами или числами.

Аэрис наблюдала, как Планета билась за жизнь. Она видела сияние Лайфстрима вокруг. Она узнала источник жизни, к которому все возвращается.

Это было место, наполненное энергией, где бесчисленные души сливались в одно целое. И их знания, опыт и даже воспоминания перемешивались, становясь едиными. Но Аэрис осталась собой. Она была собой, когда сознание мертвых подавало ей знаки, которые она слышала, когда была жива. Она сохранила сознание Аэрис Гейнсборо, которой была, и теперь, попав в Лайфстрим.

Она не знала, как окончится путь.

Как последняя из Цетра, она была важна для Большой Земли. Аэрис говорила с Планетой, слышала ее сознание, бывшее частью Лайфстрима. И оно говорило ей о том, что смерть не является концом жизни, как полагает большинство людей.

Люди думают, что после смерти они станут ничем. Сознание угаснет во тьме. Пробудиться невозможно. Небытие, которое нельзя познать... Они считают, что смерть означает полное уничтожение, именно поэтому люди боятся смерти. Они боятся прекращения своего существования. Даже сознавая, что они всего лишь раса, обреченная на короткую жизнь, все равно многие хотели избежать смерти. Даже те, которые к исходу жизни достигли глубокой старости.

Аэрис знала, что смерть не означала уничтожение. Она даже знала о мире, которого Цетра достигнет в конце, как только выполнит свою миссию на Планете. Поэтому она и приняла смерть без страха, несмотря на предчувствие о том, что должно произойти с ней. Она выполнила свою миссию, значит не должно быть опасений о дальнейшем пути. Ее сердце было спокойно, несмотря на то, что люди, давно потерявшие способность говорить с Планетой, сказали, что она умерла неестественной смертью. У нее не было сожалений и желания избежать миссии, и она все еще была бы жива.

Но  даже зная это, Аэрис все равно была печальна, а сердце было полно боли.

Люди, с которыми она путешествовала, люди, с которыми росла, мать, Эльмира, которая вырастила ее и заботилась о ней в течение пятнадцати лет.  Люди, которых она знала не очень хорошо и люди, которых она могла бы встретить в будущем, но не встретила... Она больше не могла просто проживать свою жизнь. И это было реальностью.

Аэрис знала о том, что печальны были и те, кого она оставила. Они не знали, что ее душа все еще существовала. Они не могли этого знать. Но даже если бы они знали правду, печаль все равно бы осталась. Мысль об общем горе сделала боль невыносимой.

Но еще большую боль в ней вызвали воспоминания о Клауде.

Она хорошо к нему относилась. Сначала, она думала, что он просто был похож на ее первую любовь. Но его вид, голос и индивидуальность отличались, и он заставил ее думать о нем, как о таинственном человеке... А дальше это уже не имело значения. Она полюбила его сильнее, чем когда-либо. Клауд был ее героем, но он не мог уйти от опасности. Она знала его, как скрытного и крутого, но при этом у нее было впечатление, что стоит отвести от него взгляд, как он тут же исчезнет. Ей хотелось бы остаться рядом с ним навсегда, если бы только она могла. Аэрис действительно этого хотела.

Когда она оставила спутников и отправилась в Забытый Город, сердце Клауда походило на яйцо, которое собираются разбить. Не просто расколоть, а вытянуть желток сквозь трещины. Было похоже, что рушится его сознание. Она хотела успокоить его. И если бы она не была последним оставшимся в живых Цетра, она бы так и сделала без сомнения.

Но...

Бледный сереброволосый человек в черном плаще, когда-то бывший героем, стал безумным, приняв желания "бедствия, упавшего с небес" или Дженовы. Он собирался использовать самую мощную разрушительную магию. Призвать Метеор, используя Черную Материю. У Аэрис не было другого выбора, кроме как исполнить миссию, переданную ей предками Цетра. Сефирот намеревался призвать гигантский Метеор, который, конечно, причинил бы огромный ущерб Планете. Создал бы рану, способную уничтожить всю Планету. Разумеется, Планета тогда бы сконцентрировала весь Лайфстрим, чтобы излечить себя. И все это Сефирот хотел сделать своей силой, после чего он остался бы один на один с Планетой и равнялся Богу. Он уничтожил бы всех людей, которых ненавидел до смерти. Будущее Планеты и цикл всей жизни - все бы оборвалось. Аэрис знала это.

Аэрис услышала в шепоте Планеты, что можно сделать, чтобы воспрепятствовать Сефироту. Она знала, что только она, последний  Цетра, может это сделать, и только в глубине Забытого Города она сможет получить знание. Подразумевалось, что она станет самой большой преградой для планов Сефирота.

Это был момент, когда Аэрис сомневалась. Позволит ли она всем людям умереть, или в обмен на свою жизнь, даст возможность избежать катастрофы...  Не думая больше об этом, она приготовилась. 

Когда она сомневалась, оставлять ли Клауда в горе, Аэрис думала о том, что так не спасти ее друзей и других людей в Мире, и решилась. Здесь не было другого выбора. Все это было и для Клауда в том числе.

И так, в одиночестве, она отправилась к алтарю в Забытом Городе, чтобы узнать, что ей нужно сделать. Ответ был - последний из Цетра. Белая Материя, переданная Цетра.... Это словно держало судьбу последнего выжившего Цетра. Материя могла вызвать Белую Магию Святости, которая должна была противостоять Метеору. То была Материя, которую оставила Аэрис ее мать, Ифальна. Аэрис никогда не использовала ее прежде и всегда носила в ленте, никогда не оставляя ее. Ее Белая Материя. Обнаружив это, Аэрис молилась всем сердцем. Через Материю она и говорила с Планетой, пытаясь вызвать Белую Магию Святости, которая уничтожит Метеор.

Любое, даже малейшее колебание могло привести к тому, что ее просьбы не достигли бы Планеты. Но она смогла это сделать. Когда Сефирот напал, поняв ее намерения, все условия вызова Святости были выполнены. Аэрис приняла смерть, которую уже давно чувствовала, также, как меч, пронзающий ее насквозь. Она была спокойна.

Но её пронзил крик...

Это не был ее крик. Если бы это было так, то она почувствовала бы, как ярость находит выход из глубин ее души вместе с кровью, льющейся из горла. Нет. Это был звук разбивающегося сердца Клауда. Крик его сердца, которое никогда не смогло излечиться от печали и вины, которые остались после смерти Аэрис и ненависти к Сефироту.

Она была удивлена его горем и даже немного счастлива от  того,  что он так много о ней думал, но еще Аэрис почувствовала боль, которая была намного сильнее. Не было ничего, что она могла бы сделать, чтобы смягчить страдания Клауда, и боль отзывалась в ее сердце, несмотря на то, что она была в Лайфстриме.

Хотя она потеряла тело, она ощущала боль, создавая мысленно свой образ. Аэрис посмотрела вниз, положив руки на пульсирующее сердце... Неожиданно она поняла - все вокруг нее было проявлением бесчисленных сознаний. Было множество голосов и воспоминаний. Все вокруг здесь было таким удивительным, что она никогда не чувствовала подобного в церкви в Мидгаре. Также, как и она, души тех, кто умер, возвратились к Планете и находились здесь вместе со всеми. Но не было никого, кто имел бы форму, образ человека, который она воссоздала себе. Насколько Аэрис могла видеть, только она сохранила свой прошлый образ в тумане энергии, полной различных сознаний.

"Интересно... Это, потому что я - Цетра?"

Слова шепотом изошли из Аэрис. Слова и мысли здесь были одним и тем же. Ее мысли и чувства были выражены в волнах, которые она испускала. Точно так же, как и огромное количество воспоминаний в Лайфстриме, настигавшее ее, как все волны. Она слышала шепот вокруг себя, как если бы она не сохранила свое «Я», а потерялась и больше не знала, какое сознание принадлежит ей.

"Надеюсь, мои слова дойдут до Клауда..."

По щекам скользнуло легкое сердитое дуновение, но ее не касался  хаос чужих сознаний, существовавший в море воспоминаний и знания энергии Мако. Аэрис научилась терпению, когда, будучи совсем еще юной, слушала голос Планеты. Она поднялась так, чтобы сохранить свое сознание и не потерять индивидуальность. Она поняла, что возвращение к Планете зависело от того, была ли она отделена как "целое". Также,  как капли дождя падающие в реку, сознания сливаются и не различаются больше. Не зная, как понять, она думала, что это странно: как ее душа все еще могла оставаться собой в огромном море сознательной энергии.

"Но в Лайфстриме должны быть еще Цетра, такие же, как я. Моя мать умерла, а она также была из Цетра... Но прошло пятнадцать лет. Может быть  придет время, и я тоже исчезну и приду к Планете."

Наклонив голову, она еще немного подумала об этом.

"Смогу ли я поговорить с Клаудом? Сказать ему, что со мной все хорошо... Доброе, но странное высказывание - все хорошо. Но, быть может, я могу быть честной, быть собой - только здесь?"

Возможно, она смогла бы признаться Клауду в своей привязанности. Тогда они могли бы быть похожи на влюбленных... Во время жизни в Мидгаре она чувствовала множество душ, пытающихся найти любовь. Те, кто еще имел чувства, и те, кто оставил такие чувства, могли бы попытаться сильнее сохранить сознание в целости.

"Но значит ли это, что я исчезну сразу после того, как встречу Клауда? Я удивлюсь если это то, что должно произойти, или... Осталось еще что-нибудь, что я должна сделать?.."

В этот момент Аэрис почувствовала удар волны, похожий на удар током. Она сжала руку в кулак и ударила в ладонь другой руки. И хотя это было только в ее воображении, удар ее рук, она могла его ясно слышать - "удар".


"Должен же быть какой-то смысл. У всего есть значение. Должна быть какая-то причина, почему я не слилась с Лайфстримом и почему я все еще здесь. Похоже на то, что я была единственной в мире, кто мог вызвать Святость из Планеты... Может быть, все еще что-то осталось, что я должна сделать."

Как только эта мысль возникла в ее сознании, Аэрис почувствовала небольшое волнение от Планеты. Оно не было конкретным, но Планета как будто хотела подтвердить то, о чем она думала.

"... Я вижу. Интересно, что это..."

В ответ - тишина. Но Планета все же должна была знать, что это такое было.

Аэрис улыбнулась. Расцвела улыбкой как цветы, которые она продавала в трущобах. В нежном сиянии, улыбка, которая была любима каждым, сладко цвела.

"Это - хорошо. Все еще есть люди, от которых я не хочу быть отделенной. Я не могу сейчас спать. Пока время не придет, я буду блуждать здесь, в Планете... На нашей Земле Обетованной..."

Желание Аэрис послало ее мысли в небо... Она смотрела вверх. Частицы Мако плавали и сновали, вокруг напоминая ей ночное небо. Она смотрела вверх в небо, как тогда, сидя рядом с Клаудом возле костра в Космо Каньоне.


Глава 2Править

В мире Мако понятие времени и расстояния отличалось от этого понятия на поверхности Планеты. Аэрис это знала.

Время, казалось, текло медленно, но если она хотела, оно могло также пролететь мимо. Прежде всего, потому, что проведение времени в Мако не имело никакого значения. История Планеты состояла из накопленных воспоминаний, слитых вместе. Были воспоминания настоящего и прошлого. Не было никакого пути, на котором Аэрис могла бы увидеть каждое из них отдельно, но события, наполнявшие воспоминания, обогнали время, хотя и были связаны вместе. Это значило, что время двигалось в будущее. Жизнь продолжалась. Этот цикл показал ей, как время текло от периода к периоду.

Все было связано с Планетой через Лайфстрим. Поток Мако-энергии достигал даже самых отдаленных мест, но были места, находящиеся очень близко, до которых все же энергия не могла достигнуть. Были области, куда не могли попасть даже вьющиеся потоки Мако, Мако-фонтаны. Аэрис думала, что это ошибка из-за Мако-реакторов. Энергия никогда не предназначалась для использования, но если реакторы продолжали вытягивать ее силой, то баланс должен был нарушиться. Если бы Планета могла помочь людям облегчить жизнь, то, вероятно, так бы и сделала. Корпорация Шинра зашла слишком далеко. Если ее жадность будет продолжать разрастаться, то равновесие жизни на Планете нарушится... Аэрис вспомнила Мидгар,  пропитанный  Мако насквозь, и цветы, которые цвели только в церкви.

"Именно поэтому Шинра хотела знать, где Земля Обетованная. Земля, полная Мако-энергии, и только Цетра знали, как можно туда попасть... Это место здесь. Этой Земли каждый достигает в конце, когда возвращается к Планете... Обетованной Земли, откуда Шинра хотела выкачать всю энергию, никогда не существовало, так? Это было просто заблуждение…"

Она тихонько бормотала, позволяя себе плыть с Лайфстримом. Она внимательно рассматривала мир Мако, который был постоянно в движении. В нем происходили небольшие изменения.

"Та Земля Обетованная, что Сефирот имел в виду, была превосходной. Он хотел создать это силой. Собирался ранить Планету так, чтобы вся энергия собралась в одном месте. Так, чтобы он сам мог управлять Планетой. Сефирот хотел..."

Аэрис задрожала, представив себе, на что могла бы походить Планета, если бы это произошло:

- "Интересно, как там Клауд и другие... Надеюсь, Тифа и Клауд не слишком много берут на себя, следуя за Сефиротом..."

- "...Клауд? Тифа? Баррет?.."

Волны сознания окружили ее, реагируя на слова Аэрис. Она помчалась в ту сторону, откуда пришли волны. Она сделала так потому, что впервые натолкнулась на другую форму, осознающую себя особенной. Когда Аэрис достигла места, откуда распространялись волны, она увидела смутный, неясный образ. Он был совсем нечетким, но она различила в нем образ женщины.

- "Вы знаете их? Кто Вы?.."

- "Я..."

Казалось, что ее память запуталась. Такое было возможно, потому, что большая часть ее души уже слилась с Мако. Только само ядро еще не распалось и плавало целым.

- "О! Мне стоит представиться для начала. Я - Аэрис. А, вы, наверное, один из членов ЛАВИНЫ?"

- "ЛАВИНА?.. Да, да, верно…"

Ее воспоминания стали восстанавливаться, отделяясь от Моря Мако. Осознание того, кем она была, быстро вернуло ей форму и цвета, которые были у нее на поверхности. Словно Аэрис имела на нее какое-то влияние.

По сравнению с Аэрис, она все еще была слаба, но уже выглядела как человек, на ней проявлялась одежда, которую она носила прежде. Ее волосы были собраны в хвост,  чтобы не мешали, а одежда напоминала форму солдата. Она тоже попала сюда совсем молодой, наверное, она была ровесницей Аэрис.

- "Как глупо... я себя забыла... Я - Джесси из ЛАВИНЫ. А... Вы, мисс Аэрис?"

- "Вы можете звать меня просто Аэрис?"

- "Спасибо, Аэрис. Вы знаете Клауда, Тифу и Баррета, не так ли? Как они? Они все еще борются с Шинра? О..."

Джесси покачала головой, извиняясь. "Вы же похожи на меня теперь, если вы здесь..."

- "Не волнуйтесь. Я уверена, они в порядке…"

Она изменила свои мысли, стараясь не думать о Клауде. Здесь она не могла лгать, так что лучше было просто не думать о нем.

- "Баррет очень переживал, все это время. Из-за того, что вы все погибли... Вы, ведь, были одной из тех людей из Лавины, пытающихся защитить Седьмой Сектор, да? Я тогда успела встретить только Веджа..."

- "Веддж?!"

Глаза Джесси расширились:

- "Да, и еще Бигс! Мы втроем попали сюда, но потеряли друг друга из виду...  Да, всего мгновение назад я не помнила ничего, пока не встретилась с вами, Аэрис."

Словно направляемые воспоминаниями Джесси, начали проявляться еще две фигуры. Двое мужчин, один с тонкой бородкой и второй, крепкого телосложения:

- "Оу! Не гони!"

Бигс, мужчина с бородкой, посмотрел на свои руки:

- "Я - все еще Я. А то я уже думал, что исчезну."

- "Я так счастлив, что снова вижу вас двоих! И... Это вы, которая возилась со мной тогда? Мисс...Аэрис? Вы тоже умерли?"

Аэрис лишь с улыбкой кивнула в ответ.

- "Это было давно, мистер Ведж. Приятно познакомиться с вами, мистер Бигс. После тех событий я присоединилась к ЛАВИНЕ, так что по отношению к вам я могу считаться новичком, согласны?"

- "Хмммм, это показатель того, как высок уровень смертности среди участников ЛАВИНЫ, верно?"

- "Баррет все еще топчет землю. Как он? Он добрый малый..."

- "Новичок? Я рад! Я всегда хотел быть старшим!"

После этого Аэрис рассказала, с чем боролась ЛАВИНА, кроме корпорации Шинра. С тем, кто был гораздо опаснее, более известный, как Сефирот... Она рассказала, как они оставили Мидгар, чтобы остановить его амбиции относительно Планеты.

- "Так Клауд теперь старший... Я только рада."

- "Хехе... Он, крутой парень, но я знал, что он присоединится к нам."

- "В смысле, и мистер Клауд тоже новичок? Ему придется быть сильным, чтобы вести дела."

Среди духов членов ЛАВИНЫ возникло большое оживление. Они смеялись и улыбались. Но Аэрис все же заметила их печаль. Глубокое раскаяние связывало всех троих вместе.

- "Что случилось? Все в вас говорит о вашей боли..."

- "...Это из-за того, как мы прожили свои жизни. Теперь мы уже не сможем  искупить свою вину."

Джесси печально опустила глаза, а Бигс продолжил:

- "Мы присоединились к ЛАВИНЕ, потому что разделяли ее цели и идеи. Мы думали, что жертв нельзя избежать, если мы хотим остановить Шинра. Но мы заблуждались. Это стало понятно, когда мы прибыли сюда... Вы знаете о взрыве Мако-реактора в Первом Секторе, Аэрис?"

- "Да... Первый Сектор находился рядом с трущобами, в которых я жила. Нам не рассказывали об этом, но я слышала, что много людей погибло..."

- "Тогда мы думали лишь о том, что они все получили то, что заслужили. Ведь они все работали на Шинра на верхней пластине. Но теперь мы тоже здесь, и нет никакой разницы: работали мы на Шинра или не работали. Поэтому мы стали думать о том, почему всё это произошло. То, что мы действительно делали, это кричали, как пьяницы, свои лозунги и мнения. Мы сильно преувеличивали то, как мы спасаем Планету..."

- "...Я тоже не хотел об этом думать. Я не хотел играть лишь незначительную роль в жизни. Я хотел сиять. Присоединившись к ЛАВИНЕ, я думал, что смогу быть героем, который может спасти будущее Планеты... Я никогда не представлял себе, что это повлечет за собой. Это были просто глупые мысли..." , - Ведж растерянно опусти голову:

- "План был создан старой ЛАВИНОЙ, которой больше нет..."

Джесси продолжала с горечью:

-  " в ЛАВИНЕ было еще много членов, и они были более действенной группировкой. Мы только унаследовали имя группы сопротивления, "ЛАВИНА" от  тех людей, которых больше нет. А руководство, как делать бомбу, и планы ее установки -  это было составлено на компьютере. Мы взяли готовый план, я хорошо разбиралась с машинами и решила попробовать это... Но я думала, план предназначался только для того, чтобы просто уничтожить  Первый Мако-реактор. Люди, придумавшие ужасный план, ненавидели Шинра. Они ненавидели ее так, что готовы были идти на любые жертвы... Я должна была понять это. Баррет ничего об этом не знал…"

- "Именно поэтому мы..."

Бигс удрученно посмотрел вверх:

-  "Поэтому мы хотели слиться с Планетой сразу. Мы хотели исчезнуть. Теперь я помню. Но это было невозможно... Борьба Баррета была направлена на то, чтобы спасти как можно больше людей... Мы не можем ничего сделать, чтобы искупить наши грехи. Мы можем только оставаться здесь и продолжать страдать..."

- "Оказавшись здесь, было легко забыть прошлое, потому что мы сами этого хотели."

- "Только это не сработало. Когда у нас появился шанс стать такими, какими мы были, мы вернулись. Хоть мы и не такие ясные, как вы... Это как проклятье."

Они засмеялись над собой, вздыхая в конце.

Аэрис попробовала их успокоить:

- "Все иногда поступают неправильно. И я ошибалась, продавая цветы за деньги..."

- "Хммм... Я не думаю, что мою ошибку можно сравнивать с этим."

- "Но ведь вы все страдали все это время, осознав свои ошибки..."

- "Спасибо за участие, Аэрис. Но это позор для нас, как более старших в ЛАВИНЕ. Любой, после подобного разговора, чувствовал бы себя неловко."

- "Я, правда, не могу простить себя. Наверное, именно поэтому я здесь".

- "Быть может, когда-нибудь мы сможем вернуться в Планету, но не сейчас. Вам лучше уйти, Аэрис. Вы должны быть в хорошей форме, потому что еще осталось кое-что, что вы должны выполнить. Мы переживаем, и наши воспоминания перейдут к вам."

- "Нет, я..."

- "Теперь мы будем страдать еще сильнее, Так что идите, пожалуйста."

Джесси ошибалась. Аэрис знала, что как бы далеко она ни забралась, она все равно будет чувствовать их боль.

Призраки трех человек исчезали. Из глаз Аэрис хлынули слезы, а с губ слетело: "Пожалуйста, позвольте мне хотя бы рассказать. В тот день многие сумели выжить, сбежав, потому что вы, трое, упорно защищали опору Седьмого Сектора. Я уверена, что количество людей, которые выжили, было больше чем умерших в Первом Секторе... И я тоже смогла спасти Марлин благодаря вам. Возможно, этого не достаточно, чтобы освободить вас от вины…  Я знаю, что жизни людей - это не математическое уравнение, которое вы решаете, но... Пожалуйста, поймите, что на вас лежат не только ваши ошибки..."

- "....спасибо, Аэрис." - голос кого-то, более не различимого в тюрьме, которую они избрали для себя. Они погружались в море воспоминаний.

Аэрис вытерла слезы и снова начала движение. Она молилась, чтобы души членов ЛАВИНЫ обрели покой.


Глава 3Править

Аэрис не знала, сколько времени прошло на поверхности. Наверное, уже прошли дни с тех пор, как она повстречала Джесси и других. Или это было всего мгновенье назад?

Она задавалась вопросом, могла ли их боль излечиться сама. Размышляя над разными вопросами, она продолжала исследовать подземный мир. Она плыла в Лайфстриме в Море Мако в недрах Планеты.

Когда она увидела еще один фантом, у нее перехватило дыхание.

В вихре слабого свечения, отражаясь от стальной трубы, мерцали блики. Присмотревшись, она поняла, что это протез. Сердце Аэрис сжалось, она подумала, что это Баррет, оставивший мир живых. Что теперь будет с Марлин, которая сбежала из Мидгара вместе с приемной матерью Аэрис, Эльмирой?


- "Марлин!"

Волны от мыслей Аэрис, распространяясь вокруг, достигли фантома. Крепкая фигура мужчины с оружием, прилаженным к культе левой руки, отделилась от Мако. Оружие испускало холодное сияние, внушая страх, словно было настоящим. Нечеткий образ мужчины был запятнан красным.

- "Вы?.."

- "Мы встречались прежде? Вы знаете имя Марлин?"

- "Мы действительно встречались, мистер Дайн."

Дайн был губернатором Тюрьмы Корел. Земли изгнанников. Земли, полной песка и мусора. Когда-то давно он был близким другом Баррета. После того, как Шинра уничтожила его родной город, он впал в безумие и убил многих невинных людей.

- "А! Я узнал. Ты та девчушка, которая была с Барретом. Но это означает, что ты тоже умерла... Мне жаль!"

Трудно было поверить в эти слова. Говоря это, Дайн смеялся:

- "Я даже не предполагал, что после убийства стольких людей, я окажусь в том же самом месте, куда попадешь и ты! Этот мир полон абсурда! Какая нелепая Планета! Все должно быть разрушено!.."

- "Неужели вы верите в то, что говорите?" -  Аэрис стояла, в отличие от Дайна. Приподняв в удивлении брови, она сказала:

- "Ведь, несмотря на всё, вы действительно переживаете и заботитесь о Марлин."

- "Забочусь? Девочка, ты -..."

- "Я - Аэрис."

- "Хехех... Ты - сильна... Моя левая рука - все, что осталось мне от прошлой жизни. Хорошо. Я буду звать тебя так, как ты себя называешь. Ты слышала, что я говорил тогда, верно? Разговор с Барретом? Когда я пытался все уничтожить… я хотел забрать Марлин с собой, сюда."

- "Вы лжете! Вы просто обманывали."

- "Разве я могу лгать здесь? Я серьезно думал об этом тогда, когда бросил вызов Баррету на смертельный бой."

Некоторое время Дайн громко смеялся над тем, чем он поплатился за всё своей рукой.

- "Я благодарен Баррету за это! И хотя меня поглотил Мир, который я хотел уничтожить, я не хотел обрывать свою жизнь. Вместо этого я использовал бесполезных людей, заключенных на земле изгнанников, которые боялись всего."

- "...."

- "Теперь видишь, Аэрис? Беспомощное, сломанное проявление мужчины, которого даже Планета не принимает. Планета, к которой уже вернулась моя жена Элеонора. Я поручил Марлин Баррету. А то, что произошло с Планетой впоследствии, не имеет никакого отношения ко мне."

- "...."

Глядя на притихшую Аэрис, Дайн смеялся над тем, как заставил ее отступить. Но, почувствовав, что она не сводит с него глаз - перестал. Он понял, что не сумел поколебать ее мнения и решимости, а от жара в пристальном взгляде ее нефритовых глаз, безумие отступило.

- "Вы пусты."

- "Что ты сказала?"

- "Я повторю. Вы совершенно пустой. Вы трус, боитесь вернуться в Планету, чтобы дать начало новой жизни. Вы просто плаваете кругами, кувыркаясь и ни о чем не думая. Для вас это проще всего."

Пристально глядя на  Дайна, Аэрис двинулась вперед. Под давлением силы ее глаз, он отстранился, закрывая лицо руками.

- "Баррет тоже обменял свою руку на оружие. Он сказал, что уничтожит Шинра. Поэтому его руки тоже запятнаны кровью многих людей. Но он не сходил с ума. Вместо этого он пытается спасти Планету. Пытается защитить Мир, чтобы жила Марлин и другие. Он не пытается убежать!"

- "...подстраиваться под события - это сила простака."

- "Так ли вы с Барретом различны?"

Дайн застонал от ее вопроса, пробуждаясь от своего опьянения. Это было то, что он ненавидел больше всего... Он был одурманен все это время так, что не помнил себя, но прямой пристальный взгляд Аэрис, рассеял туман безумия вокруг него. Броня его сердца рушилась.

- "Я пропах кровью тех, кого убил голыми руками. Разве ты не видишь? Они все еще цепляются за меня... Если я попробую вернуться в Планету, они будут тянуть меня назад."

Красный туман, который вился вокруг фигуры Дайна, внезапно изменился в липкое вещество. Все четыре года с тех пор, как был разрушен Корел, он нисколько не заботился о том, сколько ненависти создал и теперь был пропитан кровью. Это и была печать греха, заставившего Дайна броситься в обрыв.

- "Как я могу хотя бы подумать о начале? Все, что мне остается - это пребывание в безумии. Вся ненависть, которую я создал, топит меня в безумии! Разве я неправ?"

- "Неправы."

Она приблизилась к Дайну. Протянув руку, она коснулась кровавой пелены, окружавшей его.

- "Эта кровь создает ваше чувство вины. Жизни тех, кого вы убили, давно вернулись в Лайфстрим. Вы не можете забыть содеянное, но нет никакой причины, мешающей вам начать заново. Я уверена в этом."

- "...."

В том месте, где Аэрис коснулась кровавой завесы, кровь исчезла, а следом стала исчезать левая рука Дайна.

- "...смогу ли я когда-нибудь слиться с Планетой?"

- "Уверена, что сможете."

- "И когда Марлин окончит свой жизненный путь и прибудет сюда, я смогу поприветствовать ее как часть Планеты?"

Аэрис улыбалась, кивая:

- "Конечно. Вы же начнете все заново. Все будет хорошо."

Едва различимое прежде  лицо Дайна, теперь стало совсем ясным. Оно отличалось от лица того человека, которого Аэрис встретила в Тюрьме Корел. Это было настоящее лицо человека, который искренне любил свою семью и родной город, больше чем кого-либо еще.

Он не мог вернуться к тем мирным временам, когда мог работать в шахтах Корел, пока не случилась трагедия. И Дайн, и Аэрис знали это. Но даже в этом случае в сердце человека может восстановиться покой. Нужно лишь принять грустные и болезненные воспоминания. Если бы люди не могли этого сделать, тогда сумятица распространилась бы по всему миру.

- "Что я могу сделать в этом Море Мако? Нет, я знаю, что я должен сделать... Я продолжу думать о тех, кому стал причиной смерти. Думать до того дня, пока не смогу слиться с Планетой."

- "Да, я думаю, что это хорошая идея."

- "Аэрис, я сожалею, что плохо сказал о тебе. Я рад, что встретился с тобой."

- "Вы не сделали мне ничего плохого."

- "Ты и правда, смелая."

Впервые Дайн улыбнулся искренне и спокойно, его образ исчезал, как исчезло оружие на левой руке:

- "После всего, что я пережил после смерти, я, наконец, могу перестать отворачиваться от Баррета и Марлин. Разреши мне выразить тебе мою благодарность..."

Аэрис увидела, как частицы Мако окружили Дайна, погружающегося в Лайфстрим. Частицы кружили и толпились, как будто сознавая, что делают. Аэрис расслышала слабый, полный удивления, голос Дайна: "Элеонора?"

Теперь Аэрис снова могла вернуться к своему путешествию.


Глава 4Править

До сих пор  Аэрис думала, что Лайфстрим не имеете запаха.

Ее душа обладала пятью чувствами: слух, он помогал различать волны сознания, которые доходили до нее, зрение, чтобы воспринимать образы. Осязание, благодаря которому она могла прикоснуться к вещам и ощутить их. Можно было бы сказать, что это просто разновидность зрительного восприятия, хотя это и не так.

Хотя во вкусе не было никакой потребности, она знала, что он все еще действует, также, как и обоняние. Оно работало, не смотря на то, что нигде не было настоящих запахов. Даже кровь на Дайне была чисто символической. Аэрис с грустью подумала о том, что даже цветы в этом месте не будут иметь запаха.

Но очередная встреча с другой душой развеяла такое предположение.

Во все стороны от нее исходил сильный запах гниения. Сильный неприятный гнилостный запах разложения. От этого зловония начинало мутить.

Это было место, которое Мако обходило стороной. Лайфстрим не был способен преобразовать останки этой души. Аэрис различила образ старика:

- "Я хорошо помню это лицо."

Также, как в своей прошлой жизни, этот человек был одет в дорогой костюм, покроем соответствовавший его характеру. Аэрис увидела, что его образ был почти таким же четким, как у нее. Только его вещи были более ясными, чем лицо. У него были полные щеки и усы, а голос дребезжал, как у старика:

- "Ваше имя.... Хотя, не имеет значения. Вы та девочка, в венах которой текла кровь Древних. Я угадал?"

- "Это не важно."

У Аэрис не было ни малейшего желания называть ему свое имя. Человек перед нею был бывшим лидером корпорации Шинра, Президентом Шинра, абсолютная власть которого превзошла над ним, управляя нацией.

- "Я вижу, вы тоже попали сюда. Вы умерли, как я?"

Президент, неспособный сдержать восторг, продолжил:

- "Мы воссоединяемся в конце, после смерти, словно нас послали из жизни вместе. Планета действительно знает, что делает. У меня такое чувство, словно мне дали что-то очень важное."

- "Дали что-то важное?"

Это было похоже на то, что говорил Дайн в начале. Но если в случае с Дайном, цинизм был направлен только на него, то старик был не такой. Ощущая его мысли, Аэрис видела, что Президент Шинра действительно пытался получить выгоду из своего теперешнего состояния.

- "Вы не понимаете? Древние более глупы, чем я думал. Хорошо, что вы отказались от сотрудничества с корпорацией. Какая жалкая, унылая жизнь!"

- "Вздор! Я не считаю свою жизнь жалкой и несчастной."

Старик разразился противным смехом, словно считал, что выставил Аэрис в самом не выгодном свете:

- "Возможно, незнание достижений и потерь - счастье по жизни. Но если подумать? После того, как вы вместе с вашей матерью сбежали от Ходжо, вы почти пятнадцать лет провели в трущобах среди свалок мусора. Когда Турки вас нашли, вы могли обрести роскошную жизнь на верхнем уровне плиты, стоило только присоединиться к нам. Ходжо мечтал о проведении эксперимента, поэтому я и отдал приказ следить за вами. Но если бы вы сами согласились сотрудничать, я бы обеспечил вам опеку и уход, особые привилегии. Так, что вы думаете об это сейчас? Прожив свою жизнь в трущобах, спутавшись с ЛАВИНОЙ, умерев, так и не зная, какой роскошью могли себя окружить. Вы все еще думаете, что ваша жизнь не была жалкой?"

- "Вы слишком самоуверенны, давая оценку..."

- "Я знаю, что я прав. Если вы посмотрите на это трезво, то, конечно, согласитесь со мной."

Он довольно усмехнулся и продолжил:

- "Нет никого, кто был бы более удачлив по жизни, чем я. Обладая острым умом, я смог расширить корпорацию от маленькой компании, производящей оружие, до того, чем она является сегодня. Поворотным моментом стало обнаружение возможности использовать энергию Мако, и развитие реакторов Мако, добывающих энергию. Все это обеспечило власть над людьми, подняв стандарты жизни и тем самым подчинив их. Поняв все удобства такой жизни, люди уже не смогли отказаться. И мы, компания Шинра, управляя энергией, немедленно расширили масштаб нашей компании. Простой рекламой мы собрали все таланты, которые хотели. Планирование строительства Столицы, программы исследования космоса... Люди все делали для меня. Я использовал их. Они были подобны свите короля. Даже СМИ, обратив внимание публики на нас, могли только лишь идти за Шинра. Мы монополизировали энергию Мако, и все было в наших руках. Шинра подняла страну, а я утвердился на троне, где никто никогда не стал бы критиковать меня, независимо от того, что я делаю. Я мог уничтожить всех дураков и неограниченно богатеть, равняясь правителю мира! Я не возражал бы пожить подольше, но не стоит теперь заморачиваться этим. Так, что вы думаете теперь, Цетра? Вы понимаете, кто из нас извлек большую пользу из жизни? Или скорее, какой жалкой была ваша жизнь?"

- "Хммм... Может быть..." - то, что Аэрис действительно поняла, так это то, что старик имел представление о счастье, отличавшееся от ее. Счастье, о котором он говорил, касалось вещей. Он хотел иметь возможность бесконечно увеличивать свою выгоду. Даже находясь здесь, президент Шинра продолжал думать о том, как использовать Мако. Он относился к тем, кто не мог радоваться и понимать счастье других.

Указывать ему на это Аэрис не собиралась. Если это было пределом его желаний, то тогда ему нельзя было помочь. Он не мог отнять руки от богатства, которое копил, и, как мусор, разлагался, испуская зловоние вокруг себя. Старик не сознавал того, что он был в плену своих амбиций. И даже после смерти, они не оставили его.

Постоянно сравнивая себя со всеми, Президент был разочарован тем, как безучастно отнеслась к нему Аэрис:

- "Было неосмотрительно разговаривать и сравнивать себя с таким глупым человеком, как вы! Я взбешен. Убирайтесь отсюда быстро, если вы не в состоянии понять, о чем я говорю!"

- "С удовольствием."

Этот старик не мог быть спасен. Он хотел оставаться на вершине, среди своих гниющих желаний. Оставаться там еще долгое время. Аэрис отвернулась от Президента, собираясь вернуться к своему путешествию, но произошло что-то странное. Необычная волна отделилась от Лайфстрима наперекор Морю Мако, яростно всколыхнув его. Эта волна походила на импульс.

-"Что это!?"

Аэрис обернулась, услышав крик старика.

Фигура Президента стремительно исчезала вдали. Он не был в Потоке. Что-то увлекало его за собой, не давая остановиться.

Испустив протяжный крик ужаса, Президент Шинра исчез.

Аэрис снова почувствовала импульс. Теперь она его узнала. Это была волна того, кто оборвал ее жизнь в Забытом Городе. Он тоже был в Лайфстриме.

- "Сефирот..."

Сереброволосый ангел-отступник улыбнулся, словно вручая душу дьяволу. И в этот момент Аэрис поняла - опасность не исчезла.

Святой, к которому она взывала, еще только начинал действовать. Волна шла от шрама Планеты, оставленного много лет назад. Сефирот был в Северном Кратере, "Обещанной Земле Дженовы", ожидая момента перерождения.

Вызванный Черной Магией Метеор, несущий разрушение, был на пути к Планете. Дьявольский молот спускался с небес, призванный расколоть Планету.


Глава 5Править

Клауд падал в Лайфстрим.

Он не умер, и не был душой. Он падал в Море Мако живой, не оставив свое тело. Он был без сознания.

В Северном Кратере он узнал, что его воспоминания не были настоящими. Что он был просто куклой безумного ученого, привившего ему клетки Дженовы. Что он был сделан, дабы помочь восстановиться Сефироту, но как опыт, он оказался неудачен, образец без номера.


Подобно хламу, он был брошен в Мидгаре, где встретил Тифу Лоххарт, "настоящего" друга детства. Тогда, с возможностью Дженовы дублировать воспоминания, его сознание "скопировало" то, что Тифа знала и помнила о нем. Пробелы заполнили собственные воспоминания того, что он знал о Солдатах. Именно так, основываясь на мыслях Тифы о молодом человеке, существующем в ее сознании, появилась измененная личность Клауда Страйфа. В то время "Клауд" создал себе ложный образ, чтобы, имея в себе множество противоречий, не поддаваться сомнениям.

Но, ложь раскрылась.

После контакта со многими клонами Сефирота в сознании Клауда появилось много подозрений. А после смерти Аэрис он больше не смог сдерживать свои сомнения, которые стали выходить из под контроля. При помощи гнева, направленного на Сефирота, он смог их подавить, но только до того момента, пока не встретил настоящего Сефирота.

В Северном Кратере до встречи с Сефиротом, Клауд увидел Дженову в его облике, которая разрушила  ломкий образ "Клауда Страйфа". И сразу после этого он сам передал Сефироту ключ к вызову Метеора, Черную Материю.

Помощь врагу, которого он ненавидел и делал все, чтобы остановить его, разрушила сознание Клауда окончательно. Его ложное Я разбилось на части и осталось только отчаяние от того, что он был никем, всего лишь неудачным клоном Сефирота.

Итак...

Что же случилось с его потерянным «Я» после того, как он попал в поток Мако, содержащий общие воспоминания Планеты?


Он был похож на губку, впитывающую жидкость. Пробелы в его в сознании и бессмысленные воспоминания потерялись. Это состояние, похожее на опьянение, оказалось реакцией на отравление Мако. С разрушенным сознанием Клауд плыл в Лайфстриме. Но живому не было места в Потоке, и он попал в один из естественных гейзеров энергии Мако вблизи побережья у деревушки Мидил. Теперь, с травмированным сознанием, он был разбит окончательно.


Аэрис знала причину, по которой Лайфстрим не мог приблизиться к некоему месту. То был барьер, который установил Сефирот, оградив огромный шрам на Планете, появившийся после упавшего с небес Бедствия, Дженовы, прибывшей на метеоре. Теперь вокруг него собиралось много энергии, чтобы излечить шрам, становясь своеобразной колыбелью для восстановления Сефирота. Потоки Жизни образовали неестественный водоворот, делая невозможными попытки приблизится.

Аэрис хотела поговорить с Клаудом, видя его живое тело в водовороте. Пыталась все то время, пока Лайфстрим нес его к Мидилу. Но потерянный, наполненный отчаянием Клауд не мог слышать ее голос, также ,как тогда, в Забытом Городе.

Беспомощно наблюдая, как Клауд возвращается к поверхности, Аэрис в тревоге стояла в море Мако.


"Как я могу спасти Клауда? Как я могу остановить Метеор? Я не думала, что Святой задержится... Что я могу сделать? Скажи мне, Клауд..."

Аэрис кричала, думая, что ее слова не дойдут до отчаявшегося Клауда. Его разрушенное сознание не могло восстановиться. Если не он был Клаудом, тогда кто был им? Зная его, как бывшего Солдата, не было ничего другого, что она могла бы предположить. Ее охватило чувство беспомощности, невыразимое словами.

"Клауд, я так скучаю..."

Ее шепот отозвался волнами в море Мако.

Снова и снова в памяти всплывали воспоминания о Клауде.

"Я чувствовала что-то странное, связанное с ним. Неужели это была часть его ложного образа? Неужели Клауда в действительности не существовало?... Нет, это не может быть правдой. Были вещи, о которых мог думать и знать только Клауд. Вещи, которые он делал, потому что был собой. Он никогда не был пустым, как кукла!"

Но понять истину она не могла. Ее мысли пошли по кругу. Аэрис копалась в своей памяти, выуживая все, что было связанно с Клаудом. Воспоминания, показывающие его индивидуальность. Его поступки. Она вспоминала все его действия одно за другим.

Большая часть ее мыслей слилась с Морем Мако, и в ответ на это в нем пробудился очередной образ. Душа узнала человека, которого она вспоминала, и проснулась.

- "Это ты, Аэрис?"

Поначалу Аэрис не признала голос - слишком уж это оказалось неожиданно. Она обернулась в панике, перед нею было лицо, которое она не видела уже почти пять лет. Он был тем, кого она полюбила впервые. Теперь же самый дорогой друг, о котором она давно ничего не слышала. Его образ она видела в Клауде. Зак, синеглазый, в форме СОЛДАТа, появился перед нею. Его образ не был таким же плотным как ее.

- "Зак! Неужели ты тоже мертв?!"

Хотя обычно Аэрис не задавала очевидные и бестактные вопросы, это было первое, что пришло в голову, и она сказала это вслух, не отдавая себе отчета. Ей было странно, что Солдат такого ранга, с его умениями, мог умереть. Даже не зная о его местонахождении, Аэрис была уверена, что Зак был в безопасности... Она не хотела верить тому, что видела. Действительность стала жестоким ударом для нее.

- "Ты тоже... Это значит, что и ты мертва, Аэрис? Я сам хотел спросить у тебя тоже самое... кажется, я уже спросил... Мне жаль..."

- "Ты ни чуть не изменился."

Независимо от того, что с ним произошло, Зак не потерял своей жизнерадостности. Аэрис слабо улыбнулась ему. Ей нравилась в нем его веселое обаяние, располагавшее к себе людей, несмотря на то, что он был СОЛДАТом Шинра.

- "Что с тобой случилось, Зак?"

- "Много чего произошло. Много чего ужасного. Все началось, когда я был послан на задание в местечко Нибельхейм..."

- "Нибельхейм?"

- "Ты знаешь где это?.. Я был с Солдатом, которого все знали как героя. Но, внезапно, он сошел с ума..."

- "Ты говоришь про Сефирота, да?" -  у Аэрис перехватило дыхание. Она стала догадываться о том, как Зак оказался здесь, и это вызвало горечь в ней.

- "Этот ублюдок действительно известен... Или ты просто читала о резне в Нибельхейме в газетах?"

- "Ты был там в этот момент? Тогда ты, наверное, знаешь Клауда?.."

- "О! Подожди! Как? Ты тоже знаешь Клауда? Что с ним, он в безопасности?"

Они рассказали друг другу, что знали. Теперь Аэрис точно знала, что Клауд не был просто куклой, клоном Сефирота. И знала, почему Зак был здесь.

Зак, в свою очередь, узнал о том, в каком состоянии оказался его друг. Он узнал о том, что Сефирот собрался возродиться и теперь угрожал не только Нибельхейму, но и всей Планете.

- "Зак... Можно ли что-нибудь сделать, чтобы Клауд узнал правду о себе? Ты можешь ему сказать о том, кем он является на самом деле?"

- "Не думаю...Вряд ли мы можем это сделать. Но, может быть, это сможет сделать та девочка, которая была с нами в Нибельхейме? Если бы она смогла донести до Клауда то, что она действительно помнит, то возможно...."

- "Это будет сложно. Но я уверена, что есть шанс."  - лицо Аэрис прояснилось теперь, кодга появилась надежда:

- "Когда это произойдет, Клауд и другие смогут противостоять Сефироту. Они смогут удалить препятствие, которое останавливает Святого."

И вскоре, этот момент настал.


Под давлением надвигающегося Метеора Планета выпустила свое массивное естественное Оружие, несущее разрушение, и Лайфстрим был нарушен их действиями. Количество энергии, устремившейся на поверхность, было невероятно. Клауд был в Мидиле с Тифой и, при попытке уйти оттуда, они оба оказались проглочены Лайфстримом.

Они были охвачены Мако, поскольку упали в Планету. Для Клауда это был второй раз, а для Тифы - первый.

Аэрис постаралась воспользоваться этой возможностью.

Она настойчиво говорила с Тифой, опьяненной концентрированной энергией Мако. Под ее наставлениями, Тифа взяла на себя обязанность донести ее слова до закрытого сердца Клауда.

Аэрис хотела бы это сделать лично, но не могла. Поэтому она и поручила это Тифе, со всеми чувствами, которые хранились для Клауда в ее сердце. Она поручила это тому, кто собирался "жить" вместе с Клаудом...


Итак, Тифа выполнила свою задачу. Сопоставляя свои воспоминания с Клаудом, она искала то, что мог знать только настоящий Клауд. Вытягивая из под влияния Дженовы самые глубокие воспоминания, которые были почти затерты, она восстановила его истинный образ.


- "Ты сделала это, спасибо... Я немного ревную к тебе, но.... Позаботься о Клауде..."

Тифа обняла вернувшегося в свое сознание Клауда. Глядя, как они возвращаются к поверхности, Аэрис улыбалась.

Это порадовало Зака: 

- "Ты знаешь, Аэрис. Из всех девушек, которых я знал, ты лучшая. Может быть, после того задания, если бы я вернулся домой, у нас могло что-нибудь получиться... Ненавижу Сефирота и Шинра!"

- "Разве можно быть по настоящему влюбленным, встречаясь с таким количеством девушек?" - лукаво улыбнулась Аэрис.

- "Я - щедрый. Я люблю всех."

- "И это твой пунктик. Ты и правда не похож на простого и неуклюжего Клауда."

- "Ты его любишь, Аэрис?"

- "Кто знает... Возможно. Все изменилось, прошло пять лет."

- "Эх..."

Зак изобразил грустное лицо, словно был разочарован, но сразу же беззаботно улыбнулся. Аэрис знала эту его улыбку. Именно она так привлекала ее, когда ей было семнадцать.

- "Ничего еще не закончено, но все же я собираюсь отдохнуть. Кажется, я ничего не могу сделать сейчас. Но если ты почувствуешь себя одиноко -  позови меня. Хорошо, Аэрис?"

- "Только если мне будет действительно одиноко. Всего хорошего, Зак."

Дав волну, СОЛДАТ 1-ого класса погрузился в Мако. Веря, что его роль еще не закончена, Зак расслабился, засыпая, чтобы не тратить энергию зря.

Аэрис спать не собиралась. Поскольку она была из Цетра, ее, казалось, было сложно утомить.

Она была счастлива. Счастлива от того, что теперь она знала настоящего Клауда и могла присматривать за ним


Глава 6Править

- "Хахаха...."

Аэрис замерла, услышав смех за спиной.

В то время, как Клауд и другие боролись, ища способ проникнуть в Северный Кратер на поверхности, она продолжила путешествие через Лайфстрим, пытаясь найти брешь, лазейку в барьере, установленном Сефиросом. Но не нашла ни одного. Возвестив всем и каждому о правах Дженовы на Планету, Сефирот надежно защищал Кратер, ставший коконом для его восстановления. Поступая так, он мог избежать желания Планеты восстать против Дженовы, которая скрывалась в течение всех этих лет. Планета начала опасаться ее и создала Орудия, чтобы уничтожить все инородные тела, несущие для нее угрозу.

Аэрис задумалась о том, что если Святейший еще не начал действовать, то значит, его что-то сдерживало. Размышляя над тем, что возможно сделать, она вновь услышала смех.

Это оказалась новая душа, только что упавшая в Мако. Горбатый мужчина в лабораторном костюме, со вздувшимися на лбу венами и дребезжащим смехом. Когда-то под покровительством Шинра, он, как безумный ученый, проводил нечеловеческие эксперименты. Ходжо внимательно рассматривал Аэрис.

- "Профессор Ходжо?.."

- "Ах! Дочь Древнейших... Хм-м. Я понял: пока Цетра имеют силу желания, они могут существовать в Лайфстриме, не позволяя своему сознанию рассеиваться. Они просто перестают быть людьми.... Хахаха! Вы очень похожи на Сефирота и Дженову."

- "Не смейте сравнивать меня с ними! И запомните мое имя!"

- "Ваше имя не имеет значения. Было бы намного уместнее назвать вас последним из выживших Древнейших, чем давать вам какое-то имя. Это отразило бы вашу уникальную природу. Ваша уникальность для моих экспериментов была бы достаточной, чтобы отличить вас...."

- "Вы так говорите, как будто люди и все живые существа просто предметы! Почему вы не можете измениться, даже попав сюда? Вы же теперь просто душа..."

- "Хахаха...хахаха!" Ходжо смеялся, словно ему сказали забавную шутку, словно он был одержим.

- "...хихихи, хехехе. Нет, я изменился. Я изменился намного раньше, прежде чем упал в Лайфстрим. Я вижу, вы не понимаете? Ах, это халат мешает вам видеть."

Ходжо сорвал белый халат. Распадаясь на тысячи частей, он разлетелся, как пух в стороны, открывая сокрытое под ним тело.

- "...!"

У Аэрис перехватило дыхание. Тело, оказавшееся перед ее глазами, не принадлежало более человеку. Оно состояло из клеток Дженовы, которые она видела много раз. Ходжо, устав от экспериментов на телах других, превратил себя в очередной эксперимент.

- "Хехехе. Проще говоря, я ничуть не отличаюсь от своих предыдущих образцов. Вы себе даже представить не могли подобные изменения, верно?"

- "Что вы наделали?!... Вы забыли о том, что вы человек? Профессор Ходжо, вы разрушили свою душу так сильно, что уже никогда не сможете вернуться к Планете!.."

- "Лайфстрим... Круговорот жизни... Возвращение в Планету... Что мне все это! То, что для меня действительно важно, так это то, как далеко может войти наука в природу Планеты. Если я смогу удовлетворить свое любопытство, тогда зачем жалеть о потере человеческой сущности? Мне все равно, что произойдет с Планетой, если я смогу доказать свои теории о Дженове!"

То, что говорил Ходжо, было чистым безумием. Оно не походило на безумие Дайна, ищущего в опьянении утешение от содеянного. Это не походило на амбиции Президента Шинра. Больше всего, Ходжо был похож на живой труп. Он стал рабом знания, отдав весь свой разум науке, не оставив ничего для себя.

- "Я превзошел Гаста. Я намного превзошел Гаста! Того, кто был признан за талант, при том, что он, как трус, попытался сбежать от науки, предав ее! Если бы Гаст занимался проектом "Дженова", он бы никогда не дошел до кульминации... Хаха, кстати, профессор Гаст ведь ваш отец. Верно?"

- "...отец понял, что Планета важнее науки." - Аэрис узнала из воспоминаний Тифы и Клауда, когда они упали в Лайфстрим, что произошло на самом деле. Она узнала, что именно Ходжо стрелял в ее отца, когда хотел забрать ее, новорожденную, для своих опытов.

- "Ха, это был конец Гаста! Остановиться, ничего не делая, это кощунство по отношению к науке!.. Хехе, время нашему разговору закончиться."

Не показывая и толики раскаяния, Ходжо повернул голову к Северному Кратеру.

- "Мой сын - правитель Планеты и Дженовы зовет. Ему нужно больше энергии. Хахаха, он может взять меня. Мы объединимся! Он станет единым со мной! С тем, кого больше всех ненавидел и презирал! Это будет нашим воссоединением... Позвольте вам дать совет, Цетра. Что бы вы ни делали - все бесполезно. Это все - часть системы... Куда уходит душа? Даже если вы попробуете уничтожить Дженову, она никогда не исчезнет. Она сольется с Морем Мако внутри Планеты. И однажды вы все будете нести в себе части Дженовы. Хахаха... Вопрос только в том, как скоро это случится. Хахаха!!!..." 

На Ходжо налетел вихрь, увлекая его за собой так же, как ранее Президента. Счастливо смеясь безумным смехом, он распался до основания.

- "Я никогда не позволю этому случиться!" - воскликнула Аэрис. 

До нее донесся глумливый смех Ходжо: 

- "Когда-нибудь вы поймете, что я прав! Хахаха!!!" 

Он пропал из сознания Аэрис, став жертвой Сефирота. Он ни разу не выказал сожаления или стыда перед тем, как его душа была разрушена. Он не проявил ничего, кроме безумной радости.

Аэрис понимала, что смерть Ходжо означала конец Шинра. Это значило, что пришло время решающего сражения Клауда.

Она побежала. Если Ходжо мог умереть, чтобы поддержать Сефирота, значит, должно быть что-то, что могла сделать она, чтобы спасти Планету.


Глава 7Править

Клауд с друзьями победил Сефирота.

Попав в Шрам Планеты, истинный Сефирот восстановился полностью излеченным. В последовавшим затем сражении клетки Дженовы в нем дали ему огромную силу. Но люди все-таки смогли его сокрушить. Тело Сефирота, покрытое ранами, разрушилось, и он отступил.

Но об одном мог знать только Клауд. Имея в себе клетки Дженовы, его сознание резонировало с сознанием Сефирота. Клауд мог чувствовать, как частицы Сефирота в Лайфстриме, продолжают задерживать Святейшего даже теперь.

Разрешив своему сознанию войти в Море Мако, Клауд бросился преследовать его. Сквозь потоки, на немыслимой глубине, прежний враг ждал его, обретя в мире Мако телесное воплощение. Душа Сефирота еще не была разрушена и все еще была угрозой для Планеты.

В мире сознательной энергии их мечи столкнулись друг с другом в противостоянии. Сефирот, самый сильный Солдат, человек, которым все восхищались, направил свой длинный меч на Клауда, как луч света. Но Клауд не поддался страху. 

Веря, что уже победил, Сефирот поднял меч для очередного удара, и в этот момент Клауд выплеснул на него всю свою силу, которую имел. Его большое лезвие ударило в тело Сефирота. В ненависти к нему Клауд нанес пятнадцать последовательных ударов, по силе равных шторму.

Падший ангел лишь улыбнулся. Однако полученные раны взяли верх, и его душа начала распадаться. Лучи света, устремившись во все стороны, разорвали его душу. Сефирот был уничтожен. Кошмар Клауда, который продолжился на протяжении пяти лет, наконец, прекратился.

Святейший, ни чем более не сдерживаемый, немедленно перешел к действию.

На этот раз душа Клауда отделилась от тела, рассеиваясь на части, но в пропасти мира Мако он увидел руку, указывающую ему путь. Белая и нежная - она напомнила ему руки той, которая дала ему цветок в Мидгаре. Он потянулся навстречу...

Его сознание вернулось в тело. Земля под ним рушилось, и рука Тифы схватила его.

Если бы Аэрис не направила его, он мог упасть к самому ядру Планеты. Клауд понял, что был спасен.

Но уже было поздно...


Мидгар стал точкой падения Метеора, приближавшегося к Планете с бешеной скоростью. Гравитационная сила между Планетой и гигантским метеором вызвала вихри, которые вращались на пластине верхнего города, беспощадно круша все. И теперь энергия Святейшего, окутавшая Планету, только усилила разрушительную силу, вместо того, чтобы возыметь спасительный эффект.

Жители Мидгара нашли приют в трущобах и окрестностях, но что будет дальше - никто не мог предположить. Если Метеор все же упадет, Планета будет повреждена так, что уже никогда не восстановится. План Сефирота был нарушен, но каждый знал, что самое худшее все еще могло произойти.


Планета встречала свой конец.


- "Дайте мне вашу силу! Все!" - выкрикнула Аэрис. Волны от крика разошлись по Морю Мако, а Потоки Жизни распространили призыв по всей Планете.

- "Я не могу сделать это одна! Все должны защищать Планету!"

Крик последнего из Цетра взволновал бесчисленные сознания, которые Аэрис пробудила, путешествуя по Морю Мако. Все сознания Планеты пробудились. Среди них было и сознание тех, кто остался для искупления грехов. С силой их желаний и веры, объединенные вместе, они смогли управлять энергией Планеты.

- "Я ждал этого! Направить свет и сдуть метеор одним ударом!"

- "Это - ЛАВИНА Лайфстрима! Теперь, пока Баррет не с нами, я - лидер!"

- "Эй! Я тоже хотел попробовать быть лидером! Это нечестно, Ведж!"

- "Вы, парни, никогда не будете серьезными на самом деле. Отнеситесь к этому серьезно сейчас, и давайте сделаем это для Марлин, Баррета и других."

Под их командой бесчисленные потоки света появились на поверхности, сплетаясь вместе с Лайфстримом. Охватывая Планету, защищая ее, как сеть, они скользили под Метеором отодвигая его назад. Движение света походило на продвижение бессмертной армии.

- "Эй, Аэрис! Ты видела, как Клауд одолел его!?" - Зак ввел свою энергию во вторую волну, отбрасывая Метеор назад и заставляя его терять силу.

- " Это был один из приемов, которые я использовал в битвах. Как это тебе? Понравилось?"

Теперь Святейший набрал силу. Действуя подобно барьеру, он разрушил части Метеора в пыль и отправил их обратно в космос. Метеор больше не был угрозой Планете.

Планета была спасена.

Мысли Аэрис освободились.

Клауд видел это с борта корабля. Видели это и Тифа, и Баррет, и Марлин, и все остальные. Они видели улыбку Аэрис, которая всегда была в их памяти, появившуюся в Лайфстриме и мягко исчезнувшую, вернувшись в Планету.

Теперь, когда время снова начало свое движение, их печаль немного спала. Планета продолжала жить. Жить, вступая в новую эру...