ФЭНДОМ


Durarara!! (Ранобэ, Том 5)
DRRR v05 a

Ориг 1  Ориг 2 

Название (яп.) デュラララ!!x5
Название (англ.) Durarara!!x5
Номер 5
Автор Нарита Рёхо
Иллюстратор Ясуда Судзухито
Перевод RuDrrr-team (ныне покойная)
Дата публикации 10 марта, 2009
ISBN ISBN 4048675958
Выпуски


Стартовые иллюстрации Править

ПрологПравить

DRRR v05 05

Давайте сыграем в игру.

Ничего серьезного – просто сделайте ставку на что-нибудь простое.

На орла или решку, например.

Да, на что-нибудь настолько простое.

Шансы на выпадение орла и решки теоретически равны.

К примеру, скажем, я сильно ударю следующего человека, который пройдет перед входом в это здание.

Рассердится ли он и ударит меня в ответ? Или вместо того, чтобы рассердиться, он или она заплачет и убежит? Вот о какой азартной игре я говорю.

Как вам это? Легко и просто, не так ли?

Шахматная фигура, которую мы используем в этой игре, называется “сердце”.

Вернее, совокупность человеческого поведения и изменений в их чувствах.

………

Ох, не смотрите на меня так ошарашено.

Хмм, давайте предположим, что кто-то спрашивает вас: «Можно ли, имея достаточную сумму денег, купить сердце любого человека?»

Коварная часть этого вопроса – в словах “любого человека”.

Ответ должен звучать: «Иногда да, иногда нет». Правильно?

Некоторые люди не сделают ничего против своей гордости или совести, даже если им за это предложат десять миллиардов, в то время как некоторые готовы совершить убийство за одну иену. Вот так и устроен мир, верно? Даже один и тот же человек при разных обстоятельствах в разное время в его или ее жизни принимает разные решения.

Правильно. Проигравшие в игре под названием жизнь – это в основном те, кто слишком самоуверенно отвечает на этот вопрос. Если они так самоуверенны из-за наличия сильной веры или принципов, эти люди могут быть прощены. Но те, кто торопится с выводами, говоря «Конечно, вы не можете купить человеческую любовь!» или «Конечно, вы можете купить человеческую любовь!», обречены на провал по причине слепоты к остальным возможностям.Непоколебимость в вере в истинность лишь одного ответа внезапно делает ваш мир ярче – но и сужает его до крайности. Компромисс не требует пояснений.

Если судить с такой точки зрения, станет понятно, что имеет смысл делать ставку на человеческие сердца, не так ли?

Конечно, если вы поставите на человека, которого знаете лучше меня, ваше положение окажется более выгодным. Но разница лишь в том, что один азартный игрок исследует всё заранее, а другой нет.

Тем не менее, некоторые, вероятно, будут в ярости и скажут: «Как ты можешь сравнивать человеческие сердца со сторонами монеты!». Но они одинаковы. Нельзя сказать, что ты хорошо знаешь человека, если на сто процентов не уверен в его или её мыслях.

Предположим, что мы поставили на то, сможет ли конкретный человек совершить убийство.

Для тех, кто в интервью после убийства дал ответ: «Я бы никогда не подумал, что он мог…», ‘монета’ будет орлом до тех пор, пока они не узнают, что же произошло на самом деле. Это значит, они думали, что человек, скорее всего, не совершал убийства.Сейчас мы не принимаем во внимание то, что “По телевидению все врут”, так как это не более чем пример.

Верно. На самом деле, невозможно угадать мысли человека, пока не придет время.

Ни один человек не может полностью контролировать всю жизнь другого.

В качестве информатора во многих случаях я делал вещи, исходя из личного интереса. Но я не могу на сто процентов управлять человеческим сердцем.

Все что я могу – слегка подтолкнуть их в правильном направлении.

Не тогда, когда они ждут зеленого цвета светофора, чтобы перейти, нет. Это совершенно другое.

Если человек стоит на опасной тонкой линии, разделяющей одну сторону от другой… Чтобы заставить его сделать шаг на одну из сторон, я легонько…подталкиваю его в спину. Таким образом, он сможет сделать свой первый шаг и не колебаться в дальнейшем.

На самом деле, всё это ерунда. Небольшая благотворительность.

Конечно, это не мой бизнес. Я не могу также дать никаких гарантий на его жизнь в дальнейшем.

Итак, теперь, когда я объяснил условия…да начнётся игра.

Само собой, во время игры, я буду двигать свою шахматную фигуру в том направлении, в каком захочу, исходя из собственной выгоды.

Может быть, вы тоже сможете сохранить свою фигуру. Как вам это?

Давайте, только не надо строить такое лицо.

Из-за этого я выгляжу неисправимым злодеем, которому нет прощения.

Игры предназначены для удовольствия.

Я прав?

Любовный лепет подпольного доктора, Часть IПравить

Ты спрашиваешь, плохой ли я[1] парень?

Да разве это вопрос?

Хоть я и говорил, что соврал тебе, тем самым совершив самый ужасный поступок из всех, чьей целью было встречаться с тобой, но я также сказал, что не жалею об этом, разве не так?

Что такое? Твоя шея покраснела.

Шучу. Не похоже, чтобы кровь Селти циркулировала как у нормальных людей…ай! Больно, больно! Прости, прости.

Кстати говоря, каждый раз, когда я[2] говорю, что ты мне нравишься, ты отвечаешь –

«Должно быть, будучи подростком, ты был довольно одинок».

Это нечестно. Я[3] совсем не был одиноким. Почему? Потому что ты была со мной, конечно!

Что? Ты хочешь, чтобы я «прекратил метаться между ‘boku’, ‘watashi’ и ‘ore’, выбрал что-то одно и придерживался этого»?

Но я не хочу, Селти. Леопард не хочет, чтобы кто-то изменил его пятна. Даже если ты попросишь меня изменить особенности характера, с которыми я родился, я не смогу. Личные местоимения первого лица созданы для того, чтобы меняться в зависимости от собеседника.

В мире много разных людей. Вот почему каждый должен использовать разные местоимения в разговоре с разными людьми… но для меня Селти представляет в своём лице весь человеческий род и весь мир. Да. Я должен показать тебе каждую свою сторону, будь то образ, созданный для других людей, или настоящий я.

…Хм, так о чем это мы?

Ах, да. Мы говорили, плохой ли я парень или нет. Что заставило тебя задуматься над этим?

Хе-хе, я знаю. Должно быть, это тот фильм, который ты только что смотрела. Странный фильм, не так ли? Все герои хорошие, но в итоге они должны делать плохие вещи, потому что у них нет выбора. Вот как там все происходит, да?

Ты спрашиваешь меня, плохой я парень или нет только из-за этого фильма – ты даже слишком восхитительна!

Я так люблю тебя и в твою откровенность. В следующий раз тебе надо посмотреть какой-нибудь романтический фильм, прийти и сказать мне, что мы должны любить друг друга, как это делали они в фильме.

«…Если это что-то типа “Войны роз”, то я могу попробовать…?». Селти, ты так жестока со мной!

Давай вернемся к теме ‘плохого парня’.

Хм, ради моей и Селти любви я могу быть таким плохим, насколько это вообще возможно.

«Не используй любовь как оправдание»? Ой, не говори мне такие вещи. Любовь не имеет ничего общего ни с плохим, ни с хорошим, для начала.

Кстати говоря, мы часто слышим фразу “любовь и справедливость”, но почему-то никто не упоминает “любовь и зло”.

Плохие парни, чья любовь глубже, чем океан.

Я думаю, в мире много таких парней, согласна?

Если объект моей любви такой, как Селти, то я один из них.

«Прекрати говорить смущающую ерунду»?

Это невозможно. Перед Селти смущение для меня как допинг.

«Я имела в виду себя! Я смущаюсь, так что заткнись!»…? Это не проблема! Говорят, ответная любовь подобна “Упавшим на бегущий ручей лепесткам”. Поэтому, если ты смущаешься, я просто заключу в крепкие объятия твое смущающееся тело…ауч!

Это подло. Как ты могла так внезапно ударить меня? Теперь нас можно описать как “Упавшие лепестки, которые хотят быть любимыми, но ручей всего лишь равнодушно течёт вперёд”!

Но твое упрямство делает тебя ещё прекрасней, Селти! Ой, больно, больно, больно! Ах, ты пытаешься скрыть свое смущение, ударяя меня по щеке…аааа…больно, больно, оно разрывается на части! Мое лицо разрывают на части ааааааа….

Глава 1. У Боевой Куклы[4] небольшие неприятности.Править

3 мая, улица Саншайн 60, Икебукуро

Улица Саншайн 60 – одна из самых известных в Икебукуро.

Иногда ещё именуемая “Шестидесятиэтажной улицей”, она соединяет Восточные ворота Станции с Саншайн Сити. Для тех, кто приезжает в Икебукуро на поезде, это самая знакомая из всех многолюдных улиц района.

Это самый короткий путь от Станции до здания Саншайн. И хоть её и часто путают с соседней магистралью – Улицей Саншайн – это две совершенно разные улицы.

Стояла Золотая неделя.

Народу на улицах было гораздо больше обычного, поскольку начинались длинные выходные.

Люди проходили друг мимо друга, направляясь в самые разные места: семьи держали путь в Саншайн Сити, парочки устремлялись в сторону кинотеатров, подростки спускали деньги в магазинах одежды, а офисные работники искали, где бы перекусить. Похожие на отаку молодые люди шли по направлению к Toranoana и Manga no Mori. У молоденьких же девушек на уме были Animate и кафе с дворецкими[5] “Swallowtail”. Сутенёры в поисках лёгкой добычи, мужчины с внешностью хостов, продающие картины женщины и даже хорошо сложенные иностранцы – кого только не было в этой праздничной толпе.

Если идти по этой дороге от Станции Икебукуро, то кое-что просто невозможно не заметить.

Это огромный LCD-экран и бессчётное количество афиш на стенах кинотеатра Саншайн.

На первом этаже, в игровом центре, вдоль стен стоят UFO кран-машины – игровые автоматы, на которых молодёжь частенько убивает время в ожидании начала сеанса.

– Нэ~, Роччи! Иди потом на тот! Вон на тот! Вон на тот, полнёхонький!

– Эй! Так не честно! Нон только что уже получила одну, да ведь, Нон?

Кучка девчонок стояла перед входом в игровой центр. Вечер был очень приятным и спокойным.

– Нэ~, Роччи! Я хочу и на этом минутку поиграть!

– Отлично, тогда пусть Каначчи побудет здесь, пока мы сходим за соком, а, Роччи?

– Подождите, ребята! Вы бросаете меня, что ли?

– Тоже мне событие, Каначчи! У тебя с собой сегодня целая куча Юкичи-семпаев[6]. Обменяй их на Хидэо-кунов[7] и играй в своих пришельцев. О, я попробовала это представить и от этого просто жутко выносит! Это прямо почти как тройная радуга!

– …Эм, слушай, Киомин, а что она за ерунду такую сейчас сказала?

– …Если попробовать перевести это на японский, то получится что-то вроде «Кана, у тебя сегодня с собой сегодня куча десятитысячных купюр, почему бы тебе не разменять их на купюры по тысяче иен и не пойти повеселиться на UFO автомате, а мы бы посмотрели на твоё дуракаваляние? Я представила это, и это оказалось офигительно стрёмно. У меня аж мурашки поползли»… ну, что-то вроде того. Но это ненормально. И чего она на нормальном японском не разговаривает?

– Эй, Кёске! Твой перевод меня убивает. Что ты, что инопланетянин – оба совсем не клёвые.

Толпа человек в десять вышла из игрового центра, как обычно перебрасываясь шуточками и подколками. И вдруг голос из ниоткуда разрушил всю безмятежность привычной ситуации.

– Прочь с дорогиииии!

Это был грубый голос тяжело дышавшего мужчины. Он раздался из толпы людей на дороге, которая к этому моменту уже превратилась в пешеходную.

Люди рефлекторно поворачивали головы на крик. Мужчина средних лет в шляпе проталкивался сквозь толпу, явно желая выбраться наружу.

На улице было меньше народа, чем на вокзале в час пик. Имей мужчина терпение, он бы выбрался из гущи народа сравнительно легко. Но он, похоже, не обладал такой роскошной чертой характера, поэтому просто шёл напролом, до смерти пугая людей на своём пути.

Если приглядеться, можно было заметить женщину, которая пыталась догнать мужчину, но едва поспевала за ним, при этом что-то крича.

Было трудно расслышать, что именно она выкрикивает, но, судя по одежде, с уверенностью можно было сказать, что она работает продавцом в магазине неподалёку. Выражение её лица ясно давало понять, что мужчина, который сейчас пытается сбежать, только что обокрал или ограбил её магазин.

Несколько секунд толпа пребывала в замешательстве, но некоторые люди быстро поняли, что к чему, и попытались преградить мужчине путь.

– А ну с дороги, кому говорю!!! – прокричал мужчина, вложив в этот вопль всю силу своих лёгких. От распиравшей его злости он не в силах был даже толком перевести дыхание, поэтому крик вышел невнятным. Если люди подходили к нему поближе, становилось очевидно, что, несмотря на его средний рост, он был довольно крепким. Яростная решимость дать отпор любому, кто окажется на его пути, делала его похожим на профессионального футболиста.

(Ох, этот парень опасен!) (Как же так вышло, что ни Саймона, ни Шизуо здесь не оказалось?)

(Быстрее бегите!) (Вызовите полицию! Полицию!) (Ой, он направляется сюда!)

(Стойте! Нужно сфотографировать его!) (Тупица! Сейчас не до того!) (От тупицы слышу! Есть фотка – есть доказательство!) (О, понятно.)

(Ааа! Не могу двигаться!) (Пап, что тут творится?) (Не отходи от меня ни на шаг!)

(Что случилось?) по-русски

(Нет проблем.) по-русски

(А? Что такое, что такое, Куру-нее? Что происходит?!)

(Тише [Не кричи].)

(Я даже и не заметила ничего, так увлеклась этой порнушкой! Почему все орут?)

(Молчать [Замолчи].)

Голоса заглушали друг друга, и вся улица тонула в шуме и гаме –

Однако другой, гораздо более чудовищный человек должен был вот-вот появиться.

Шайка девчонок, которые только что выпорхнули из игрового центра, в страхе попыталась ретироваться. Но какой-то парень дерзко выступил вперёд из центра их группы.

На первый взгляд – обычный молодой человек.

Одетый в многослойном стиле, он был похож на модель, сошедшую со страниц модного мужского журнала.

Его внешний вид гораздо больше подходил для Дайканьямы[8] или Омотесандо[9], чем для Икебукуро, а физиономия резко контрастировала с довольно умеренным стилем в одежде.

Не сказать, что она была слишком уж милой или очень страшной, по правде говоря, сейчас трудно было дать ей определение.

Хотя его лицо и затеняла соломенная шляпа, можно было разглядеть забинтованный лоб, и бинт кое-где был пропитан кровью. Один его глаз был прикрыт медицинской повязкой, чтобы снять отёчность, а на щеке красовался огромный пластырь.

Кожа вокруг глазной повязки была синеватой, словно парня недавно приложили битой или он упал с лестницы.

– Эй, Роччи, это опасно! Ты и так ранен! – закричала одна из девчонок, но было уже слишком поздно. Молодой человек, которого называли “Роччи”, встал как раз на пути мужчины, который шёл напролом подобно быку.

– НЕ СТОЙ У МЕНЯ НА ПУТИ АААААА!!! – взревел этот внушительного вида тип и ускорился, чуть пригнувшись, готовый сбить парня с ног.

Малый с израненным лицом нанёс прямой удар ногой за мгновение до того, как этот человек столкнулся с ним.

В профессиональном реслинге это называется “кенка-кик[10]”. В сущности, это то же самое, что и безжалостно растоптать противника, но только в горизонтальном положении. Это знаменитое движение, которое позволяет гигантским реслерам отправлять соперников в полёт всего одним ударом.

Обычно одного вида мужчины, который, расталкивая всех плечами, подобно разъярённому зверю мчится сквозь толпу, было бы достаточно, чтобы заставить любого потерять душевное спокойствие и убраться с его пути.

Именно этого и ожидала толпа зевак от молодого парня, стоявшего на одной ноге.

Но их предположения оказались совершенно несостоятельными.

Откуда-то с середины дороги раздался скрежет.

Источник звука становился очевиден, стоило лишь взглянуть на парня, который заметно сдвинулся назад с того места, где стоял до этого – из-под ноги, на которой он стоял, тянулся чёрный след.

Невозможно точно сказать, что за энергия, переполнявшая его, позволила остановить атакующего мужчину одним ударом стопы и при этом самому лишь немного проехаться назад, стоя на другой ноге, вместо того, чтобы упасть.

Мгновенная отдача при ударе, должно быть, имела для молодого человека ужасные последствия, судя по дыму, который поднимался от чёрной полосы на асфальте – на самом деле, это был расплавленный каучук с подошвы его обуви.

Мужчина, за секунду до этого мчавшийся на него со всех ног, не продвинулся дальше него ни на дюйм.

Сохранил бы он импульс своего движения и добавил к нему ещё и удар ногой, то с лёгкостью отправил бы молодого человека в полёт. Но мужчина не смог сделать этот последний, самый важный рывок.

И теперь благодаря “кенка-кику” каблук ботинка молодого человека находился во рту мужчины. А вся подошва ботинка была глубоко впечатана ему в лицо.

– Ты…пока бежал сюда, сбил по дороге трёх женщин, так?

Парень сказал это ледяным тоном, будто разговаривая сам с собой, не особо волнуясь о том, что мужчина едва ли мог его сейчас слышать.

– Габу… гуаа…

Его передние зубы, скорее всего, были выбиты.

Человек с каблуком во рту вряд ли вообще мог осознать происходящее. Он просто стонал.

Слушая его стоны, молодой человек сощурил свой здоровый глаз:

– Три раза.

И, сконцентрировав весь свой вес в ноге, он двинул кончиком туфли три раза.

Проще говоря, он с силой впечатал лицо мужчины в землю.

Его нос слабо хрустнул и резко поменял свою форму, словно повёрнутый регулятор электропечи.

– АААААААААААААААААААА! АРГХ!!! ААААА!

От приступа страшной боли мужчина, похоже, наконец, осознал происходящее.

Он продолжил истошно кричать и кататься по земле, прижимая ладони к окровавленному лицу.

Парень взглянул на него, как на комара, на которого только что распылил репеллент от насекомых.

Девушки, наблюдавшие за ним издали, снова начали болтать без тени волнения в голосе.

– Роччи сумасшедший, да?

– Ну конечно. Продавец, преследовавший этого мужика – женщина.

– Опять женщина? Вот это наглость!

– Но Роччи плейбой, тут уж ничего не поделать.

– Вот поэтому-то он такой обаяшка.

– В точку!

Продавщица подошла к “Роччи” прежде, чем он смог услышать, что о нём говорили девушки.

– С-спасибо вам огромное… Этот тип украл у нас…

Голос женщины дрожал. Это могло быть из-за усталости от погони или из-за явного страха перед лежащим в крови мужчиной и молодым человеком, который привёл его в такое состояние.

Парень приподнял шляпу и с нежностью подхватил продавщицу за руку.

– Ничего особенного. Я просто сделал то, что должен был сделать любой уважающий себя человек.

Эти слова прозвучали на удивление добродушно.

Он одарил женщину мягкой улыбкой из-под глазной повязки и бинтов, и было очень трудно поверить в то, что он и тот человек, который только что бил кого-то ногой в лицо, – одни люди.

Молодой человек, в образе которого всё было таким бодрящим и освежающим, заметил, что что-то не так с ногой продавщицы, и взволновался.

– Посмотрите, моя милая, вы ранены.

– А…О, совсем немного… Я пыталась остановить его, но он оттолкнул меня…

– …

Молодой человек продолжал улыбаться, но внезапно отпрыгнул назад.

– А?

Продавщица невольно вздрогнула, не понимая, что он пытается сделать.

Правда, вскоре она поняла.

Он приземлился ни на что иное, как на ногу магазинного вора, и, перенеся вес в ноги, со всей силы начал прыгать на его колене.

Леденящий душу треск костей совсем скоро был заглушен душераздирающим криком.

– Дабааааааааааааааааххххххх! АРГХ!!!!! Тхаааааааааа! ААААААААААААА!

– Заткнись, ничтожество.

Парень холодно произнёс эти слова и безжалостно ударил мужчину в пах.

– …Ааааааах……

– Я подарю тебе жизнь, потому что не хочу, чтобы твоя жена и дочери плакали, если они, конечно, ждут тебя дома. Но как ты, мужчина, посмел поднять руку на женщину, а?

– …!...!...!

У вора, кажется совсем не осталось воздуха в лёгких. Он не мог даже шевельнуть пальцем и просто продолжал лежать на земле и дёргаться.

Все прохожие, кто видел эту сцену, стояли неподвижно. Молодой человек, напротив, ничуть не выглядел взволнованным. Он улыбнулся и сказал:

– Теперь всё хорошо, не беспокойтесь. Я отомстил за вас.

– …

И пока он стоял перед совершенно онемевшей женщиной, язык его развязался до невозможности:

– Такая красивая дама, как вы, не должна добиваться мести. Нет, вовсе нет. Поэтому лучше предоставить мне эту грязную работёнку, которая только и может, что пачкать руки…

Одна из девушек, что стояла за его спиной, перебила его:

– Роччи.

– Эй, что такое, Нон?

Это была самая низенькая девушка из той компании, с которой он пришёл.

Девушка, которую только что назвали “Нон”, потянула его за рукав, говоря:

– Кё-нее сказала, что ты слишком уж перестарался для самозащиты. У тебя будут неприятности, если сейчас же не убежишь.

– Да? Серьёзно?

Молодой человек ответил ей равнодушно, взглянув на подёргивающегося в конвульсиях мужчину без сознания. Он повернулся и взглянул ещё раз на продавщицу.

Та лишь безмолвно моргала и выглядела ещё более напуганной, чем тогда, когда подошла поблагодарить молодого человека.

– …Что мне делать, Нон? Похоже, я травмировал её психику.

– Ты попадёшь в неприятности, если не убежишь. Посмотри, полиция почти на месте.

– Ой, и точно.

Краем глаза в толпе он заметил нескольких офицеров полиции, которые дожидались зелёного света на светофоре перед Станцией.

– Прощайте, милая леди, извините, что вот так покидаю вас. Советую вам найти кого-нибудь, кто мог бы осмотреть вашу ногу, чтобы убедиться, что никаких последствий от…

– Хватит, Роччи! Просто иди!

– Эй, секундочку… Нон, с каких пор ты стала вести себя как большая девочка?.. Понял! Иду, иду! Хорошо? Эй, девушка, если этот тип придёт в себя, скажите ему. Скажите, что если он хочет реванша, он в любое время сможет найти меня на дорогах префектуры Сайтама… Больно, больно! Да иду я! Вооот, я могу идти сам, перестань дёргать меня за ухо, слышишь, Нон? Нон-чаааааан!..

Парня втащили обратно в толпу девушек, и компания поспешила скрыться с места происшествия.

Некоторые люди, не отваживаясь подойти ближе, пытались сфотографировать его на мобильники, но им в итоге пришлось довольствоваться только фотографиями магазинного вора (хотя сейчас уже было и трудно определить, был ли он преступником или жертвой), поскольку молодой человек быстро растворился среди девчонок.


♂♀

После этой потасовки люди начали гадать, кем же был тот загадочный молодой человек.

– Так они здесь…

Мужчина, сидящий неподалёку от места происшествия в Лоттерии[11] и видевший всё произошедшее от начала до конца, бормотал себе под нос.

– Ну, боже мой… теперь у города появятся серьёзные проблемы.

Коллектор с дредами и в очках выглядел весьма встревоженным произошедшей дракой.

Тогда мужчина, одетый как бармен, несмотря на то, что находился в обычном заведении быстрого питания, подошёл к нему и сказал:

– Том-сан, я принёс кофе. … Что-то не так?

– А, спасибо. … Нет, ничего. Просто заметил знакомое лицо.

Хейваджима Шизуо – мужчина в костюме бармена – сел напротив своего босса Тома и задал ему вопрос со спокойным выражением лица, или потому что он не слышал шума от драки, или ему попросту было всё равно.

– Ваш друг?

– Нет, я бы не сказал…

Том сделал маленький глоток из своего стакана с чёрным кофе и нахмурился.

– Они мне не друзья. Но они вполне могли искать здесь тебя.

– ?

– Ну, смотри, разве не ты в прошлом месяце устроил этим босозоку из Сайтамы ад на земле? … Или, вернее, рай, так как ты практически швырнул их прямо в небо?

– … А, да. Те подонки, которые испортили мне одежду…

Том ещё раз напомнил себе, что не стоит дальше провоцировать Шизуо, как только тот помрачнел. Он продолжил:

– Глава банды “Торамару” был здесь минуту назад.

– …

– Его зовут Рокуджо Чикаге. Он может казаться обычным повесой с толпой девиц, увивающихся за ним по пятам, но звание предводителя “Торамару” ему дали не за красивые глаза. Вообще он не из тех, кто ради мести поджёг бы твой дом, но поостеречься не будет лишним.

Шизуо на мгновение задумался над словами Тома.

– Ты случайно говоришь не о парне в кожаной куртке с белым сердцем?

– Хм? Ты его знаешь? Это не куртка, это токко-фуку, обычно они их по ночам одевают.

– Ага. Он искал меня прошлой ночью.

– Э?

Рука Тома с чашкой кофе замерла в воздухе, стоило ему услышать внезапный ответ Шизуо. Он нахмурился и уставился на товарища.

Шизуо тем временем откусил кусок от гамбургера и начал рассказывать Тому о том, что случилось прошлой ночью.

– Ну… парень на мотоцикле вроде как зачем-то искал меня, когда я возвращался домой вчера вечером.


♂♀


Ночь прошлого дня, где-то в Икебукуро

– Эй, как жизнь?

– ?

Когда кто-то обратился к нему, Шизуо обернулся и увидел молодого человека, стоявшего перед мотоциклом с заглушенным мотором.

– Ты Хейваджима Шизуо, да? Ну, хотя не похоже на то, чтобы кругом ходили толпы парней в костюме бармена, в самом деле. Я слышал, ты тут вроде местной знаменитости.

– …?

– Ещё я слышал, что на днях моя команда буквально побывала в аду из-за тебя.

– Твоя команда?

Молодой человек – Рокуджо Чикаге – сказал удивлённому Шизуо бодрым голосом:

– А ещё я слышал, что они первыми начали приставать к тебе, так что, я тоже в каком-то роде провёл с ними воспитательную беседу. Тем не менее, все они в результате оказались в больнице – все до одного. Даже если это и была наша вина с самого начала, ты всё же перестарался, не думаешь? Так что я пришёл спросить с тебя.

Молодой человек, который был ниже Шизуо примерно на пять дюймов, пошёл прямо к нему с бесстрашной улыбкой на лице – пока не остановился так близко, что они почти могли чувствовать дыхание друг друга.

– Я поспрашивал парней, пока они отлёживались на больничных койках, и знаешь, что они мне рассказали? Они сказали, что ты с корнем выдернул уличный фонарь! Вначале я подумал, что у них просто с головой не всё в порядке, но пока добирался сюда сегодня, я видел фонарь со свежим бетоном в основании.

– И?

– Я Капитан команды, видишь ли. Кроме того, мне интересно было бы узнать, насколько ты силён… а, кстати говоря, есть ли женщины, которые будут плакать, если ты не вернёшься домой?

– Что?

Чикаге беспечно ухмыльнулся, увидев, что Шизуо нахмурился, и продолжил:

– Ну, я мог бы не трогать тебя сегодня, если бы такие были. Не люблю быть причиной женских слёз.

Каждый, кто знал, как себя обычно ведёт Шизуо, сейчас бы ожидал взрыва ярости и атаки этого молодого человека его звериной душой.

Но он не выглядел разозлённым; на самом деле, он выглядел так, словно только-только начал осознавать, что же его собеседник имеет в виду.

– …А, ясно. Теперь понял.

– Понял что?

– Так ты, в принципе, пришёл сюда, чтобы подраться со мной?

– В принципе, да.

Чикаге в каком-то смирении встряхнул головой, когда услышал запоздалый вопрос Шизуо.

Шизуо снял солнцезащитные очки и положил в карман и проговорил с тоской в голосе:

– Ясно, ясно. В последний раз, когда меня так вот напрямую вызывали, я был ещё в старшей школе. К слову говоря, я-то уже работаю, а вот ты до сих пор ребёнок, так? Ты даже на двадцать лет не тянешь. Даже если ты и побьёшь меня, нечем будет в школе хвастаться.

– Драки никак не связаны с возрастом. Ты научился так вежливо разговаривать, потому что работаешь барменом?

– Хотел бы я, чтобы оно было так.

Шизуо слегка усмехнулся и размял шею.

– В любом случае, я не ненавижу людей, которые вызывают меня напрямую. Хотя лучше, конечно, чтобы никто не вызывал меня.

– Ну, уж прости.

– Кстати, я должен тебе сперва кое-что сказать.

Они уже были слишком близко, но Шизуо всё ещё пытался продолжить разговор. В этот миг –

Шизуо, который уже снял солнцезащитные очки, был мгновенно ослеплён ударом подошв ботинок другого парня.

Сопровождаемые тяжёлым звуком удара, ноги Чикаге впечатались в лицо Шизуо.

В тот момент, когда Шизуо открыл рот, чтобы что-то сказать, Чикаге схватился за перила тротуара, используя его как трамплин, чтобы совершить этот на первый взгляд невозможный удар с переносом центра тяжести в ступни ног.

И всё же –

«Я уделал его!»

Несмотря на то, что эти слова прекрасно описывали нахлынувшие на него чувства, Чикаге не мог не заметить, что что-то было не так.

«Какого?»

«Какого чёрта этот парень не рухнул на землю?»

Чикаге чувствовал себя так, словно только что ударил ногами по чрезвычайно толстому стеблю бамбука. От ужаса его затрясло.

Тем не менее, приземляясь, он сохранил равновесие и, вложив в удар всю свою силу, замахнулся и ударил кулаком прямо по противнику.

Но что-то всё ещё было не так.

«…»

«…Да что это на самом деле такое?»

«…Я что, только что ударил по земле?»

Хотя он совершенно точно чувствовал мягкую плоть под своим кулаком, он не мог продвинуться дальше ни на дюйм.

Это было, как ударить по земле: его кулак не мог увязнуть глубже.

Чикаге терялся в догадках в своём сознании, его трясло. Тогда ничуть не изменившийся голос Шизуо достиг его ушей.

– Я должен тебе сперва кое-что сказать… все, чего я хочу в своей жизни, так это того, о чём говорит моё имя – провести остаток дней в мире.

– …Что?

Глаза Чикаге не могли не расшириться.

Его кулак определённо достал до лица противника.

Но всё, что он смог сделать, – это вынудил Шизуо немного отклонить голову, выражение лица на которой никак не изменилось, назад.

Шизуо выглядел так, будто даже не почувствовал целую серию атак, и продолжил говорить то, что хотел, ровным голосом:

– Так что… как бы сказать…

– Ээээ…!?

Несмотря на то, что тот человек, помоложе, был своего рода экспертом по дракам, удар цвета плоти пробил его защиту с пугающей лёгкостью.

– И Д И С П А Т Ь

И, с потрясающим отсутствием сопротивления, кулак глубоко увяз в лице Чикаге.


♂♀

– …Так ты просто отправил его спать, как обычно?

Том задал Шизуо этот вопрос и отпил немного кофе. Тот допил свой ванильный молочный коктейль и ответил:

– Да, именно так. После я отправил его к своему знакомому доктору.

– Обычно ты никого не отправляешь к доктору, Шизуо.

– Если б он умер, у меня были бы проблемы. И я не ненавижу парней, таких как он. Если б это была блоха вроде Изаи, я бы последним ударом выбил из него дух прямо там, не колеблясь.

– Думаю, и первый твой удар может сойти за последний.

Том наигранно рассмеялся. А Шизуо дал неожиданный ответ:

– Четыре.

– Что?

– Чтобы он упал, мне пришлось ударить его четыре раза.

– …Да ты шутишь.

Глаза Тома стали размером с блюдечко, а пакетик сахара, который он крутил между пальцев, выпал из них.

– Ага. Я собирался врезать ему в пятый раз, а он сказал «А, и у меня есть девочки, которые жаждут заботиться обо мне, если я попаду в больницу. Теперь завидуешь?»… Что-то вроде того. Я выбил ему зубы, так что не уверен, что хорошо расслышал. После этого он бухнулся на землю.

– … Я слышал, что он довольно выносливый, но никогда не думал…

– На самом деле, таких есть ещё как минимум парочка в округе. Тот иностранец, с которым я подрался недавно, тоже заставил меня попотеть.

– Ну, я думаю, мир велик и в нём есть место для любых людей… и всё же, он – это что-то с чем-то, если может ходить на своих двоих буквально на следующий день после того, как ввязался тобой в драку. Я гадал, кто же ему так лицо разукрасил, но теперь всё понятно…

– Если быть совсем искренним, то я и в самом деле завидую, что у него есть женщины, которые о нём заботятся.

– Угу… кстати, тебе не хватает подружки. Знаю, что мы на работе и всё такое, но разве тебе не надоело день за днём обедать с парнем? Мог бы устроить себе тёплое местечко, хотя бы уже думал об этом?

Том поднял довольно деликатную тему. Каждый, кто знал Шизуо и был достаточно умён, из страха избегал бы задавать такого рода вопросы, но Том, который был знаком с ним довольно долгое время, знал, что такой вопрос на самом деле лежит где-то в пределах безопасной зоны. Или, по крайней мере, допустимой.

Он был прав. Шизуо не выглядел недовольным; напротив, он кивнул, протянул что-то вроде «Ммм», и начал говорить так, будто жалуется:

– Не то, чтобы никто не говорил мне «Я люблю тебя»… просто я не знаю, считаются ли эти люди за женщин.

– Хмм? Ты ходил в гей-бары или клубы для транссексуалов?

– Нет, я не это имел в виду… Я имел в виду, что они, наверное, даже и людьми считаться не могут… скорее опасные объекты.

– Прости, но я и в самом деле понятия не имею, о чём ты сейчас говоришь.

Том в замешательстве посмотрел на Шизуо, который просто продолжил рассказывать о временах своей юности:

– Вообще, ни одна женщина не горела желанием приблизиться ко мне. Знаю, что частично в этом виноват мой характер, но ещё – рядом со мной никто не чувствовал себя в безопасности, кроме чёртовой блохи и того странного парня в очках. Блоха вечно что-то нашёптывала женщинам, чтобы они шли за ним куда-то, а очкарик пугал женщин до дрожи в коленках из-за проблемного характера.

– Ты говоришь об Изае и… м, о докторе, которого упоминал?

– Да. Доктор – как раздражающая муха, которая не может перестать болтать о всякой чепухе, и я по-прежнему иногда слетаю с катушек в его присутствии. Но он вроде плохой компании, от которой не отвязаться. Не хочу даже говорить о чёртовой блохе. Всё равно он не сгорит быстренько где-нибудь только потому, что мне этого хочется. В любом случае, из-за них у меня никогда не было девушки.

– Не думай об этом слишком часто. Рано или поздно ты найдёшь симпатичную подружку. В конце концов, у тебя лицо, как у твоего братца-главной знаменитости.

Том с улыбкой на лице попытался подбодрить Шизуо этими словами. Шизуо же склонил голову, словно говоря: «Неужели?».

Это был день как день, один из многих – особенно для Шизуо.

Происшествие с Рокуджо Чикаге было как крупинка специй в их небогатой на события жизни.

Или, по крайней мере, оно должно было быть таким.

Редко случалось, чтобы люди вроде Чикаге специально искали Шизуо.

Поэтому Шизуо не смог осознать, что его жизнь тихо и незаметно меняется, причём так, что он не может этого заметить.

– Обед был в Лоттерии… как насчёт ужина в Макдоналдсе, для своеобразного равновесия… Хмм?

Том остановился посреди предложения и странно повысил голос. Шизуо поднял голову с вопросительным выражением на лице, и спросил:

– Что такое?

– Обернись и посмотри.

– Хм?

Шизуо сидел спиной к Шестидесятиэтажной улице. У кафе были прозрачные стеклянные стены, так что Том мог отчётливо видеть, что происходит снаружи.

Прямо сейчас взгляд Тома был устремлён на что-то позади плеча Шизуо.

– Да что происходит…?

В тот момент, когда он обернулся, Шизуо сразу же замолчал.

Присосавшаяся к стеклу.

Пожалуй, лучшие слова, которыми можно было описать это.

Маленькая девочка стояла по другую сторону стеклянной стены Лоттерии.

Крошечная девочка, чьи ручки и лоб буквально вжались в стекло, пялилась на Шизуо.

– …

На какой-то момент он даже подумал, что это одна из тех девочек, которых он знает, может быть, Курури или Маиру.

Шизуо не мог вспомнить никакую другую маленькую девочку из Икебукуро, которая бы так вжималась в стекло, пялясь на него.

Но лицо этой девчушки было ему незнакомо.

Более того, она была гораздо младше Курури или Маиру.

Девочка была одета как учащаяся младшей школы. Можно было догадаться, что ей не больше десяти.

– …?

Девочка продолжила в упор смотреть на Шизуо – а затем, сверившись с листком бумаги, который держала в руке, она подняла глаза, чтобы посмотреть на него ещё раз –

Внезапно, на её лице, словно распустился цветок, расцвела широчайшая улыбка.

Эта улыбка не была предназначена для того, чтобы успокоить или скрыть смущение. Наоборот, это было то невинное выражение, которое бывает лишь у детей, когда у них в руках оказывается долгожданная игрушка.

После этого девчушка начала бегать кругами, громко топоча, словно заводная игрушка; она не отводила взгляда от Шизуо.

– … Эм, Шизуо, она твоя родственница?

– … Нет, не думаю, что знаю её.

– Но, знаешь, мне не кажется, что она пялится на тебя лишь потому, что считает твою одежду забавной.

– Нет. И это определённо странно. Я выйду и посмотрю.

Шизуо пребывал в замешательстве и хотел выйти за дверь, чтобы спросить загадочную девочку, зачем она пришла.

– Эй, эй, ты и в самом деле считаешь это хорошей идеей? Что, если она закричит: «Папочка!» или «Любимый!»? Что ты тогда будешь делать?

– Это невозможно. Мы же не в голове у Юмасаки.

Шизуо быстро отнёс поднос и вышел из кафе.

Маленькая девочка по-прежнему смотрела на него, её глаза возбуждённо сверкали.

Родители часто с гордостью сравнивают своих детей с куколками; но в случае этой девчушки не было другого слова, чтобы описать то очарование, которое она производила.

Её волосы до плеч цвета воронова крыла мягко развевались на ветру, прелестная длинная чёлка закрывала поочерёдно то левый, то правый глаз.

DRRR v05 06

Погода в мае уже была довольно тёплой, но на девочке было два слоя одежды. Вещи выглядели так, что их бы скорее одели бы европейские дети; золотые пуговицы привлекали внимание. Они словно были тщательно подобраны, чтобы подчеркнуть крохотную фигурку девочки.

Однако взгляд из-под чёлки делал её улыбку довольно угрюмой.

Девочка продолжала смотреть на Шизуо даже тогда, когда без колебаний побежала прямиком к нему навстречу.

Побежала.

Бежала.

Бежала и бежала.

Бежала, бежала, бежала.

Топ топ топ топ топ топ

Топ топ ----------------

Шизуо внезапно посетило жуткое чувство.

И невыразимая дрожь пробежала вниз по позвоночнику.

Тут он обратил внимание на улыбку девочки.

Она была и впрямь невинной.

Но, в то же время, было в ней что-то от улыбки детишек, которые давили муравьёв для развлечения…

Предчувствие Шизуо оправдалось в тот момент, когда маленькая девочка открыла рот, чтобы сказать своё первое слово:

– Умри!

И тогда эта маленькая девочка…

Без промедления прижала электрошокер, который держала в руке, прямо к животу Шизуо.

В следующую секунду мощный заряд тока пустил оглушающий сноп искр в воздух…

И спокойные деньки Хейваджимы Шизуо официально подошли к концу.


Ночь предыдущего дня (2 Мая), ЧАТ

Сеттон-сан в чате.

Сеттон: Добрый вечер!

Сеттон: Хмм, похоже, никого нет в сети.

Сеттон: Я просто подожду.

Сеттон: О, моя вторая половинка звонит.

Танака Таро-сан в чате.

Танака Таро: Добрый вечер.

Танака Таро: Похоже, только Сеттон-сан в сети?

Танака Таро: Хмм, нет ответа.

Танака Таро: Может быть Сеттон-сан занят. Тогда прошу прощения.

Танака Таро: Я просто подожду здесь.

Кио-сан в чате.

Маи-сан в чате.

Кио: Нам ужасно жаль, что мы беспокоим вас в вашем тихом поиске ожидания, когда другие появятся, Таро-сан, только что сказавший, что будет ждать, после того, как признал наличие другой стороны, и Сеттон-сан, который, кажется, не заметил прибытия ожидаемых им людей, потому что он отошёл. Неужели, это прелюдия некого романа? Хотя я не знаю, какого вы пола. У Таро-сан мужское имя, но я не могу исключить возможность того, что вы на самом деле женщина. Что же касается имени Сеттон-сан...

Маи: ?

Кио: Извини. Я просто превысила лимит слов. А пол человека, скрывающегося под именем Сеттон-сан определить гораздо сложнее. Кстати говоря, никнейм Сеттон действительно странный. Что же стоит за этим именем? Я погуглила, но все, что я нашла, так или иначе, относится к корейской моде. Это оттуда вы подчерпнули идею своего имени? Или вы позаимствовали его у продюсера фильмов Максвелла Сеттона?

Маи: Это загадка.

Сеттон: Вернулся. Добрый вечер.

Сеттон: Странные же люди здесь обитают.

Сеттон: Ах, вовсе нет. Мой ник – просто изменённое реальное имя.

Кио: Вот это сюрприз. Я не могу поверить, что история, что стоит за вашим именем, так проста. Пожалуйста, простите меня, если моё определение ‘простой’ вас обидит. От всего сердца я приношу свои извинения, но простить меня или нет – зависит от вас. Но, опять же, это может оказаться идеальным шансом познакомиться с настоящим Сеттон-саном! Какой поворот, так ведь? Сето Санпей... Сеточи Анна... Какое же у вас настоящее имя? Ух, ты, Сеттон-сан стал ещё более загадочным, если такое вообще возможно.

Маи: Серада Джиру Сабуру Тонпей?

Сеттон: Что это за имя такое, Тонпей?

Маи: – Сообщение удалено из-за наличия неуместных слов или фраз -

Маи: Что?

Сеттон: Хм, я не знал, что у нас такой фильтр.

Сеттон: …И что же вы пытались предложить как мое настоящее имя?

Маи: – Сообщение удалено из-за наличия неуместных слов или фраз -

Маи: Ах, поняла, это слово здесь говорить нельзя…

Маи: Так обидно!

Сеттон: ?

Маи: Мои права ущемлены.

Кио: Мне так жаль. Сейчас мы сидим за компьютерами прямо рядом друг с другом, и обе принимаем участие в беседе в этом чате. Но как только я увидела, что Маи набрала что-то непристойное в диалоговом окне, я в реальном мире наказала её для того, чтобы пресечь загрязнение чата. Пожалуйста, будьте уверены.

Сеттон: Я вижу, вы обе неплохо ладите.

Бакюра-сан в чате.: Бакюра: Ура

Кио: Посмотрите, да это же господин Плейбой, который любит надрывать горло?

Маи: Добрый вечер.

Бакюра: Что, почему это о моем горле ещё говорят?

Сеттон: Вечер добрый!

Сайка-сан в чате.

Бакюра: Оу, только через минуту после меня.

Сеттон: Это синхронность.

Сайка: Добрый вечер

Бакюра: Разве Таро-сан уже ушел спать

Бакюра: Сейчас только 10 вечера.

Бакюра: Скорее всего, это здоровый образ жизни, он считает, что должен придерживаться его.

Танака Таро: Ничего себе, люди успели выйти в сеть, пока я отвечал на телефонные звонки и ходил в ванную.

Танака Таро: Всем добрый вечер.

Бакюра: Ах, вот и ты

Сеттон: И опять синхронность.

Бакюра: Город множества грехов[12] – это звучит, как своеобразная финальная сцена откровений в игре.

Танака Таро: Я действительно не могу притвориться, что мне интересно на это отвечать.

[Приват] Бакюра: Микадо

[Приват] Бакюра: Мне нужно с тобой поговорить

[Приват] Танака Таро: Что?

Сеттон: Часть сообщения с “Городом множества грехов” – это просто…

Сайка: Что это значит?

[Приват] Танака Таро: Ты Масаоми, верно?

[Приват] Бакюра: …Не думаю, что сейчас имеет значение, кто я.

[Приват] Танака Таро: Но два месяца в этом чате ты притворялся, что даже не знаешь меня…

Кио: Я, правда, понятия не имею, какой способ мышления смог заставить Бакюру-сана сказать то, что он сейчас сказал… сердца людей воистину непостижимы. Может быть, это потому, что так много оттенков безумия сливаются воедино в наших сердцах. Только я надеюсь, что подобное сочетание безумия не представляет потенциальную угрозу для мира и наших близких.

[Приват] Танака Таро: Извини, я сказал, что не заинтересован в ответе тебе, потому что, как мне показалось, всем остальным есть, что сказать…

[Приват] Танака Таро: Ох, я действительно не знаю, что сказать. Я и не ожидал, что мне представится возможность поговорить с настоящим Масаоми при таких обстоятельствах… но ты действительно так расстроен из-за моих слов? Я думал, что Масаоми, скажи ему такое кто-нибудь, было бы всё равно… На самом деле, фраза “Город множества грехов” была довольно забавной.

[Приват] Бакюра: Нет, это совсем не то, о чем мне нужно с тобой поговорить.

[Приват] Бакюра: Ах, подожди немного.

Маи: Страшно.

Сеттон: Вы были слишком недоброжелательны, Кио-сан.

Сеттон: Видите? Похоже, Бакюра-сан не хочет больше с нами говорить.

Бакюра: А, прошу прощения.

Бакюра: Я просто ел.

Бакюра: Я всё ещё здесь, но, возможно, не буду никому отвечать.

Сеттон: Приятного аппетита!

[Приват] Бакюра: Хорошо, теперь я могу сосредоточиться.

[Приват] Танака Таро: Спасибо, что ты стал серьёзнее. Кстати, я рад, что ты больше не жмёшь enter после каждого знака препинания…

[Приват] Бакюра: В любом случае. Есть причина, по которой я сегодня буду говорить не с Танака Таро, а непосредственно с тобой, Микадо. На самом деле, я ждал твоего появления онлайн.

[Приват] Танака Таро: Ты мог бы позвонить мне. Мой номер не изменился.

[Приват] Бакюра: Не мог. Если бы я услышал твой голос, моё сердце изменило бы своё решение на то, которого мне не хотелось бы.

Кио: Итак, завтра все уже собираются на выходные? Мы вдвоем большие домоседы, чем кажемся, поэтому собираемся выращивать нашу любовь дома.

Сеттон: Вашу любовь? Кио-сан и Маи-сан – пара?

Маи: Это секрет.

Сайка: Я останусь дома.

[Приват] Бакюра: Я разговаривал с Кио-сан и остальными

[Приват] Бакюра: Ты собираешься куда-то на Золотой Неделе?

Сеттон: Моя вторая половинка и я, скорее всего, будем играть в видеоигры.

Кио: Ух, ты, у Сеттон-сана тоже есть свой способ выращивания любви.

Маи: Вместе.

Сеттон: Ах, ха-ха, если вы предпочитаете называть это любовью… хорошо, я полагаю, что на самом деле нет другого способа описать это иначе. lol

Сайка: Любовь?

[Приват] Танака Таро: О, я никуда не пойду! Так что, если ты хочешь встретиться, мы, несомненно, могли бы!

[Приват] Танака Таро: Твои родители, похоже, не волнуются, чем ты занимаешься, поэтому, я думаю, они не против того, что ты бросил учёбу. Но все в школе беспокоятся о тебе. Сато-сенсей тоже тобой интересовался.

[Приват] Танака Таро: И Анри, правда, хочет тебя увидеть снова.

[Приват] Бакюра: …Это не совсем то, о чем я сейчас хочу говорить. Извини.

Кио: Всё равно, если мы выйдем на улицу, то просто будем бродить по Икебукуро. Маи и я, наверное, пойдем по магазинам в “P Parco” и посмотрим фильм на улице Саншайн. И всё.

Маи: Я так хочу посмотреть фильм.

[Приват] Бакюра: Микадо, ты собираешься куда-нибудь на выходные?

[Приват] Танака Таро: Что? Да нет, у меня, как у старосты, есть дела, поэтому завтра я буду в школе.

[Приват] Бакюра: Понимаю… Микадо. Я дам тебе лучший мой совет.

[Приват] Бакюра: Не броди в одиночестве по ночам, по крайней мере, на этих выходных.

[Приват] Бакюра: Даже если будет необходимость, старайся не пересекаться ни с кем из Долларов.

[Приват] Танака Таро: А?

Сеттон: Ах, но иногда я думаю, что было бы неплохо сходить в лес в моем родном городе вместе с моей парой.

Кио: Действительно! Почему бы не посетить ваш родной город? Выходные у вас не каждый день.

Сеттон: Нет… Мой родной город слишком далеко отсюда.

[Приват] Бакюра: Лучше всего, если ты станешь обычным студентом старшей школы и не будешь иметь ничего общего с Долларами некоторое время.

[Приват] Танака Таро: Да что именно происходит?

Сеттон: Таро-сан куда-нибудь собирается?

[Приват] Бакюра: Я сам не совсем понимаю, так что я, наверное, не самая лучшая кандидатура для объяснений.

[Приват] Бакюра: Это всего лишь догадка… да, что-то близкое к предчувствию.

[Приват] Бакюра: Я просто чувствую опасность.

[Приват] Бакюра: Доллары в опасности. У меня такое чувство, что Доллары в опасности.

[Приват] Танака Таро: Доллары?

[Приват] Танака Таро: Не совсем уверен почему, но я понимаю, что ты пытаешься сказать. Я буду острожен

[Приват] Танака Таро: Я верю таким предчувствиям Масаоми, так как они никогда ещё не ошибались.

Сеттон: Нет ответа. Может, отошел.

Сеттон: Ах, извините. Похоже, у нас гости, так что сегодня я оставлю вас пораньше.

Кио: Увы, мы уже прощаемся. Это делает меня такой меланхоличной, но я просто заставлю себя насладиться восхитительной печалью, обвиняя во всем судьбу. Я, пожалуй, единственная, кто получает удовольствие от таких вещей. Прощайте, Сеттон-сан, удачных выходных.

Маи: Сеттон-сан, пока-пока.

Бакюра: Хорошо отдохнуть.

Сайка: Спасибо.

Сеттон: Сайка-сан, не за что меня благодарить. lol

Сеттон: В любом случае, хорошо всем отдохнуть.

Сеттон: Спокойной ночи.

[Приват] Бакюра: Спасибо, Микадо.

[Приват] Бакюра: Позаботься о себе.

Сеттон-сан покинул (а) чат.

[Приват] Танака Таро: Спасибо. И ты тоже, Масаоми. Я, правда, так думаю. Спасибо тебе за все.

[Приват] Бакюра: Не говори это, звучит так, будто мы друг другу чужие.

Бакюра: Ах, у меня, на самом деле, есть одно дельце, так что на сегодня буду закругляться.

Бакюра: (> _ <) ノシ

Бакюра-сан покинул (а) чат.

Кио: Спокойной ночи. Надеюсь, вам приснятся Города с множеством грехов.

Танака Таро: Спокойной ночи.

Танака Таро: Эх. Сеттон-сан тоже ушёл?

Танака Таро: Ох, я и не знал, что игнорировал Сеттон-сана…

Танака Таро: Мне очень жаль.

Сайка: Я не думаю, что Сеттон-сан когда-нибудь об этом вспомнит.

Кио: Ох, вы, кажется, надолго пропали друг для друга без вести. Сначала Танака Таро-сан был проигнорирован Сеттон-саном, который в тот момент отошёл по делам. А потом Таро-сан игнорировал Сеттон-сана в ответ… это онлайн-феномен постоянно упускать друг друга, безусловно, создан для того, чтобы научить нас чему-то!

Маи: Я думаю, это любовь!

Кио: Я думаю, тебе нужно перестать отвечать, руководствуясь исключительно рефлексами.

Сайка: Любовь…?

Танака Таро: …Ой, простите?

Танака Таро: Кстати, Канры-сан сегодня не было.

Кио: Эта умная сволочь всегда занята. Хотя, я бы не возражал бы вообще, если бы она тратила побольше времени на что-то вроде этого чата и не привносила в мир больше разрушений.

Маи: Она прогнила до костей.

Сайка: Канра-сан не похожа на плохого человека.

Танака Таро: Сайка-сан уже встречала Канру-сан в реальной жизни?

Сайка: Нет, только в этом чате. Мне очень жаль.

Танака Таро: Ну, я бы не назвал её плохим человеком, но Канра-сан, правда, немного странная.

Кио: Увы, увы. Еще одно человеческое существо было обмануто милыми речами Канры-сан...

.

.

.

Промежуточная глава или пролог А: Рокуджо ЧикагеПравить

Ночь 3 мая, Итабаши, Токио

Над национальным шоссе 254 проходит одна эстакада, которую обычно называют “шоссе Кавагое”.

В это время на ней в окружении толпы девушек стоял молодой человек с повязкой на глазу и смотрел на огни проезжавших под эстакадой автомобилей.

– Нэ~, Роччи, больше не болит?

– Я испытываю ужасную боль. Но пока я с вами, я в порядке. Ощущать дыхание прекрасных девушек у своего уха – вот лучший анальгетик, – сказал Чикаге, потирая рукой пластырь.

Одна из девочек подала голос, с серьезным видом заявив:

– Роччи.

– Что такое?

– Ты больной.

– Чег-…

Чикаге драматично запрокинул голову, будто её слова явились для него смертельным ударом. Но как только он снова обернулся к девушкам и заговорил, стало понятно, что на самом деле парень и не думал впадать в уныние.

– Всё же, я должен вас поблагодарить за сегодняшнюю экскурсию по Икебукуро. Благодаря ней у меня появилась пара идей.

– Брось притворяться, Роччи. Мы знаем, что ты почти никогда не выезжаешь из Сайтамы.

– И ты меня сегодня до смерти напугал, когда пришёл к нам весь израненный.

– Точно. Не дерись, если не умеешь, Роччи.

Чикаге наигранно улыбнулся щебечущим девушкам и проговорил:

– Я хорош в драках.

– Так ты выиграл?

– …Нет, продул.

– Так и знала!

Девушки вздохнули. Чикаге вздохнул в ответ.

– Мой противник был слишком силен. Но, черт меня побери, если это не была лучшая драка в моей жизни! И ещё он, оказался более приятным парнем, чем я ожидал, – сказал Чикаге с мрачным выражением лица.

Девушки начали галдеть в ответ:

– Понятия не имею, о чём ты. – Почему же он с тобой дрался, если он хороший?

– Парни никогда не повзрослеют… – Особенно Роччи.

– Единственная часть тела, которая у него растет – та, что внизу… – Как это мерзко. – Кем надо быть, чтобы назначить свидание сразу восьми девушкам? – Эй, а я думала, что их было на десять больше. – Большинство из них сильно разозлились и разошлись по домам. – Ещё хуже. – Зачем ты строишь из себя плейбоя? – Это одно из твоих ненормальных развлечений?

Пока девушки продолжали отпускать колкости в его адрес, Чикаге сощурился и склонил голову набок.

– Похоже, вам нравится меня обсуждать. По крайней мере, я куда лучше того аристократа с больше чем тридцатью любовницами-горничными, о котором недавно говорили по ТВ, или я не прав?

– Да ну? Не ты ли говорил, что завидуешь ему?

– Ну… Поговорим об этом позже. В любом случае, будьте осторожными по пути домой. Не идите до Станции поодиночке.

Девушки покорно заулыбались очевидной попытке Чикаге сменить тему.

– Ладно, ладно, Роччи. Мы знаем, что ты о нас беспокоишься.

– Увидимся.

Девушки попрощались и покинули эстакаду.

Чикаге с улыбкой на лице проводил их взглядом, а потом вернулся к созерцанию ночного шоссе.

Он немного помолчал, стоя под ночным бризом…

Затем, внезапно он нарушил тишину, и его голос затерялся среди шума проезжающих мимо машин.

– Нет, ну серьезно, я первый раз в жизни вот так проигрываю. Тем более, ему ещё и к врачу меня пришлось отнести. Да и врач-то тоже какой-то странный.

– Мы и не думали, что ты можешь совершить такую глупую ошибку.

Раздался голос из-за спины молодого человека.

Это был уже совсем не девичий, а грубый голос взрослого мужчины.

Чикаге не обернулся. Он продолжал смотреть на машины и произнес:

– Ах… этот парень не человек. Честно говоря, я даже не хочу снова с ним драться.

– С ним настолько трудно иметь дело?

– Собственно, мне вообще не следовало к нему лезть, раз уж в том деле были виноваты мы. Я искал его по собственной инициативе.

– Все нормально. Хейваджима Шизуо нам в любом случае не нужен.

– Это точно.

Чикаге посмеялся и сказал окружавшим его мужчинам:

– Да, Хейваджима Шизуо – всего лишь гарнир. Сегодняшний противник – вот наше главное блюдо.

Чикаге перевёл взгляд с дороги на мужчин вокруг себя.

Большинство из присутствующих людей были ему хорошо знакомы.

Их глаза.

Острые, как у волков, взоры были направлены на Рокуджо Чикаге.

Но их ненависть была обращена не к нему.

Множество людей в кожаных куртках или, как их называют иначе, “токко-фуку”.

Они ещё не выглядели совсем взрослыми, но их пугающая манера поведения, кажется, даже воздух делала гуще.

Разумеется, не все они толпились на эстакаде. За исключением нескольких избранных, все мужчины находилась на тротуаре под ней.

Рокуджо Чикаге внимательно осмотрел своих стоящих в тишине людей одного за другим…

И, медленно разжав губы, произнес:

– Око за око, зуб за зуб. Мы не щадим тех, кто считает нас пустым местом… если они развязали с нами грязную игру, то мы будем играть ещё грязнее! Дурачьё, ринувшееся без моего разрешения в Икебукуро и устроившее здесь беспорядки, сейчас в больнице… не повторяйте их ошибок!

– Вчера ещё троих наших отделали. Тоже чисто сработано.

– …Тц! Опять эти идиоты лезут куда не надо без моего разрешения, а?

Чикаге скрипнул зубами, когда услышал эти слова от одного из своих людей. А затем он рассмеялся.

– Мы не стадо кротких потерянных овечек… нет нужды официально объявлять войну этой грязи, пока не подерёмся с ними.

Рокуджо Чикаге, парень с меткой банды байкеров “Торамару”, продолжал разглядывать окружавших его людей, переполненных жаждой крови. Его голос был спокоен, но в нём всё равно проскальзывали невыраженные эмоции:

– Они могут расценить это как месть, но стерпеть то, что они сделали, – выше моих сил… они явились в Сайтаму, напали на наших людей и даже устроили засаду тем, кто не имеет к нам никакого отношения… Если бы они не трогали невинных, я бы смирился с их поступками. Но теперь это уже совсем другая история.

Мужчина, который, похоже, был правой рукой капитана, сглотнул и сказал:

– Не знаю, что они там о нас думают…. но мне кажется, что Доллары – серьезный противник.

– Мне на это плевать.

Похоже, что Чикаге не разделял точки зрения помощника.

Присутствовавшие здесь сорвиголовы выглядели иначе, чем во время беспорядков, учиненных ими в Икебукуро – сейчас они были дисциплинированы и у них был лидер.

– Мы покажем этим так называемым Долларам – тоже мне, строят из себя неизвестно кого – кто мы на самом деле.

Все молча слушали Чикаге.

Однако в их сердцах разгорелся огонь и озарил одну единственную цель –

Месть!

Какая-то банда нарушила покой их родного города.

Что хуже, из-за этого они потеряли лицо.

Вовлеченными оказались их друзья, родные и многие другие невинные люди.

Рокуджо Чикаге усилил призыв в своем голосе, чтобы заставить терпение этих разгневанных молодых людей достигнуть точки кипения.

– Мы покажем этим Долларам….С КЕМ ИМ НЕ СТОИЛО СВЯЗЫВАТЬСЯ!

– ДААААААААААААА!!!

Оглушительный рев сотряс ночное небо Икебукуро.

Вскоре мужчины растворились в ночи.

Чикаге остался на эстакаде, провожая их взглядом.

Сейчас его зловещая и жестокая улыбка совершенно отличалась от той, что была на его лице во время драки с Шизуо.

– Ладно. Не думаю, что вам, ребята, надо об этом ещё раз напоминать, но… – добавил он напоследок:

– Если кто-то из вас посмеет, хоть пальцем, тронуть девушек из Долларов… Прибью голыми руками.

Любовный лепет подпольного доктора, Часть IIПравить

Привет, Селти. Прости, что заставил тебя ждать.

Всё так закрутилось, завертелось.

Похоже, ты сидишь в чате. Ничего, если я тебя отвлеку? Это же тот самый чат, где Селти каждый день любит сидеть, да? И эта девушка в очках, Сайка, тоже, верно?

Увы. Шизуо откуда-то притащил мальчишку, всего в крови.

Похоже, они подрались.

Однако давненько он не приводил ко мне людей, которых сам же и покалечил.

Если точнее, то со времен старшей школы. В то время мог только оказать первую помощь и наложить повязку. А ты, по-моему, работала, да?

Я мало разговаривал с тобой о том, что происходило в школе. Собственно всё, что тогда происходило – драки, в основном.

Потому что Шизуо и Изая начали драться как кошка с собакой с того самого момента, как они впервые увидели друг друга.

Хотя, пожалуй, вернее будет сказать, как вампир с оборотнем.

Кстати говоря, Селти, ты видела когда-нибудь настоящих вампиров или оборотней?

Что, правда?

Значит, в мире на самом деле есть много разных оборотней и вампиров.

Но ты не видела ни одного вампира после своего приезда в Японию, да? Я так и думал.

И всё же, Селти, ты пожалуй, сама являешься самым необычным существом в Японии.

…Но ты боишься маленьких серых человечков?

Что ты имеешь в виду, Селти? Селти?

Только не говори мне, что ты до сих пор убеждена в том, что причиной вымирания динозавров были маленькие серые человечки.

………

Нет, нет, Селти, фотоновый пояс – это не огромный живой организм. «Фотоновый пояс нас всех сожрет»? Никогда не слышал ничего подобного.

…………

Нет, нет, нет, нет! Каким образом люди смогут так легко выбраться из четырехмерной реальности?

Подумай об этом! Знаешь, как Юмасаки-кун сильно старается попасть в двухмерный мир? И всё же он так и не смог этого сделать. Таким образом, четырёхмерные люди никогда не смогут попасть в наш трёхмерный мир. Всё путем!…… Ты боишься тессерактов из четырехмерной реальности? Ты начиталась Докьёбоши[13]? Не путай мангу с реальностью!

Селти, я тебя не понимаю. Ты не боишься привидений и фей, но инопланетяне приводят тебя в неописуемый ужас. Я тут вспомнил, что в одной телепередаче так мало людей верили в призраков, а не в Венерианцев, что они там даже не смогли собрать равное количество участников с обеих сторон для обсуждения.

…Да? И о чём же эта передача заставила тебя подумать?

………

Успокойся. Не стоит бояться предсказаний!

Смотри, ничего же не случилось в 1999, верно? Так что в 2012 тоже всё будет нормально!

Кстати говоря, Селти, в июне 1999 ты говорила, что задумывалась над тем, не является ли твоя утерянная голова корнем всего зла на земле.

Что? Календарь майя заканчивается в 2012 году?

Постой-ка, а когда ты хочешь, в таком случае, чтобы календарь майя закончился?

3000 лет спустя? Или через миллиарды лет?

Сколько тебе надо, чтобы майя работали? Знаешь ли ты как тяжело майя сделать календарь хотя бы на один год? Ну, я тоже, конечно же, без понятия.

Взгляни, календарь моей записной книжки заканчивается в 2009 году.

…Селти, только не говори мне, что ты боишься и 2009 года.

Ты когда-нибудь думала, что конец света может наступить раньше 2012 года в результате ядерной войны или столкновения Земли с метеоритом?

Если бы предсказание было сделано где-то в 1800 году, люди бы непременно обрадовались. «Конец света наступит не раньше 2012 года, то есть не в моё время!», решили бы они, верно? Хотя большинство просто проигнорировали бы это предсказание.

Вот о чём я пытаюсь сказать. Всё, на что эти так называемые ‘предсказатели’ способны, – преувеличить значимость слухов и запугать людей. Хотя нельзя отрицать, что среди них порой появляются и настоящие предсказатели.

Ну, допустим, возьмем для примера……Изаю.

Как думаешь, он чем-то похож на предсказателя?

Он ведь вечно говорит загадками, будто может читать твои мысли, правда же?

Он появляется из ниоткуда, как призрак, всякий раз, когда что-нибудь случается, и ведет себя так, словно всё происходит по его плану; хотя на самом деле он так же, как и обычные люди, ни о чем не знает заранее. Естественно, всё будет понятно, если есть возможность обратиться к прошлому.

Совсем как эти самопровозглашенные ‘предсказатели’, он только и делает, что говорит о том, что уже свершилось, как будто он ожидал этого давно. Что необычного в Орихаре Изае, так это то, что подобные слова из его уст звучат очень убедительно.

Если будешь трезво оценивать все его разговоры, они навряд ли на тебя хоть как-то подействуют… Но он всегда знает, как оказаться в нужное время в нужном месте и что именно сказать, чтобы задеть, чтобы тебя обязательно испугать, заставить нервничать, лишить уверенности.

Реши Изая появиться на телевидении в качестве предсказателя, он, думаю, был бы довольно популярен.

Конечно, когда число его последователей возросло бы до определенного предела, он наверняка устал бы, сказал что-нибудь вроде «вся Япония будет затоплена» и исчез без следа в этой вызванной им самим суматохе.

Уже в школе он как никто другой умел лгать и обладал чудовищным даром убеждения.

Я скорее скажу, что он хорош не в ‘мошенничестве’ или ‘обмане’, а в убеждении. Так хорош, что даже думаешь: такой талант пропадает.

Серьезно, мои беззаботные школьные деньки были безнадежно испорчены из-за этих двоих. Шизуо был жестоким, а Изая не внушал доверия, поэтому ни одна девушка не могла найти в себе храбрость подойти познакомиться с нами. Не то что бы мне нужна была какая-нибудь там девушка, когда я уже жил с Селти.

В любом случае, мораль такова: никогда не верь ни единому слову Изаи. В отличие от, опять же, всё тех же предсказателей-самозванцев, в его словах нет ни капли хороших намерений. И, опять-таки, его ложь вовсе не становится приятнее, даже если он лжет, имея эти хорошие намерения.

А? Что если я на самом деле настоящий предсказатель, который может предвидеть конец света?

…Вообще-то, целью моей речи было донести до тебя эту мысль: «Лучше не беспокоиться из-за всяких предсказаний, а опасаться Изаю в реальной жизни». Неужели мой совет был полностью проигнорирован?

Это меня немного печалит. С другой стороны, это одно из многих качеств, которые делают тебя прекраснее, Селти!

Будь у меня способность видеть будущее, и если бы конец света мог быть остановлен силами человечества, я бы выиграл в лотерею десять миллиардов иен, вложил бы их в акции и заработал бы такое состояние, что весь мир поверил бы, что у меня есть возможность предвидеть будущее; и тогда я смог бы сделать что-нибудь, чтобы предотвратить апокалипсис. Если бы конец света должен был наступить через три дня, я бы просто сдался и вместо этого обнимал Селти!

…Это так странно, Селти. Ты должна быть глубоко тронута моими словами и уже быть в моих объятиях.

Но опять же, если бы существовали настоящие предсказатели, которым по силам видеть будущее, их можно было бы сравнить с машиной времени, правильно? Потому что то, что они делают – это эффективно перемещают нужную информацию из будущего в прошлое.

…………

Селти, только не говори мне, что ты боишься, потому что думаешь об инопланетной катастрофе… Хорошо?

Селти, Селти. Ты такая сильная, и в то же время так паникуешь, когда кто-то упоминает инопланетян. Это так мило.

…………

…Что? Интересно, почему ты не щипаешь меня за щеки или не бьешь своей тенью или чем там ещё?

Послушай, я не мазохист. Но я начинаю за тебя переживать, когда ты, как обычно, не ведёшь себя по отношению ко мне несколько жестоко…

«Я успокоилась. Спасибо тебе»…?

Выходит, ты, и правда, была напугана.

Иди сюда, плачь сколько угодно в моих объятиях. А после этого мы пойдем в кроватку, и я смогу утешить тебя интимной беседой ааааааа больно, больно, я понял, ты наконец-то вернулась в нормальное состояние, ай, больно!!! Это правда очень больно…

Ужасная боль. Но я счастлив, когда вижу, что с тобой снова всё в порядке.

А, кстати, я не такой уж и скептик, когда разговор идёт о сверхъестественном феномене. Я верю во всё это.

Потому что у меня есть ты, Селти, настоящее чудо, живое доказательство.

Я сказал, что ты нечто ‘необычное’. Я бы хотел уточнить.

Ты не фея, не демон, и, конечно, не призрак.

Ты чудо любви!

И мне всё равно, фея ты, дьявол, да пусть хоть ангел.

Люди говорят «Учуять фрукт, увидев лишь бутон», но я считаю, что тебе больше подходит «Сквозь листву при первых лучах солнца учуять запах меда». Ты привлекла меня с первого дня, как я увидел тебя. Конечно, я не знал, что мне так повезет, и я буду с тобой!

…Хмм?

Ах, как не вовремя!

Прости, Селти. Похоже, этот мальчишка, которого Шизуо притащил, только что проснулся.

Мне надо объяснить ему, что случилось, иначе начнется неразбериха.

Ох… Прости, что заставил тебя ждать.

Он уже может ходить, поэтому я отпустил его. Ему нужно сделать томографию и проверить голову как следует, ведь его побил Шизуо, поэтому я представил его другому подпольному доктору, у которого есть необходимое оборудование.

Это так неудобно, когда у тебя нет нужных приборов для осмотра. Хорошо, что я познакомился с этим доктором через коллег моего отца.

Кстати говоря, я, конечно, понимаю, что беру недорого, но Шизуо слишком сильно на меня надеется.

Он что, путает моё с Селти любовное гнёздышко с каким-нибудь филиалом Красного Креста?

Это так грубо с его стороны сравнивать обычных докторов с нелегальными докторами, такими как я.

И да, Селти, ты не когда-нибудь была на войне?

…………

Если и была, то воспоминания об этом очень нечеткие? Так и думал.

Эти воспоминания наверняка остались у головы?.. Нет, Селти, только не говори мне, что ты снова думаешь о поисках своей головы…

Мы вряд ли ввяжемся в какую-нибудь войну, если будем продолжать жить в этом городе.

Люди говорят, что японцы привыкли к миру. Это и хорошо, потому что это значит, что я могу спокойно проводить время вместе с Селти.

Хотя я не знаю, как долго этот мир продержится. Вот почему мы должны срочно начать совершенствовать нашу любовь!

Почему бы нам не продолжить с того, на чем мы остановились аааааа больно, больно, больно! Очень больно! Почему ты проделываешь на мне двойной захват своей теньюююююююююююю нгххххх……!

Глава 2. Эти взрослые, они неугомонныПравить

DRRR v05 07


3 мая, где-то в Икебукуро

В то время как загадочная маленькая девочка пыталась ударить током Хейваджиму Шизуо –

Селти Стурлусон была занята своими, не совсем привычными делами.

Но для неё это было лишь частью работы.

«Идиоты, которые слишком привыкли к спокойствию, ха».

Селти сидела на удобном диване и размышляла над фразой, которую её сожитель, подпольный доктор, сказал накануне.

Однако эту фразу было трудно отнести как к подпольным докторам, так и к подпольным курьерам.

Комната, в которой сидела Селти, казалась чистым и красивым офисом.

Но в обстановке царствовал странный минимализм; даже число столов было сведено к абсолютному минимуму.

Она знала, что эта простота служит определенной цели – она позволяла посетителям срочно покинуть офис или за кратчайшие сроки изменить внешний вид комнат.

Она также знала, что такое может произойти, если полиция будет здесь что-либо искать.

– Нам действительно жаль, что тебе пришлось проделать такой долгий путь. Дать полотенце или еще что-нибудь?

[Нет, спасибо.]

Селти набрала эти слова на КПК и посмотрела на сидящего напротив мужчину.

Его звали Шики. На вид ему было около тридцати.

Он часто подыскивал работу для подпольного доктора Шинры, и сама Селти много раз работала для него курьером.

Для внешнего мира он был представителем художественной галереи, но на самом деле занимал руководящую должность в крупной компании. Проще говоря, он был одним из руководителей в организации якудза "Медей Груп Авакусу-кай".

Одним словом, офис служил как прикрытие для их притворной компании. Она называлась галереей, но в приемной не было ни одной картины.

– Думаю, я должен повесить хотя бы одну или две картины, пусть только на показ. Но я не смог найти такие произведения искусства, которые бы соответствовали моему эстетическому чувству.

Он мог говорить эти слова и раньше, но Селти было все равно.

Вместо этого она не могла не заметить, как новые ‘сотрудники’ тревожно смотрели на неё каждый раз, когда кто-нибудь из них заходил в кабинет.

[…Эм, такое чувство, будто все немного напряжены.]

– Хм? Ах, мне очень жаль. Дело в том, что несколько дней назад один человек, одетый как ты, пришел в финансовый отдел нашей корпорации без приглашения и вел себя немного слишком жестоко.

Селти была одета в черный мотоциклетный костюм и шлем, закрывавший лицо целиком.

Когда дюллахан поняла, что он имел в виду, она почувствовала небольшое раздражение, и начала печатать заново.

[Вы хотите, чтобы я переоделась во что-нибудь другое и пришла попозже?]

«Это своего рода преимущество, что в такие моменты люди не могут видеть мое недовольное лицо».

– Тебе не следует быть такой недовольной.

«Он экстрасенс!?»

[Вы можете читать человеческие сердца?]

– Ты тоже сможешь, если будешь внимательно читать язык тела. Это необходимое условие для нашей деятельности – уметь читать сердца людей, даже если скрыто их лицо. Кстати, если хочешь переодеться или снять шлем, не стесняйся.

«…»

[Всё точно будет в порядке? Если я сниму свой шлем, имею в виду…]

– Да. Ведь это то, что каждый обычно делает, когда заходит в помещение, верно?

[Хм… Я надеюсь, вы знаете, что я за существо? Это точно ничего страшного?]

– Я не возражаю.

Шики ответил спокойно. Селти немного поколебалась, но, в конечном счёте, всё-таки сняла шлем.

В следующее мгновение многих находившихся в комнате людей охватил ужас. Младший ‘сотрудник’, который случайно проходил мимо, вздрогнул и вскрикнул.

– Что!? М-…Монстр…

В мгновение ока Шики вскочил с дивана и схватил молодого человека за воротник.

Даже не слушая того, что тот хотел сказать, он безжалостно ударил его лицом об острый угол стоящего рядом шкафа.

– Аааа…

Молодой человек застонал, из уголка его рта потекла кровь.

Шики схватил его за шиворот и ударил его в висок собственным лбом. Потом он, с лицом, лишенным выражения, проговорил:

– Орать при виде гостей? Что за манеры?

– Ох…аааа…

– Что я только что сказал? Я сказал, что это естественно для людей – снимать головные уборы и шлемы в помещении, разве не так?

[Я…]

Селти лишь могла в спешке печатать на своем КПК, не представляя, что происходит. Однако это была пустая трата времени, Шики не обращал ни малейшего внимания на экран.

– Это так. Тогда почему ты, мой подчиненный, заорал при виде нашего гостя без шлема?

– …Я…мне действительно очень жаль…

Шики слегка улыбнулся и, услышав стон своего подчиненного и его попытку извиниться, холодно сказал:

– Разве ты извиняешься перед тем человеком? Почему ты извиняешься передо мной?

Только Шики приготовился снова ударить парня, как ‘тени’ обвились вокруг его руки.

Это были настоящие, подлинные ‘тени’.

Множество теней появились прямо из воздуха; они сдерживали Шики, словно настоящие щупальца.

– …

Шики молча повернулся к экрану КПК с заново напечатанными словами, который Селти поднесла к его лицу:

[Эм, я не возражаю.]

Другие ‘сотрудники’, которые наблюдали за тем, что происходит в комнате, стояли не в силах пошевелиться, с глазами размером с блюдце, когда увидели, как тени расходятся из рук Селти. Но никто не смел издать и звука после того, что Шики сделал с молодым парнем.

Шики опустился обратно в кресло и улыбнулся так, будто ничего не случилось:

– Ясно. Мне действительно жаль, что тебе пришлось наблюдать эту неловкую сцену.

[Я, правда, не возражаю.]

«…Эти люди страшные».

«Но совершенно не так, как Белый Мотоцикл».

– Приношу свои извинения. Я сказал, что если ты снимешь шлем, всё будет в порядке. Но сотрудники просто не поняли, что я имел в виду.

Селти почувствовала, как по спине пробежали мурашки, когда увидела низко склонённую голову Шики.

«Кстати говоря… Мне кажется, это был первый раз, когда я перед ним сняла шлем».

Мужчина по имени Шики никогда прежде не видел Селти без шлема.

Но его выражение лица ни капли не изменилось. Даже дыхание осталось спокойным.

Селти не могла не удивиться.

«Это своего рода давление, когда кто-то так игнорирует мою ненормальность».

Селти считала, что нормальная человеческая реакция на неё – это как раз такой крик, какой и издал молодой парень, теперь просивший у неё прощения, отчаянно пытаясь прикрыть свой разбитый нос.

Дело всё в том, что даже если вы не обратили бы внимание на чёрные тени, выходящие из её ладоней…

Как только она снимает шлем – выше шеи у неё ничего нет.


♂♀

Селти Стурлусон была не человеком.

Она была дюллахан, шотландской или ирландской феей, которая стучалась в двери умирающих и предупреждала их о неминуемой смерти.

Она держала в руках свою отрубленную голову и ехала на карете, которую Коист-Бодхар, безголовая лошадь, тянул к домам умирающих. Если они были слишком беспечны и открывали дверь, она выплескивала на них полное ведро крови – поэтому и считалась вестником гибели, как банши[14] в европейском фольклоре.

Некоторые считали, что дюллаханы – это форма, которую приобрели скандинавские валькирии, сошедшие на землю. Сама Селти понятия не имела, правда это или нет.

Возможно, она знала.

Но она, конечно, не помнила.

Она потеряла воспоминания о том, кем она была, когда кто-то украл её голову, когда она была на своей родине. Она последовала за ней; так поиски и привели её в Икебукуро.

Её безголовый конь был превращён в мотоцикл, а оружие – в костюм гонщика; десятилетиями она бродила по улицам этого города.

Но кончилось всё тем, что она не вернула ни голову, ни воспоминания.

Она уже знала, кто украл её.

Она также знала, кто пытался сделать так, чтобы она её никогда не нашла.

Но она по-прежнему понятия не имела, где находится её голова.

Для Селти жизнь и так была хороша.

У неё был любимый и любящий человек и люди, которые принимали её такой, какая она есть.

Если то, что она чувствовала, действительно было счастьем, то тогда она была готова продолжать жить так.

Придя к такому выводу, безголовая женщина решила показать миру свою решительность путем действий, а не несуществующего лица.

Вот какой была Селти Стурлусон.


♂♀

Таким образом, чтобы заработать на жизнь, безголовая фея стала работать курьером, принимая заказы как от людей из обычного мира, так и из подполья.

И работа, которую она собиралась взять на этот раз, определенно относилась к последнему варианту.

– Мне действительно очень жаль. Он был уполномоченным по взысканию долгов в нашем финансовом филиале. Выяснилось, что он был хорош только в болтовне. Его успех был так низок, что они были вынуждены понизить его в должности до работы на меня.

[Уполномоченный по взысканию долгов…похоже на то, чем Шизуо зарабатывает на жизнь.]

Селти, только набрав предложение, поняла, что это была не самая лучшая идея, и замерла.

Шизуо ни за что бы не согласился работать на якудза. А что если Шики и его подчиненные пытались втянуть Шизуо во всё это? Селти почувствовала себя неловко.

Но реакция Шики была так далека от той, что она ожидала, что Селти даже удивилась.

– Шизуо… а, ты имеешь в виду его.

Похоже, Шики был знаком с именем Хейваджимы Шизуо. Он отвел взгляд и сказал:

– Он работает взыскателем долгов для горячей линии знакомств, не так ли? Они не должны иметь ничего общего с такими компаниями, как наша. Хотя нашёлся один идиот, который взял у нас деньги и подумал, что сможет сбежать, не заплатив по счетам за горячую линию знакомств. Он был сильно избит[15].

[Ясно.]

– …Тебя впечатляет, что мы хотим нанять такого как он для сбора долгов? Такого, кто стоит первым в чёрном списке у копов и даже не может себя контролировать?

[Нет.]

Она немедленно была в этом убеждена.

Теперь, когда она хорошенько всё обдумала, она не могла не задаться вопросом, как же боссу Шизуо, парню с дредами, удается сдерживать его и не допускать, чтобы он устроил такую шумиху, которая могла бы заинтересовать полицию… Да, этот парень мог оказаться более внушительным, чем она представляла.

– Достаточно об этом. Давай поговорим о работе, – проговорил Шики спокойным голосом и достал фото из нагрудного кармана.

– Это не обычная курьерская доставка… это нечто особенное, работа, похожая на однажды доверенное тебе возвращение тех инструментов.

[Понятно.]

Селти вспомнила о задании, которое ей доверили год назад.

Он попросил её забрать пистолеты у шайки воров прежде, чем до них доберется полиция.

Селти неохотно взялась за эту работу. Но она понимала, что воры могут выстрелить и в обычных людей, не связанных с якудза. Более того, она была многим обязана Авакусу-кай с тех пор как впервые приехала в Японию. У нее не было иного выбора, как принять эту работу.

«Я хотела отдать пистолеты полиции и притвориться, что не нашла их, но этот мужчина быстро нашёл меня…»

Селти знала, что Шики был проницательным мужчиной, и с ним было лучше не шутить. Поэтому она должна быть очень осторожна, если всё же решит взять эту работу. Её собственные проблемы отходили на второй план, она не могла рисковать Шинрой или другими людьми из Икебукуро – её друзьями, Микадо, Анри, Шизуо и Кадотой, не говоря уже об обычных горожанах, чтобы в дальнейшем избежать неприятностей. Она должна была придумать наиболее подходящий ответ на тот случай, если она возьмётся за работу или же откажется от нее.

Селти осторожно взяла фото у Шики.

Её зрение, которое не зависело от существования глазных яблок, показало, что на фото находится мужчина средних лет.

На вид ему было лет сорок пять-пятьдесят, лицо украшала светлая и добрая улыбка, благодаря которой этот человек был похож на пожилого джентльмена.

Одетый в строгий костюм вкупе с очками для чтения, он походил на менеджера какой-нибудь крупной компании или председателя частного школьного совета.

«Кто он?»

«Не говорите мне, что моя работа – убить этого мужчину?»

[Эм, кто этот человек?]

Селти уже хотела напечатать [Вы же не станете просить меня убить этого мужчину, правда?], но подумала, что этот мужчина мог быть бывшим высокопоставленным руководителем этой организации или вроде того. Она решила, что будет лучше сначала спросить, кто это.

– Ёдогири Джиннай, руководитель “Корпорации Ёдогири Шайнинг”… я полагаю, ты хотя бы слышала о нём?

«А!»

«Это же Хиджирибе Рури…!»

[Да.]

Имя одной знаменитости пришло Селти на ум.

Хиджирибе Рури.

Она – молодая актриса, имя которой недавно было в заголовках всех газет из-за её романтических отношений с актёром Ханеджимой Юхеем. Её актерское мастерство заслужило признание критиков. Селти с Шинрой были фанатами этой девушки и внимательно следили за её последними действиями.

Вскоре после того, как СМИ узнали об их связи, у Хиджирибе начались неприятности.

Все артисты, имеющие дело с “Корпорацией Ёдогири Шайнинг” остались без покровительства после того, как её глава, Ёдогири Джиннай, исчез бесследно.

Однако в тот же день, как она осталась без агентства, “Джек о’Латерн Джапен”, та компания, к которой относился Ханеджима Юхей, объявила, что они берут её под своё крыло.

Ходили слухи, что сам Ханеджима Юхей уговорил директора своей компании принять такое решение, однако они стерлись из общественной памяти через месяц, когда разразилась новая буря по поводу исчезновения Ёдогири.

[Так что именно случилось с этим бывшим главой агентства по поиску талантов?]

Барабаня пальцами по столу, Шики прочитал вопрос Селти и сказал:

– Он был своего рода нашим деловым партнёром… но у нас возникли разногласия.

[Понятно.]

– Конечно, мы по максимуму используем каждую нашу информационную сеть, чтобы найти его, но, честно говоря, для этого мы должны занять даже лапы кошки[16]. Тебе не нужно тратить всё своё время только на это задание, но ты, будучи курьером, взаимодействуешь с большим количеством людей. Дай нам знать, если что-нибудь услышишь…

[Не знаю, будет ли от меня толк, но я сделаю всё возможное.]

«Кстати говоря, неужели он пригласил меня сюда только для того, чтобы дать эту работу?»

«Кроме того, может так получится, что Ёдогири уже лежит, удобряя почву, где-нибудь в горах или кормит рыб глубоко в море, когда я найду его и сообщу об этом Авакусу-кай. Но я не уверена».

Шики горько улыбнулся, когда почувствовал нежелание Селти и сказал:

– Всё, что от тебя требуется – обращать чуть больше внимания на то, что говорят люди. Нет необходимости перетруждать себя.

«Он снова прочитал мои мысли».

Селти была вынуждена сохранять бдительность перед этим человеком, ожидая его следующих слов.

Судя по тому, что он ранее говорил об этом задании, эти слова должны были последовать.

– И… мы хотим попросить тебя ещё кое о чём.

– Это также отличается от обычной работы курьера…


♂♀


3 мая, вечер


Элитный жилой дом возле шоссе Кавагое

«Ох, Селти до сих пор нет».

В этих роскошных апартаментах жили двое – человек и безголовая фея.

Площадь пятикомнатной квартиры с гостиной, кухней и столовой составляла порядка 150 квадратных метров; посреди этого роскошного жилища, полный страстного желания в ожидании возвращения любимой женщины, катался по полу Кишитани Шинра.

Он всё ещё был одет в длинный белый халат и, по-видимому, совершенно не беспокоился о гигиене. Выглядел он при этом как полный чудак, но, судя по тому, что в углу комнаты в полиэтиленовом чехле висел другой такой же халат, он хотя бы пытался как-то разделять рабочую и домашнюю одежду.

Конечно, было достаточно ненормально ходить в халате в нерабочее время.

Шинра был подпольным врачом. Большинство его пациентов имели веские причины не обращаться в обычные больницы. Но так как у него не было собственных приборов для обследования, как, например, рентгеновского аппарата, клиентов было не много.

Однако он был полностью независим, благодаря чему имел немало высокопоставленных покровителей.

Его профессиональные знания и навыки в совокупности с высокой квалификацией могли бы обеспечить неплохую должность в любой крупной больнице, но он, похоже, не желал ничего кроме как оставаться бесполезным человеком и бесцельно проживать свою жизнь рядом с Селти.

«Работа от Шики-сана».

«Но Селти в последнее время не слишком-то горит желанием работать на ‘них’».

«Раньше, когда она не питала серьёзных чувств к людям, она совсем не возражала».

«Но Шики-сан уже наверняка учёл это».

Шинра не верил в доброе сердце Шики.

Как раз наоборот, ему с давних пор было известно, что Шики с головы до пят погряз в преступном мире.

Будучи очень опытным по части всяких тёмных делишек, Шики не доверял такому свободному, нейтрально настроенному существу, как Селти, чересчур уж ‘чёрную’ работу.

Такое вот разумное управление.

Обычно Шики поручал подобные задания людям более ‘надёжным’, чем Селти. Шинра решил не волноваться попусту, потому что знал – Шики не из тех людей, кто мог бы остановиться перед чувствами других.

Конечно, лучше всего было бы вообще избегать всяких дел с такими, как он. Но у Селти не было особого выбора, когда речь шла о работе, ведь она не была человеком.

«Ах~ даже если б я выиграл треть миллиарда в лотерею, Селти, скорее всего, продолжила бы работать, потому что это приносит ей удовлетворение».

«…А если бы у нас был ребёнок, стала бы она хорошей матерью семейства?»

«…Точно, нужно обязательно проверить, может ли Селти вообще иметь детей от меня».

«Или мы можем усыновить ребёнка… Формально мы можем стать его или её приёмными родителями».

«…Ну вот почему я представляю себя домохозяином, а Селти – работающей женой?»

«Селти-домохозяйка…»

«Фартук… из тени».

«Чтоо?! Фартук на голое тело?!»

Шинра упивался своими фантазиями и катался по ковру с ещё большим удовольствием, чем раньше.

Со стороны он казался совершенно чокнутым, но в отсутствие Селти некому было сказать ему об этом.

Через полчаса раздался звонок в дверь.

– Ах, она вернулась?

Шинра вскочил с пола, счастливый от одной только мысли, что Селти наконец-то дома.

Позвонили ещё несколько раз. Идя открывать, Шинра бормотал себе под нос:

– Почему она звонит? Может, забыла ключ?

Ему и в голову не приходило более правдоподобное объяснение – что за дверью могла быть и не Селти вовсе – но все мысли Шинры были заняты только ею.

Это дошло до него только тогда, когда он открыл дверь – но было уже, конечно, слишком поздно.

Там стоял в своём барменском костюме Шизуо, с которым они виделись прошлой ночью.

Шинра чуть прикрыл дверь и со вздохом пробормотал:

– …Я должен серьёзно задуматься над переездом в такой дом, где даже в само здание нельзя будет войти без ключа. Ну, в самом деле…

– Без понятия, о чём ты, но вижу, ты жуть как хочешь, чтобы я тебя поколотил.

Услышав это, Шинра горько засмеялся и замахал руками:

– Что ты. Не исключено, что я могу умереть, если ты меня ударишь.

– Могу я войти? – спросил старый знакомый, почёсывая лицо, и Шинра смиренно ответил:

– Да, конечно. Но что стряслось на этот раз? Парень, которого ты сюда принёс, был в состоянии сам передвигаться, поэтому я разрешил ему уйти.

– Да, я в курсе. Вроде как, только что видел его на улице.

– Он – это нечто. Даже после того как ты его отделал, все его шейные позвонки остались на своих местах.

Шинра готов уже был открыть дверь и впустить Шизуо, как вдруг…

– …Что?

Оказалось, что Шизуо был не один.

– Эм, вы… босс Шизуо…

– Ааа, думаю, вы ещё не знакомы. Это Том-семпай.

– Да, я знаю, но…

Шинра уже перевёл взгляд с мужчины с дредами на кого-то ещё…

А именно на девчушку, которая крепко вцепилась в ремень Шизуо, на вид младшеклассницу.

– Кто… эта девочка?


♂♀


В то же время, в Академии Райра

Длинные выходные – это всегда длинные выходные, без разницы, учитесь вы в частной школе или в государственной.

Частная академия Райра, известная старшая школа, расположенная неподалёку от станции Икебукуро, не была исключением. Настал первый день Золотой недели.

Школу, несмотря на праздники, наводняли толпы учеников.

Члены спортивных клубов пели на спортивной площадке. Музыкальный и художественный клубы готовились к важному конкурсу, который должен был состояться в конце июня.

Рюгамине Микадо был одним из многих учеников, пришедших в школу в первый же день отдыха.

Он не состоял ни в одном из клубов, но, как староста класса, обязан был посетить собрание по поводу предстоящей экскурсии.

Предполагалось, что собрание проведут в первый учебный день после выходных, но сроки поджимали, поэтому оно было назначено на первый выходной день.

Руководство школы не хотело разрешать им это, но уступило, когда студенты предложили на выходных провести собрание, а сразу после их окончания лично обсудить этот вопрос с каждым, кто отсутствовал, и только потом принять итоговое решение.

– Ох, наконец-то всё закончилось.

Он не ожидал, что простое обсуждение экскурсии для его класса выльется в такой жаркий спор.

Пока Микадо думал об этом про себя, его тихо окликнули сзади.

– Хорошо поработали сегодня, Микадо-кун.

– А, Сонохара-сан. Так утомительно, правда?

Девушка позади Микадо – Сонохара Анри, была второй старостой класса.

Он познакомился с ней в свой самый первый учебный день – ещё до того, как они стали старостами.

Микадо был влюблён в Анри. Он никогда об этом не говорил, но в школе, похоже, об этом знал каждый. Анри была с ним в очень хороших отношениях, и их всегда воспринимали как парочку.

Правда, ни он, ни она об этом не подозревали.

Им казалось, что они просто хорошие друзья.

Микадо хотел признаться Анри, но чувствовал, что нужно подождать, пока не решится одна насущная проблема.

Лицо лучшего друга, недавно бросившего школу, всплыло в памяти.

Кида Масаоми.

Они были родом из одного города и с детства дружили. Анри присоединилась к ним позже, тогда-то и начались их славные, счастливые деньки в старшей школе.

Но, по правде говоря, у всех троих были свои секреты.

Рюгамине Микадо был основателем цветной банды “Доллары”.

Кида Масаоми был основателем и лидером враждебной им банды “Жёлтые платки”.

Сонохара Анри позволила ‘существу’, столь же необыкновенному, как Селти Стурлусон, поселиться в своём теле.

После одного случая им постепенно начали открываться секреты друг друга…

И Кида Масаоми в итоге просто исчез из их жизней.

Ни Микадо, ни Анри не верили, что так всё и закончится.

Они были уверены, что он вернётся, поэтому ни один из них не пытался слишком много узнавать о секретах другого.

Они так решили.

Поэтому они не сближались сильнее и не отдалялись друг от друга дальше, чем раньше; они поддерживали это хрупкое равновесие в своей повседневной жизни.

Пока вчера не случилась одна вещь, которая поставила под угрозу это равновесие.

Масаоми, который в городском чате называл себя “Бакюра”, переписывался с Микадо, чей никнейм был “Танака Таро”. Но обращался он к нему не как к Танаке Таро, а как к Рюгамине Микадо.

«Но стоит ли мне рассказать об этом Сонохаре-сан?»

Разговор вышел очень напряжённым, и из него стало ясно, что Масаоми вряд ли вернётся в ближайшее время.

Доллары были в опасности.

Микадо сразу же начал просматривать новости, которые могли хоть как-то относиться к тому, что сказал Масаоми, но не нашёл ничего ни в чате Долларов, ни на доске объявлений форума.

Но Масаоми всегда был гораздо более проницательным и осведомлённым, чем он, когда дело касалось подобного рода вещей.

Он просто зря обеспокоит Анри, если расскажет ей всё, не подумав, ведь так?

Микадо раздумывал, как ему поступить, пока шёл с Анри по школе.

И вдруг радостный голос, полностью противоположный настроению Микадо, достиг его слуха.

– Микадо-семпай~! И Сонохара-семпай! Хорошо поработали сегодня~!

Они обернулись и увидели того парня.

Куронуму Аобу.

Он был кохаем Микадо и Анри, потому что поступил в Райру всего месяц назад.

Его лицо было даже ещё более детским, чем у Микадо, детским до такой степени, что в подходящей одежде он вполне мог сойти за ученика младшей школы. Оденься он как девчонка, никто ничего не заподозрил бы до того момента, пока он бы не заговорил.

Он был членом Долларов и одним из немногих, кто был в курсе, что Микадо тоже один их них. Они не виделись с того дня, когда месяц назад все трое – Анри, Микадо и Аоба – вляпались в одну историю.

– Ох, Аоба-кун… что случилось? У первоклассников ведь, кажется, нет экскурсии?

Микадо думал, что Аоба избегает его после тех неприятностей, в которые они попали. Но на лице его собеседника расплылась широченная улыбка, похожая на ту, которую Микадо видел месяц назад.

Эта улыбка слишком слабо изменилась для мальчика, который едва избежал встречи с толпой разъярённых босозоку…

Но для Рюгамине Микадо это странным не показалось.

– Нет, я пришёл позаниматься. Я ведь состою в художественном клубе.

– О, понятно.

«Он подошёл, чтобы просто завязать со мной разговор?» – подумал Микадо, прокручивая в голове подходящие темы.

Но прежде чем он заговорил, Аоба сам озвучил свои намерения.

– Микадо-семпай, ты завтра свободен?

– Что?

DRRR v05 08

– Ну, вы ведь собирались показать мне окрестности, но у нас ничего не вышло из-за того случая в прошлом месяце. Поэтому я подумал, что мы втроём сможем погулять на выходных.

– А, но… завтра…

Микадо без раздумий согласился бы, будь это любой другой день, но не сегодня.

Он против воли вспомнил вчерашнее предостережение Масаоми.

«Не пересекаться ни с кем из Долларов».

Так он сказал. Микадо не был уверен насчёт Карисавы или Юмасаки, но что, если речь шла о Куронуме Аобе?

Он помнил и совет Масаоми «стать обычным студентом старшей школы и не иметь ничего общего с Долларами некоторое время». Если он не будет разговаривать о Долларах с Аобой, они станут просто обычными семпаем и кохаем старшей школы.

«Но будет ли безопаснее остаться дома?»

«Если с Долларами что-то случится, дома я смогу достать информацию и отправить всем сообщения, чтобы они были настороже».

«Звучит неплохо. Сейчас я откажу Аобе-куну, но приглашу его сразу после того, как проблема Масаоми решится. Я всё равно думал над тем, чтобы их познакомить».

Микадо, наконец, решился и с сожалением покачал головой:

– …Эм, прости, но завтра может кое-что произойти, поэтому я не могу…

– Ох~, как жаль.

Аобу, кажется, очень расстроил ответ Микадо.

Но его лицо очень быстро снова озарилось улыбкой. Он повернулся к Анри, которая молча стояла рядом с Микадо, и спросил:

– Тогда что насчёт Сонохары-семпай?

– Меня? Я, эм… я завтра свободна, поэтому…

«Что?»

На мгновение Микадо опешил и не знал, что сказать. Такой поворот событий застал его врасплох.

– Но я не слишком хороший гид…

– А, да это нормально! Я и сам заранее подготовлюсь, всё разузнаю.

– Но если ты пойдёшь со мной, я буду тебе в тягость.

«…А? Чего?!»

Если бы Анри и Микадо действительно были в отношениях…

Или если бы Анри хотя бы знала о том, что думают люди о них двоих, она бы точно никогда так не ответила.

Но она ничего не знала о ‘нормальной’ любви между юношами и девушками, поэтому ни на секунду не усомнилась в чистоте намерений Аобы, всё, о чём она беспокоилась – сможет ли она быть достойным спутником в прогулке по городу.

– Не говорите так! Анри-семпай, вы такая красивая! Я буду счастлив даже просто увидеть вас завтра!

«Анри-семпай?!»

«Когда это он успел перейти с “Сонохара-семпай” на “Анри-семпай”?! Да она вообще дала на это своё согласие?!»

«Жульничество! Мошенничество чистой воды, Аоба-кун!»

– Пожалуйста, не смейся надо мной.

– А я не шутил. Так, когда мы завтра…

Микадо не мог больше сдерживаться.

Его буквально заставили заговорить.

– Секундочку! Простите, простите, я, видимо, что-то напутал. На самом деле, завтра у меня нет никаких дел!

– Да? Правда?!

Микадо был смущён, когда Аоба снова сверкнул своей невинной улыбкой в его сторону.

«Это… мне кажется, или он выглядит по-настоящему счастливым?»

«Он что, просто прикалывался над Сонохарой-сан?»

– …Но я могу пойти только днём. Во время Золотой недели здесь по вечерам очень многолюдно, мы можем попасть в неприятности.

– Хорошо, без проблем!

Вот так, не имея ни малейшего представления о том, что задумал Аоба, Микадо добавил одно незапланированное событие в своё расписание на 4 мая.

Вернее, он был вынужден его добавить.

Вот так началась необычные события и в его жизни.

Он не знал, была ли это судьба, или же за этим кто-то стоял.

Но скорее всего, он вошёл в этот мир уже тогда, когда основал Доллары – просто ещё не осознал этого.

Нормальная повседневная жизнь Рюгамине Микадо незаметно подошла к концу.


♂♀


Элитный жилой дом возле шоссе Кавагое

Сидя в гостиной на диване, Шизуо пил чай из безупречно чистой стальной кружки. Он наклонил голову и удивился вслух:

– Кстати говоря, Шинра, ты что, всегда носишь этот белый халат, и дома тоже?

Шинра же, услыхав этот единственно возможный вопрос, по какой-то непонятной причине гордо выпрямился и ответил:

– А, это потому что Селти постоянно носит свой чёрный мотоциклетный костюм. Если я одену контрастирующий с ним цвет, то мы с ней будем словно свет и тень, не так ли? Внешне свет и тень – полные противоположности, но, словно влюблённые голубки, никогда не появляются друг без друга! В манге и фильмах постоянно говорят о Тёмной Стороне и то, и сё, но они просто не учитывают, что Тёмная Сторона – совершенный цундере. Ты мог бы сказать, что быть цундере – это то же самое, что и быть ревнивым, но я не буду возражать, если Селти захочет овладеть мной полность-юююю~!

– Заткнись.

Шизуо только и сделал, что ткнул пальцем в лоб Шинры, а подпольному доктору почудилось, что его стукнули по голове бамбуковой катаной.

– И у тебя хватает наглости говорить, что свет – это ты? В сравнении с Селти ты и изнутри, и снаружи Тёмная Сторона.

– Если ты умеешь отвечать словом, тогда почему б тебе не предпочесть слово силе? Мне, например, кажется, что для спокойствия в мире так будет намного лучше.

Том, никогда ранее не встречавший Шинру, слушая их разговор, бормотал себе под нос:

– Теперь я понимаю. Он действительно похож на чокнутого.

– Что… Это что за подтверждение? Шизуо, что ты рассказывал обо мне своим коллегам!?... Ааа, всё равно. Если я, выражая мою любовь к Селти, становлюсь чокнутым, таким мне и быть. Моё чудачество тоже перерастёт в любовь!

Шинра закрыл рукой распухший красный лоб и перевёл дыхание.

– Так вот, не должны ли вы рассказать мне, что произошло?

Его взгляд остановился на маленькой девочке, сидевшей на полу в углу комнаты.

– Мне пришлось разрешить вам завести её сюда, так как вы обещали рассказать мне всё, когда окажетесь в квартире, но я не могу больше безразлично ко всему этому относиться. Видите, как она напугана?

Шинра глубоко вздохнул и внимательно, серьёзно посмотрел на Шизуо.

– Зачем вы её похитили?

– Мы этого не делали.

Том ответил практически сразу же после того, как прозвучал вопрос.

Он точно почувствовал настроение Шизуо и хотел привести его в норму, быстро отвечая на вопрос, предназначавшийся Хейваджиме. Это сработало: выступившие вены на висках Шизуо было уже видно, но теперь их состояние медленно приходило в норму.

Мужчина по имени Том продолжил смотреть на Шизуо, призывая того предотвратить собственную вспышку гнева, и начал рассказывать Шинре, который только начал осознавать, как близок он был к смерти, что же на самом деле произошло.


♂♀


30 минут назад, Улица Саншайн 60

– Умри!

«Ааа?»

Шизуо с высоты своего роста был не в состоянии услышать то, что же сказала бегущая на него маленькая девочка.

Однако Том, проследовавший за ним к выходу из кафе, услышал; он, было, подумал, что ему послышалось, и на его лице сразу же отразилась невозможность поверить в происходящее.

К сожалению, со слухом у Тома было всё в порядке. Маленькая девочка, улыбаясь, приложила какую-то вещь, крепко сжатую в её руках, к животу Хейваджимы.

И потом Том увидел.

Сине-белые искры посыпались с пояса Шизуо, сильно обжигая и треща.

– Ау, больно!

Шизуо тихо вскрикнул и спихнул руку девочки со своего живота.

– Аааа!

Из рук девочки выскользнул прямоугольный прибор, похожий на радиопередатчик.

Шизуо не имел ни малейшего понятия, что сейчас произошло; поэтому он не ‘вышел из себя’ сразу же.

Он поднял с земли ‘вещь’, которую только что обронила девочка, и внимательно к ней присмотрелся.

Чёрная прямоугольная деталь, по-видимому, была чем-то вроде рации или отражателя света.

– …Так больно… Что за хрень? Что это?

Шизуо заметил кнопку, по всей видимости, выключатель, и попробовал нажать на неё…

Когда из металлической пластинки, расположенной на острие прибора, вырвался сноп сине-белых искр, воздух наполнил испепеляющий, трещащий звук.

– Что это? Электрошокер?

Но даже после такого Шизуо было трудно найти связь между оружием и ученицами младшей школы. Он постоял и подумал над всем этим ещё несколько минут…

– Эй, Шизуо…

Пока голос Тома, стоящего позади, снова не возвратил его в реальный мир.

Он посмотрел по сторонам и кое-что заметил: прохожие остановились и молча наблюдали за ним издалека.

Он держал в руке электрошокер.

А к его ногам, согнувшись, сползала маленькая девочка.

Он окончательно осознал, что с ним происходит, когда один из наблюдателей побежал в сторону полицейского, стоящего неподалёку от зала с игровыми автоматами.

– Господи, мы попали. Это же тот самый коп, который пришёл арестовать магазинного вора.

Том за считанные секунды проанализировал сложившуюся ситуацию и сильно сжал плечо Шизуо.

– Просто беги. У нас нет времени кому-либо что-либо объяснять.

С этими словами Том понёсся прочь со всей приобретённой за время работы с Шизуо скоростью.

– …Что… чего?

Шизуо потерял всякую возможность ‘выйти из себя’ и, пробормотав эти слова, побежал за Томом, понятия не имея, зачем он это делает.

Казалось, всё должно закончиться так: загадочную маленькую девочку защищает полиция, а Том и Шизуо в это время скрываются в неизвестном направлении…

Но вдруг всё ещё бегущий Шизуо почувствовал, что за него что-то схватилось сзади.

Продолжив бежать, он обернулся, и там, внизу, его периферийное зрение уловило развивающиеся пряди волос.

Шизуо из-за своей невероятной силы соображал немного медленнее, чем обычный человек…

Маленькая девочка зачем-то ухватилась за его пояс и залезла на спину. Получалось, что он благополучно нёс её на спине всё то время, как они с Томом бежали.

– У тебя… не получится сбежать… умри… умри…!

Девочка, свирепо бормоча, так крепко вцепилась в Шизуо, как будто от силы хватки зависела её жизнь.

А тот просто не мог понять, что она говорит.

Для его сознания был недоступен сам факт того, что его моет захотеть убить такая маленькая девочка.

Случалось раньше, что в него стреляли; тогда у него не было возможности ‘выйти из себя’, так как он попросту не успевал понять, что выстрел был ‘недружелюбным’. Сейчас случилось то же самое.

– Том-семпай, что мы будем делать с этим ребёнком? – спросил Шизуо, всё ещё продолжая бежать.

Том бросил взгляд на девочку, сидящую на спине Шизуо, и не мог не удержаться от возгласа: «Вот блин, теперь мы точно попали!». Однако он сразу же успокоился и спросил Хейваджиму:

– Слушай, а у тебя нет друзей, живущих поблизости!? Если мы будем просто бегать по улицам, нас найдут очень быстро!

– Как насчёт нашего офиса?

– Мы не можем впутывать в это нашу компанию! Эх, ладно, как насчёт дома твоего брата?

– Рядом с его домом постоянно пасутся всякие репортёры.

Пока Шизуо говорил, в его памяти всплыло ещё одно лицо.

– …Если он подпольный доктор, его-то мы можем впутать в эту историю, правда?


♂♀

– Всё понятно… И тем не менее, я могу сказать вам лишь одно.

Услышав от Тома, что произошло на самом деле, Шинра с серьёзным видом уставился на Шизуо и торжественно спросил:

– И зачем вам понадобилось её похищать?

Треск.

Раздался очень странный звук. Шинра моргнул от неожиданности, а когда посмотрел на Шизуо снова, кулак Хейваджимы оказался крепко сжат.

И как нелепо бы это ни прозвучало, стальная кружка, которую он держал в руках за мгновение до, исчезла.

Впрочем, через секунду она нашлась.

Когда Шизуо разжал кулак, на его ладони оказался шарик, будто из фольги, буквально несколько секунд назад ещё являвшийся кружкой.

– Прости, я заплачу за ремонт.

– …Ничего страшного. Я всё равно хотел покупать новые.

– Нет, я не хочу отправлять на свалку труды того, кто сделал эту кружку.

– Хмм. Было бы прекрасно, если бы ты оставил эти деньги для починки фонарей и ограждений, которые ты ломаешь с потрясающей периодичностью. Но я должен от всего сердца попросить у тебя прощения. Прости меня. Да что за бред, как ты мог додуматься кого-либо похитить? Тебе, человеку с такой невероятной силой, было бы гораздо проще пойти и выбить дверь банка, если бы ты захотел денег. Похищение людей для тебя – слишком медленный способ заработать.

По спине Шинры побежал холодный пот, когда он снова взглянул на сидящую в углу девочку, теперь трясущуюся ещё сильнее, чем раньше.

– То есть, вы так и не смогли выяснить у этого ребёнка ничего полезного?

– Она сразу начинала трястись. Да даже если бы она ударила меня этой игрушкой, допрашивать её – это уже слишком.

Шинра взял из рук Шизуо электрошокер и, нажав на кнопку, пробормотал:

– Как прекрасно. Прекрасно слышать, что у тебя всё-таки есть человеческое сердце. Если бы ты применил жестокость по отношению к такому маленькому ребёнку, шанса для твоей души не осталось бы.

Шинра подошёл к девочке и, присев рядом с ней на корточки, встретился с ней взглядом.

– Ты в порядке? Теперь ты можешь чувствовать себя в безопасности. Тебе, должно быть, было так страшно таскаться с такими большими страшными дядями. Уверяю тебя, я приверженец мира, не то, что это человекоподобное оружие.

– Успокойся, мы в одной комнате с ребёнком, ты не забыл? Не забыл? – до слуха Шинры донёсся голос Тома, обращённый к Шизуо, который как раз сейчас приближался к подпольному доктору со спины. Он улыбнулся маленькой девочке…

– …

Девочка ничего не сказала; она лишь смотрела на Шинру немигающими глазами.

Она оказалась весьма крепким орешком, однако её тело тряслось всё сильнее и сильнее.

Девочка вовсе не намеревалась сбежать; и, несмотря на то, что она по-прежнему нашёптывала Шизуо «Умри», она также и не нападала.

– …

По её состоянию Шинра чувствовал, что что-то с ней не так. Он приложил ладонь к её лбу, чтобы проверить температуру.

Выражение его лица тут же изменилось и приобрело серьёзный вид; он начал раздавать указания пришедшей к нему парочке.

– В комоде, в самой дальней комнате, лежат полотенца для гостей. Принесите их мне!

– ?

– У неё ужасный жар! Скорее, вскипятите воды!

От слов Шинры в воздухе повисло напряжение.

Маленькая девочка тоже, по-видимому, что-то чувствовала, видя отношение к ней Шинры; её нервы, раскалённые до предела, наконец-то успокоились, тело позволило себе расслабиться, и она потеряла сознание.


♂♀


30 минут спустя

Шинра удостоверился, что девочка жива-здорова и спит в дальней комнате, и с облегчением вздохнул.

Не было оснований думать, что она больна; причиной её жара, скорее всего, стало излишнее давление. Но ему по-прежнему надо было быть очень осторожным.

Шинра стоял перед потайным шкафом, осматривая пробирки с запрещёнными наркотиками, и думал над выходом из данной ситуации, пока его внимание снова не переключилось на тяжесть в кармане. Он достал предмет.

Это был электрошокер, который Шизуо кинул ему в руки ранее.

Как только Шинра попытался включить его, из острия посыпались сине-белые искры, и как только разряд попал в воздух, послышалось потрескивание.

Очевидно, этот электрошокер был усовершенствован. Шинра, внимательно наблюдая за искрами, вспоминал слова Тома.

– …Очевидно, это оружие было усовершенствовано, чтобы иметь возможность испускать разряды большей мощности.

– …И всё, что он почувствовал, когда девочка ударила его этим, – это «Ау, больно»…? Чувствую, чтобы стать настоящим монстром, много времени ему не потребуется.


♂♀


Ночь 3 мая, улица в Икебукуро

«Это плохо».

Обдумывая планы на будущее, Селти вздохнула.

«В этот раз мне попалась довольно хлопотная работа».

По-видимому, той работы, которую ей только что дал Шики, было достаточно, чтобы ухудшить её и без того плохое настроение.

Мотоцикл без фар заржал, остановившись перед светофором, который сейчас горел красным.

«Спасибо тебе, Шутер».

На душе у Селти потеплело, и она огладила своего верного друга.

«…Кстати говоря, из-за этой работы меня может не быть дома несколько дней».

«Стоит ли мне сейчас позвонить Шинре?»

«Или лучше сперва приехать домой и объяснить ему всё…»

Когда эти мысли пришли ей на ум, она увидела, что светофор на перекрёстке загорелся красным.

Так что Селти просто подождала, пока светофор на левой стороне дороги снова даст зелёный свет, и уже была готова послать Шутера вперёд, как вдруг…

Всего за секунду до того, как зажёгся зелёный свет, она почувствовала, что прямо за ней остановился другой мотоцикл.

Селти не смогла унять невольную дрожь, думая, что это Белый Мотоцикл, который вечно преследовал её. Но как только она обернулась назад, вместо белого увидела за собой вполне обычный байк.

Лицо его наездника было полностью скрыто шлемом, а на теле этого человека был надет чёрный мотоциклетный костюм, такой же, как у самой Селти.

Было похоже на то, что этот человек – обычный байкер, которого не стоило остерегаться.

Но для Селти он был не менее чем странным.

«?»

До того, как Селти смогла осознать, что же в нём было такого необычного, в ней сработал условный рефлекс на зелёный свет, и она завела мотор.

Добрый вечер, Рыцарь Хэллоуин.

Пробормотал человек позади неё в это самое мгновение.

Голосом, который мог услышать только чувствительный слух Селти.

Возможно, этот шёпот был сказан этим человеком самому себе и не предназначался для чужих ушей.

Селти не имела представления, что же этим хотел сказать этот человек. Она продолжила заводить свой мотоцикл…

Кончилось время детских игр. Какая жалость.

Её оппонент продолжал нашёптывать странные вещи, будто не адресованные никому…

А Селти почувствовала внезапный удар в верхнюю часть тела…

И, раньше, чем она могла что-либо осознать, её впечатало в асфальт.

« – На этот раз, ты будешь телохранителем».

Слова Шики пришли ей на ум раньше, чем на тело накатила волна тупой боли.

« – Хотя, мы не имеем представления, где её искать…»

« – Но я надеюсь, что ты сможешь найти этого человека и защитить её так, чтобы она ничего не узнала».

То, что Шики поручил ей работу телохранителя – уже звучало зловеще.

Но у неё не было возможности отказаться.

« – …Есть вероятность, что кто-то попытается убить её. Но, к сожалению, мы не можем сообщить тебе детали…»

« – Человек, которого тебе нужно охранять, на этом фото».

Шики передал ей фотографию.

На ней была девочка примерно лет десяти.

Хотя выражение её лица было немного хмурым, она всё равно выглядела счастливой.

« – Её имя – Авакусу Акане».

« – Она внучка нашего ‘Директора’».

« – Она сбежала из дома, по-видимому, из-за того, что ей не понравилось, чем мы на самом деле занимаемся».

«Я бы тоже не сказала, что мне это нравится».

Селти застонала, почувствовав прилив боли по всему телу. Оправдались её худшие опасения.

Она по-прежнему не представляла, что происходит.

Но она знала, что на неё напали. И этого было достаточно.

Потому что она признала два очень важных факта.

Первый – из-за того удара слетел шлем с её шеи.

Второй – она уже по колено погрязла в чём-то крайне опасном.

И, учитывая всё это, Селти, самое необычное существо из всех…

Оказалась против своей воли втянута в реальность, созданную людьми.


Ночь 3 мая, ЧАТ

Танака Таро-сан в чате.

Танака Таро: Добрый вечер.

Танака Таро: Похоже, никого нет. Все ушли развлекаться?

Танака Таро: Я думал, что зашёл сюда сегодня довольно поздно. Но онлайн нет никого, даже Сеттон-сана…

Кио-сан в чате.

Маи-сан в чате.

Маи: Добрый вечер.

Кио: Я желаю вам приятного дня, Таро-сама. То, что вы проводите свой первый день Золотой Недели в чате, заставляет меня немного посочувствовать вашему одиночеству. Но всё же, в сети нет различия между рабочими и выходными днями, между днём и ночью. Никто вас за это не накажет. А если вы захотите, чтобы вас наказали, я буду счастлива сделать это с помощью слов. Вы только посмотрите, ведь именно сейчас вы покажете нам свою садистскую или же мазохистскую сторону.

Танака Таро: О, добрый вечер.

Танака Таро: Вижу, вы совсем не изменились.

Кио: Именно сейчас!

Танака Таро: Зачем тебе надо говорить это дважды!?

Маи: Прости.

Танака Таро: Маи-сан, тебе не за что передо мной извиняться.

Сайка-сан в чате.

Танака Таро: О, добрый вечер!

Маи: Добрый вечер!

Кио: Увы, появился ещё один странник, который в выходной не может найти приют для своего сердца. Сидение в четырёх стенах в праздники может привести к смертельному исходу. Все ошибочно полагают, что кролики умирают от одиночества, но вы-то понимаете, что человек от одиночества умереть тоже может, да?

Сайка: Прошу прощения

Танака Таро: Сайка-сан, почему ты извиняешься? lol

Кио: …Я и не знаю, как реагировать на такое искреннее извинение.

Танака Таро: Искреннее? Для начала, извиняться-то было не за что.

Сайка: Простите

Танака Таро: Почему ты снова извиняешься!?

Танака Таро: Кстати говоря, а что насчёт Кио-сан?

Танака Таро: Не ты ли тоже сейчас сидишь в чате?

Кио: Не стоит обо мне беспокоиться. Маи и я сегодня весь день наслаждались лучшими временами наших жизней на улицах Икебукуро. Мы ели все виды клёцок, которые только были на Стадионе Дамплинг, что в Намья Таун, и бегали по магазинам, как сумасшедшие, в “World Import Mart and Alpa”. А после мы наблюдали сцену драки на Шестидесятиэтажной улице, в ходе которой симпатичный молодой человек побил магазинного вора. Замечательный был день!

Маи: Клёцки были очень вкусные.

Танака Таро: Магазинный вор? Там была потасовка?

Танака Таро: …Шестидесятиэтажная улица, вы говорите? Это был чёрный парень, который работает курьером и промоутером в ресторане суши или человек в костюме бармена?

Кио: Увы.

Маи: Шизуо-сан.

Танака Таро: А, так вы знакомы с Шизуо-саном?

Кио: Ах, какая грубость для меня писать такой короткий ответ. Но всё же, Танака Таро-сан, я вас себе представляла кротким и мягким человеком, который и мухи не обидит, судя по вашим сообщениям в чате. Неужели, вы знаете Шизуо-сана! Вы, должно быть, ужасно общительный человек. Да разве такое возможно, чтобы вы в реальности оказались огромным мужиком со стальными мышцами, татуировками и шрамами по всему телу? Или же парнем, который зарабатывает на жизнь торговлей опасных наркотиков?

Сайка: Это был Хейваджима-сан

Танака Таро: Прости, я не могу печатать настолько быстро, чтобы указать на всю неправду в твоём сообщении.

Танака Таро: Что? Даже Сайка-сан с ним знакома?

Сайка: Совсем немного

Сайка: Мне жаль

Танака Таро: Почему ты извиняешься? lol

Кио: К великому сожалению, человек, которого я сегодня видела – не Шизуо-сан. Это был один плейбой с бинтами и повязками на лице. Его красота не та, что свойственна женщинам. Он симпатичный молодой человек с достаточным количеством мышц.

Маи: И кучкой девчонок, следующих за ним хвостиком.

Маи: Я так завидую.

Танака Таро: Такому – и не позавидуешь! Но он, наверное, нечто, если смог как настоящий полицейский обезвредить вора.

Кио: Кстати говоря, о полиции. Мы только что видели на ночных улицах кое-что интересное.

Танака Таро: И что же?

Кио: Рядом с эстакадой у каких-то людей была встреча. Там было великое множество народу. Несколько десятков людей, по крайней мере. На самой эстакаде было не очень много места, так что некоторым пришлось собраться под ней. Напоминало какую-то игру навылет.

Маи: Так много народу, что я чуть не заплакала.

Танака Таро: Правда?

Кио: Это было что-то вроде встречи банды байкеров… Кстати говоря, здесь все знают о Долларах? Я слышала, что это тёмная организация, строящая коварные планы по захвату Икебукуро. Очевидно, члены Долларов – ужасающие люди, благодаря которым эту банду можно назвать “Цветок Зла”.

Маи: Доллары.

Танака Таро: Ну, я слышал об этом.

Сайка: Я знаю об этом не очень много

Кио: Некоторые говорят, что иное название Долларов – “бесчестные доброжелатели”. Другие говорят, что их назвали так, потому что все члены этой банды “не стоят больше одного доллара”, или потому что это “организация людей, которые за один доллар убьют”, или потому что они – “банда Дайдарабочи[17]”, версий было много. Короче говоря, таинственная команда! Я слышала, что это одна из Цветных Банд, хоть цвета у неё и нет. Да это банда лунатиков, которые смешиваются с населением города быстрее, чем кто-либо это успевает заметить!

Маи: Это так круто.

Танака Таро: Как это может быть банда лунатиков?

Кио: По-другому её и не назовёшь. У этой банды даже нет цели. Будь она типичной Цветной Бандой, люди были бы уверены в том, что её цель – направить на улицы свою разрушительную энергию. Даже если бы они были обычными громилами, которые подчиняются более крупным организациям и охотятся за деньгами, люди были бы куда больше уверены в том, кто является их членами, и есть ли они на самом деле. Но Доллары не относятся ни к тем, ни к другим.

Маи: И кто же они?

Танака Таро: Ты слишком глубоко задумываешься над этим.

Кио: У Долларов нет определённой структуры. Ни один из них наверняка не знает, кто ещё является членом группы. Студент или домохозяйка, которых мы встречаем на улицах, вполне могут оказаться одними из них. Даже твой одноклассник, с которым ты общаешься каждый день, может быть членом Долларов… если честно, то никто не знает, сколько их всего.

Танака Таро: Ты права насчёт этого.

Танака Таро: Но эта команда может быть такой же безобидной, как школьный кружок, да? Я думаю, что это просто группа людей, которая подтверждает свою принадлежность к группе только потому, что все они хотят почувствовать свою индивидуальность. Это всё равно, что называть себя сайтамцем или горожанином.

Кио: Это слишком вольная трактовка самой идеи. Ты – член Долларов с того момента, как начинаешь ощущать себя им. Пусть эта организация жива только онлайн – у них есть свой сайт для обмена информацией. Их сеть открыта для всех, но они слишком привязаны друг к другу одним общим шаблоном – тем, что они являются членами Долларов. Это вас совсем не пугает?

Маи: Звучит пугающе.

Танака Таро: Почему же пугающе?

Кио: Это как, скажем, иметь видеокамеры в виде живых людей повсюду. Единственное отличие – такие камеры ещё и думать способны. Те, кто находится под наблюдением, не могут знать, когда их снимают, а когда – нет. Если ты сделал на улице что-то непристойное, это окажется твоей слабостью, которая через глаза членов Долларов просочится в саму организацию.

Маи: Звучит пугающе.

Танака Таро: Ты слишком над этим задумываешься. Не думаю, что всё на самом деле так.

Кио: …Почему Танака Таро-сан защищает Долларов, обычную Цветную Банду, как будто вся его жизнь зависит от них? Я не стану копать глубже, чем копнула сейчас, но ты действительно уверен в том, что Доллары не захотят обратить твою слабость в своё преимущество? В конце концов, это Цветная Банда. Для начала, такие банды антисоциальны по сути своей.

Маи: Банды ужасны.

Танака Таро: Это так, но…

Маи: Больно.

Маи: Меня ущипнули.

Танака Таро: Но я слышал, что даже несмотря на то, что Доллары – Цветная Банда, они всего лишь были заинтригованы идеей заполонить интернет. Конечно, у них есть и оффлайн-встречи, но не думаю, что они способны создать большие беспорядки.

Кио: Тогда я спрошу тебя ещё раз.

Кио: Ты действительно уверен, что всё на самом деле так, как ты думаешь?

Кио: Если бы ты состоял в Долларах, то не мог бы быть полностью уверен в том, что остальные члены не будут делать того, чего бы ты сам не стал. А ведь в Долларах их так много, что все с друг с другом едва ли когда-нибудь встречались в реальной жизни… Если всё что я сказала – правда, то никто и не удивится, если некоторые члены банды уже совершали преступления под именем Долларов, так?

Танака Таро: Это так.

Сайка: Эм

Сайка: Пожалуйста, не ссорьтесь

Танака Таро: Ах, нет, мы не ссоримся, Сайка-сан! lol

Кио: Я тоже не думаю, что с кем-то сей час ссорюсь. Лично я не питаю никаких недоброжелательных или враждебных чувств к человеку под именем Танака Таро. Напротив, я тебя очень люблю, как приятеля по чату. Хочу тебя поцеловать. АЙ!

Маи: Мерзко.

Маи: Больно.

Маи: Меня опять ущипнули.

Сайка: Мне жаль.

Танака Таро: Вот почему я спрашивал тебя, почему ты постоянно извиняешься, Сайка-сан! lol

Танака Таро: Ладно, ладно. Я не имел в виду, что такого не может быть. Но, с другой стороны, новости о том, что Доллары не принимали участия в жестоких боях других банд и подобном ужасе, – чистая правда. Самое плохое, что они делают – устраивают драки один на один, которые сейчас можно увидеть на каждой улице.

Кио: Совсем не обязательно, что это правда. Их вихрь безумия ещё долго будет кружить по улицам Икебукуро. Центробежная сила обязана вытеснять другие, более слабые силы, за пределы вихревой воронки, или же нет?

Маи: Бум, бум, хлоп~

Кио: Похоже, некоторые члены Долларов начали развязывать драки за пределами Токио. На самом деле, они, похоже, просто избивали людей. Они настучали по головам своих противников, будто рекламируя свою жестокость направо и налево, и продолжили размахивать кулаками, невзирая на то, могли их оппоненты дать отпор или нет, пока те не оказывались не в состоянии шевелиться. Не хочу думать, как всё это было ужасно.

Танака Таро: Что?

Маи: Я тоже слышала.

Маи: На людей из Сайтамы

Маи: напали Доллары.

Танака Таро: Это правда?

Танака Таро: Кто тебе дал эту информацию?

Кио: Ты знаешь о существовании социальной сети Pacry[18]?

Танака Таро: На самом деле, я вроде как там зарегистрирован.

Кио: Ох, как тебе повезло! В отличие от mixi, этот сайт позволяет самому послать запрос на регистрацию. Даже если у тебя нет друзей, которые могли бы послать тебе приглашение, ты всё равно можешь там зарегистрироваться. Ой, прошу прощения. Я не имела в виду, что Танака Таро-сан производит впечатление человека, у которого не так много друзей. Такие выводы делаются, только если ты наблюдал за человеком достаточно долго. Кстати, я не могу зарегистрироваться на mixi, потому что я ещё не достаточно взрослая.

Танака Таро: Прости, но где ты на Pacry нашла…?

Кио: Ой! Простите, простите! Как только я открываю рот, меня начинает заносить!

Кио: Можешь начать поиск с сообществ на Pacry, посвященных «Проблеме байкеров Сайтамы».

Танака Таро: Я так и сделаю.

Кио: На том сайте должна быть тема “Доллары”. Вот там я и получила эту информацию. Если окажется, что всё это – необоснованные слухи, то значит, я доставила Таро-сану лишних хлопот.

Кио: Если всё действительно будет так, я без промедлений извинюсь и попрошу прощёния лично у тебя. За расплату за все мои грехи я отдам тебе моё тело и сердце… моё тело, впрочем, второсортное, так что даже не знаю, насколько удовлетворительной ты сочтёшь мою компенсацию. Но возможность предоставить тебе хоть небольшую долю утешения доставит мне безмерное удовольствие.

Маи: Как грязно.

Танака Таро: Сейчас пойду, проверю.

Кио: Меня игнорируют? Чувствую, как моё сознание обволакивают мысли об одиночестве. Будь готов понести за это ответственность.

Маи: Как грязно.

Кио: Самопровозглашённые члены Долларов напали на босозоку Сайтамы. Если это – часть чьего-либо плана, то оно прекрасно показывает все минусы отсутствия у этой банды цвета. Каждый может повесить вину на Долларов, пока он или она называет себя одним из них.

Сайка: Звучит пугающе

Танака Таро: Простите, я читал ту тему.

Танака Таро: У меня сегодня вечером есть кое-какая работа, так что я вас покину, если не возражаете.

Кио: А, тогда и мы будем закругляться.

Сайка: Спокойной ночи

Танака Таро: Спасибо тебе большое.

Танака Таро: И ещё, мне правда очень жаль, Кио-сан. Я, наверное, сказал много лишнего, и это тебя оскорбило.

Кио: Вовсе нет, вовсе нет. Прошу, не беспокойся об этом.

Танака Таро: Спасибо тебе.

Танака Таро: Ну, я пошёл.

Танака Таро: Хорошо поговорили -

Танака Таро-сан покинул (а) чат.

Кио: Так вот, раз уж это только начало Золотой недели, осторожней там, и постарайтесь повеселиться хорошенько… кстати говоря, Сеттон-сан, Канра-сан и Бакюра-сан сегодня так и не появились.

Маи: До свидания.

Кио-сан покинул (а) чат.

Маи-сан покинул (а) чат.

Сайка: Спокойной ночи

Сайка: Простите

Сайка: Похоже, я не успела

Сайка-сан покинул (а) чат.

Сейчас в чате никого нет.

Сейчас в чате никого нет.

Сейчас в чате никого нет.

.

.

.

.

Промежуточная глава или пролог B: Ворона и слонПравить

Где-то в России

Перешептывания на русском медленно затихали, словно, сдуваемые ветром, растворялись в воздухе.

– …Это так странно… В смысле, вообще непонятно…

Стоящий на фоне необъятно раскинувшегося поля мужчина, казалось, был чем-то взволнован.

Сам по себе он был невысоким, но широкоплечим и мускулистым, поэтому выглядел на порядок крупнее любого человека такого же роста.

Ему было около сорока. Из-за белого пальто, надетого поверх такого же белого пиджака, с расстояния его можно было принять за полярного медведя.

Голова мужчины была обмотана множеством шарфов. Из его рта выходили такие клубы пара, что он напоминал паровоз.

– Жуть какая. Понятия не имею, что с этим делать…

Рядом с ним стояло ещё человек десять, и один из них, мужчина средних лет в очках, спросил со всей возможной серьезностью:

– Что же могло тебя так обеспокоить, товарищ Лингерин?

– А? Ооо… Ох, слушай, Дракон. Это, и правда, странно.

– Так в чем дело? – спросил человек, которого только что назвали “Драконом”, бросив взгляд на руки второго мужчины.

Он увидел два кувшина с узкими горлышками, в которые человек по имени Лингерин как-то ухитрился втиснуть свои левую и правую руки.

– Ты только глянь на это, Дракон.

– …

Лингерин поднял кувшины высоко над головой, не пытаясь вытащить рук.

Если бы кто-нибудь посмотрел на его тень в этот момент, он мог бы подумать, что этот человек надел боксёрские перчатки. Дракон внимательно посмотрел на него, при этом ни одна жилка на его теле не дрогнула, и произнес:

– Что с тобой, товарищ Лингерин?

Лингерин с серьезным лицом, слегка тряхнув кувшинами, ответил:

– Я руки не могу вытащить.

Воцарилась тишина; потом Дракон просто поправил очки и сказал:

– Действительно, неслыханно!

– Я пробовал достать кое-что из этих кувшинов, а теперь руки из них вынуть не могу.

Кто угодно подумал бы, что они просто развлекаются, и посмеялся – но Дракон ответил ему с той же неугасающей серьезностью.

Впрочем, в его голосе проскальзывали нотки смирения.

– Ну, при самом плохом раскладе тебе просто придется провести в них всю жизнь.

– Сложновато это будет. Как я должен есть или в сортир ходить?

– В великой России нет ничего невозможного. Бескрайняя русская земля готова в любое время с материнским теплом принять всех подобных товарищу Лингерину, чтобы обеспечить рост новых поколений.

– Хмм?.. Ты это к тому, что меня сейчас похоронят, что ли? Просто собираешься вот так пропустить кучу глав моей жизни? Почему, Дракон?

Лингерин опустил голову. Начав говорить, Дракон снова поправил очки.

– Ладно, я скажу прямо. Оставь саму мысль о жизни. И телесной, и духовной.

– Хоть ты и пообещал говорить прямо, в сущности, все твои излияния сводятся к тому, что мне придется умереть. Пытаешься быть более устрашающим?

– Это была просто шутка, товарищ Лингерин, – сказал Дракон с совершенно невозмутимым лицом.

Люди, окружавшие Дракона, уже было заподозрили, что его лицо отлито из воска; тот невозмутимо озвучил свое пожелание:

– Если соберёшься умирать, пожалуйста, займись этим после того, как все наши трудности останутся позади.

Услышав это, Лингерин, наконец, повернулся к окружавшим их мужчинам.

Возраста всех этих людей, за исключением Дракона, он не знал.

На их лицах были пуленепробиваемые маски, на головах – титановые шлемы, а поверх штурмовых костюмов – жилеты с массой полезных карманов. На некоторых из них почему-то были надеты противогазы, что придавало им сходства со спецназовцами из какой-то далекой страны.

Однако в том, как они были экипированы, не было никакого единообразия; больше было похоже на то, что они просто выбрали вещи, которые казались им менее сложными в использовании.

Часть из них была вооружена автоматами, что делало обстановку на этих русских просторах весьма напряженной.

Рассмотрев их, Лингерин размял шею с характерным звуком и спросил:

– Ну и что это за недоразумения?

– Тридцать семь вооруженных нелегальных иммигрантов. Похоже, они планировали через Россию попасть на запад, но решили, что раз уж мы случайно подслушали их как раз тогда, когда они обсуждали свой план, то сначала нужно утрясти все дела с нами.

– Мы случайно подслушали? Что несут эти ужасные люди? Или мы, в самом деле, это сделали?!

– Если ‘ты установил прослушку в их машину, находясь в полной уверенности, что это машина наших конкурентов, подслушал их план, потом сказал им, что нам все известно, и попытался убедить их купить наше оружие’ сойдёт за ‘мы просто случайно подслушали’, тогда да.

– Ого, ну тогда мы действительно случайно подслушали.

Хоть Лингерин и сказал это, горько усмехнувшись, его руки, на которых всё ещё красовались кувшины, превращали всю эту сцену в комическое представление.

Дракон продолжил говорить, не показывая вообще никаких эмоций, его губы шевелились автоматически:

– Ну и так вышло, что они напали на деревню, где находились мы, чтобы ограбить нас и забрать оружие. Судя по тому, как быстро и решительно они это сделали, вполне вероятно, что они изначально планировали заполучить наше оружие именно таким способом.

– Действительно… То есть, попросту говоря, они просто кучка грабителей с большой дороги?

– Да я же совсем не то пытался сказать. Но так как котелок товарища Лингерина совсем не варит, то этого объяснения будет вполне достаточно.

– Ох. Знаешь, в твоём выдающемся военном штабе знают, как найти компромисс. Я доверяю тебе, Дракон.

В их разговоре смысла было немного. Как бы то ни было, Лингерин Дуглаников – глава небольшого оружейного бизнеса – еще раз размял шею в ожидании прибавления во вражеском стане.

– В самом деле, как же всё это надоело. Если бы только с нами были те двое, ко мне бы снова вернулся нормальный сон.

– Ты сейчас о Самии (Саймоне) и Денисе, которые ушли от нас уже сто лет назад? Или о товарище Игоре, который взял перерыв в своей деятельности?

– Да нет. Хотя эти парни тоже были способными. Но я говорю о паре особенных, которые в ситуации подобной этой набросились бы на врага, даже если я не отдал бы им приказа.

Как ребенок, рассказывающий о своем любимом персонаже, этот немолодой мужчина явно был очарован одной лишь своей мыслью.

Возможно, он уже выпил целую бутылку водки с утра?

– Я отправил Игоря в отпуск только затем, чтобы он нашел этих двоих.

Глядя на восхищенное лицо своего друга, Дракон впервые позволил себе проявить какие-то эмоции.

– Ворону и… Слона.

Легкое отвращение. Это была единственная эмоция, появившаяся на его лице.

– В самом деле, для такой работы они подходят как никто другой. Но учитывая, что голова Слона даже еще более… ‘такая’, чем у товарища Лингерина…

– Его голова более?.. Более потрясающая?

– Беру свои слова обратно. Голова товарища Лингерина ни по одному пункту не проиграет голове Слона.

Лицо Дракона снова стало невозмутимым, когда он заговорил о другом человеке.

– У Вороны… и красоты, и ума, и знаний гораздо больше, чем у любого присутствующего здесь человека… Но в то же время, в одном она абсолютно неисправима: её хлебом не корми – дай подраться.

Он замолчал и снял свои очки.

Услышав слова Дракона, Лингерин ухмыльнулся и невозмутимо сказал:

– Ты себя-то слышал, а, Дракон? Ты как будто хвастаешься своей дочерью. Если это действительно так, то уж называл бы ее настоящим именем, а не этим прозвищем – “Ворона”.

Хоть они и беседовали так, словно им не предстояло принять участие в жестокой схватке, Дракон, отвечая своему работодателю, не оставил на своём лице ни единого намёка на эмоции:

– Она мне больше не дочь.

– Да и может ли она ей оставаться… после того, как вместе со Слоном просто забрала наше оружие и сбежала в Японию?


♂♀


3 мая, улица Саншайн 60, Икебукуро

В то самое время как магазинный вор, словно бык, проталкивался сквозь толпу, сшибая всех на своем пути…

– Что случилось? по-русски

Вот что пробормотал себе под нос мужчина, на вид европеец, который каким-то непостижимым образом привлекал к себе гораздо больше внимания, нежели сам вор.

В Икебукуро было много черных людей, которые работали уличными торговцами, поэтому наличие иностранцев само по себе было не в новинку, но…

В этом мужчине было больше двух метров росту, его конечности были такой же толщины, как бревна, а выступающие на них мышцы делали его похожим на профессионального рестлера. Свой огромный багаж, больше похожий на мешок с песком, он нес на спине; в целом, мужчина производил впечатление мастера боевых искусств, путешествующего в целях самосовершенствования.

Однако он привлекал внимание людей по большей мере из-за разительного контраста со своей спутницей.

– Нет проблем. по-русски

Так ему ответила европейского вида девушка лет двадцати, которая несла в руках большой бумажный пакет.

Черты её лица были немного детскими, так что её было бы правильнее назвать девочкой, нежели женщиной. Но её тело совсем не отличалось от такового у нормальной взрослой женщины. На худых руках слегка проступали мышцы.

Она была платиновой блондинкой с сияющими короткими волосами; зрачки ее небесно-голубых глаз были глубокими, как ледяные пещеры.

Выражение лица девушки было несколько неприветливым, а на теле в некоторых местах виднелись следы, похожие на шрамы. Почти вся её одежда была черного цвета, что лишь усиливало темную ауру, которая, казалось, исходила от неё.

Однако именно на фоне этой ауры она казалась ещё более немыслимо утонченной.

Умопомрачительная красавица и зверь в обличии мужчины.

Своим внешним видом они привлекали слишком много внимания, которое, тем не менее, почти сразу возвращалось к шумихе, учиненной магазинным вором.

Европейка, казалось, совсем не обращала внимания на заинтересованные взгляды толпы. Она только абсолютно равнодушно сказала своему громадному спутнику:

– Слон. Я отрицаю… В Японии говори по-японски. Мы ведь давно уже это продумали. Не лезь в чужой монастырь со своим уставом. Это основной принцип, чтобы оставаться неузнанными. И я вот тоже, не подумав, ответила тебе по-русски. Но я буду внимательнее. Продолжаем следовать плану.

– Прости, Ворона. Я оплошал.

– Ты слишком заметный. Мы подходим к караоке – нашему пункту назначения. Пожалуйста, подтверди.

Произношение у этой девушки было идеальным, однако подобранные ею слова были довольно странными.

Ворона, так её звали, подошла к караоке со Слоном, следовавшим за ней по пятам.

Казалось, ей была совершенно безразлична и сама история с магазинной кражей и то, что происходило после.

Отойдя от этой беспокойной толпы, она тихо проговорила, как будто самой себе:

– Тепличная страна, слишком привыкшая к миру и покою. Наполовину разочарована. Наполовину завидую.


♂♀


Несколько минут спустя, в кабинке караоке

– Я не могу. Не могу пошевелиться. Так взбудоражен всем этим, что не могу теперь и шагу ступить.

Они вошли в кабинку караоке, как было условлено, и теперь ждали появления ‘клиента’. Огромный мужчина, Слон, обхватил голову руками и присел на корточки.

А Ворона достала из своего бумажного пакета книгу и, листая её, сухо бросила:

– Ты сидишь. Я отрицаю, что у тебя есть необходимость ходить.

– Я просто не могу успокоиться из-за этого… По дороге сюда мы прошли мимо нескольких ресторанов с сукияки и сябу-сябу. Я не могу не волноваться из-за говядины…

Слон выглядел так, как будто для него вот-вот должен настать персональный конец света. Ворона даже не взглянула в его сторону и лишь продолжила пролистывать книгу.

– Как… Ну как коровы вырастают такими громадными, питаясь одной только травой?! То, что они могут так вырасти, просто жуя траву, – это просто невозможно… Если эта загадка не разрешится, я не вижу смысла жить дальше, не говоря уж о том, чтобы работать!

Слезы текли по лицу этого большого парня, пока он выкрикивал практически абсурдные вещи. Ворона всё так же не смотрела на него, по-прежнему переворачивая страницу за страницей; но её губы зашевелились, произнося слова, как будто жили своей собственной жизнью.

– …В желудке коровы живут специальные микроорганизмы, эти микроорганизмы вступают в реакцию с травой и с коровьей слюной. Производят аминокислоты, корова поглощает их и за счет этого растет. Нет проблем.

– …

Это был великолепный ответ на вопрос Слона.

Удовлетворенный ответом Вороны, Слон был буквально переполнен радостью.

– Так вот оно как происходит! Ты – это что-то, Ворона! Вот оно что! Теперь я смогу спокойно есть бифштекс! В конце концов, твой ответ просто идеален!

Но…

– Теперь я смогу и нормально пить коровье молоко тоже! Хотя это всё ещё немного странно, то, что люди пьют… коровье молоко… эээээ… Кстати говоря…

И как будто что-то внезапно осенило его, он снова обхватил голову руками и рухнул на стол, заваленный меню караоке.

– Не могу пошевелиться!.. Я так взбудоражен этим, что не могу даже заставить себя заглянуть в меню… Когда я подумал о коровьем молоке, мои мысли как-то сами пришли к осознанию того, что у мужчин тоже есть соски… Какой в них толк, когда дело касается размножения…? Не сдвинусь с этого места ни на шаг, пока не разгадаю загадку мужских сосков! Это моя война!

– …У эмбриона есть период, когда он ещё не является ещё ни мужчиной, ни женщиной. Пол человека определяется уже после формирования сосков. Это рудимент и только.

– О… Ооо… Великолепно, Ворона, ты просто совершенна!

В то время как выражение ее лица оставалось абсолютно неизменным, Слон задал следующий вопрос:

– Но…! У меня еще один вопрос… Если он останется без ответа, боюсь, я не смогу больше жить…! Почему, ну почему Ворона не выглядит хотя бы капельку смущенной? В смысле, я говорю с тобой о таких шаловливых вещах, как соски и размножение, в этой кабинке караоке, где мы, мужчина и женщина, находимся с тобой наедине!

Пока Слон выдавал всю эту невероятную ерунду, Ворона просто продолжала листать страницы.

Перевернула страницу.

Перевернула страницу.

Перевернула страницу.

Перевернула страницу.

Перевернула страницу, потом ещё одну, и ещё несколько –

– Меня… игнорируют?!

Ворона как раз заканчивала первую книгу, когда Слон не смог больше этого терпеть, и закричал.

Тогда, как только она взяла вторую книгу и приоткрыла рот, чтобы что-то сказать, дверь распахнулась, и, прежде чем она смогла вымолвить хоть слово, в кабинку вошел мужчина.

– Ух, добрый день, добрый день. Мне, правда, очень жаль, что я так задержался.

Это был японец с чрезвычайно добрым лицом, которому на вид было лет сорок.

– Добрый день, добрый день. Мне, в самом деле, очень жаль. Доброго вам дня.

Этот человек, продолжая с мягкой улыбкой произносить свое ‘добрый день’, уселся, наконец, на стул.

– Прошу меня простить, но я сразу перейду к делу. У меня не так много времени, поэтому я сейчас же объясню вам суть вашей ‘работы’.

Закончив говорить, мужчина с улыбкой достал из своего нагрудного кармана две фотографии прежде, чем кто-то из этих двоих смог хоть что-то ответить.

– На самом деле мне нужно, чтобы вы похитили для меня ребенка.

– …

На первой фотографии была запечатлена девочка с немного угрюмым лицом.

Судя по внешности, эта девочка всё ещё училась в младшей школе. Слон, нахмурившись, взял фотографию, а Ворона продолжала листать книгу, несмотря на то, что в это время их клиент уже объяснял детали работы.

Этот мужчина средних лет, похоже, ничуть не озаботился таким отношением и просто продолжил беспечным голосом говорить о деле.

– В этом городе много якудза… Иначе говоря, японской мафии. Хаха. Она внучка главы одной из группировок… Надеюсь, что вы способны похитить её и постараться при этом не убить. Хахаха, мне очень жаль, что работа заключается не в заказном убийстве, а всего лишь в странном похищении. Доброго вам дня.

– Даже если в этой стране вы фактически и являетесь нашим работодателем, всё же, решать, браться за эту работу или нет, предстоит нам, в зависимости от предложенной вами суммы. Мы, конечно, можем скрыть от них наши лица, но мы, всё-таки, требуем адекватной платы за риск оказаться в состоянии открытой войны с якудза.

Всё это Слон сказал на безупречном японском. Его собеседник дружелюбно рассмеялся и ответил:

– Знаете, на самом деле ситуация и так уже сложнее некуда. Группировка, о которой идет речь, похоже, наняла телохранителя… Я сам не мог в это поверить, но если то, что я слышал, является правдой, тогда этот телохранитель – страшный человек.

Телохранитель.

Ворона замерла со страницей в руке, услышав это слово.

– Охранник, неуязвимый? Положительный или отрицательный, надеюсь, ваш ответ будет быстрым.

Дружелюбное расположение духа мужчины не изменилось, когда он услышал слова Вороны; он немного озабочено ответил:

– Как бы мне объяснить… Дело здесь даже не в силе… Просто этот телохранитель, он что-то вроде волшебника.

– ?

– В интернете есть видеоклипы, вот и я скачал несколько, как раз для нашей встречи…

Мужчина тут же достал компактный видеоплеер и открыл одно изображение.

Это был кадр из программы телевизионных новостей.

На этой фотографии была изображена группа бандитов, которая спасалась бегством от патрульных машин…

И столкнулась с кем-то сидящим на огромном черном мотоцикле с гигантской косой в руках.

– Это так называемый “Черный Мотоцикл”, что-то вроде современной городской легенды… Я, правда, понятия не имею, как он это делает. В любом случае, если вы попытаетесь что-то сделать с той девочкой на фото, он вас в покое не оставит.

Он опустил голову, пытаясь изобразить обеспокоенность, но на самом деле под этой маской скрывалась посмеивающаяся гримаса.

– Подтверди одну вещь.

К лицу Вороны прилила кровь, и на нём появилось выражение, даже отчасти похожее на радость…

Она и не пыталась скрыть разрывавшее её изнутри волнение, когда спросила:

– Если я убью человека на мотоцикле, вы меня не осудите?

Бессмысленный вопрос.

Слон никогда не считал себя умным, но он достаточно проработал вместе с этой девушкой, чтобы знать кое о чём.

Ворона была помешана на сражениях.

Теперь не было ни единого шанса, что она откажется от этой работы, когда перспектива схватки с незнакомым противником соблазняла её как болтающаяся перед глазами осла морковь.

Слон был уверен ещё кое в чём.

Не важно, что сказал бы Ёдогири Джиннай, их нынешний заказчик, Ворона собиралась убить мотоциклиста в любом случае.

Придя к такому умозаключению, Слон подумал про себя:

«Ну, я не знаю. Да мне и без разницы, с другой стороны».

Вот так русские, которым ещё предстояло показать Икебукуро, чего они на самом деле стоят, по своей воле вошли в этот необычный мир, отличный от повседневного.

Конечно, ведь этот непостоянный, постоянно меняющийся круговорот событий –

Был, в конце концов, более ‘повседневным’, привычным для них.

Любовный лепет подпольного доктора, Часть IIIПравить

Не волнуйтесь, она уснула.

Я не терапевт, но мне кажется, что у неё острый аденоидит.

Что? Зубки режутся?

Да нет, только у младенцев и детсадовцев могут резаться зубы. Ты ведь не думаешь, что у людей может начаться лихорадка из-за переизбытка мыслей об этой болезни, правда же?

Но, с другой стороны, поскольку мозгов у Шизуо столько же, сколько и у детсадовца, то, должно быть, зубы могут резаться и у него…ааааай…

Шизуо, разве ты не понимаешь, что для меня твой удар пальцем по лбу по силе равен удару ногой от любого другого человека? Хорошо, тогда постарайся быть поосторожнее, пожалуйста. Что, сотрясение мозга? Как долго я был без сознания?

Господи Боже, никогда бы не поверил, если бы мне сказали, что мне когда-то придётся вправлять собственную челюсть. Нет, не то, чтобы это было так сложно, ведь я столько раз вывихивал и вправлял челюсти людям за эти годы…

…Кстати говоря, мой дедушка как-то подавился куском рисовой лепёшки. Отец просто вывихнул ему челюсть и достал этот кусок из его горла собственными руками. Полагаю, он делал такое только в чрезвычайных ситуациях.

Думаю, я наговорился. Так кто именно эта маленькая девочка?

У неё при себе не было ничего, что могло бы помочь ответить на этот вопрос.

…«Ты же не делал с ней ничего странного, да?»… и что это должно значить?

Эй-эй? Прежде чем спросить, с чего ты вообще взял, что меня привлекают маленькие девочки, я поинтересуюсь: ты действительно думаешь, что я могу заинтересоваться какой-нибудь другой девушкой, кроме Селти? Если бы Селти вместо этой девочки тряслась от лихорадки на кровати, бормоча непонятные вещи, я бы и не подумал об одеяле и согревал бы её теплом своего тела!

Да правда, если бы не было Селти, я, наверное, был бы отшельником и жил в горах, убивая время за изысканными хобби.

Если кто-то и может, хотя бы немного, соперничать с Селти в плане красоты – так это матушка Земля, я бы так людям и сказал. Но, сказать по правде, я думаю, Селти красивее… вы как считаете, а, ребята?

…Шизуо, этот твой Том-сан уже некоторое время смотрит на меня с жалостью. Почему?

Почему ты ничего не говоришь?

Как вам угодно.

Хмм? Селти?

У Селти сегодня работа от Шики-сана из Авакусу-кай.

Ага, Шики-сан.

Он входит в штат Медей Груп, компании, которая объединяется с меньшей по размеру организацией Асуки Груп. Много же им, наверное, придётся сделать… так вот, они сказали, что доверяют Селти нечто важное.

Да, это правда. Честно говоря, я не могу сказать, что не волнуюсь о ней.

Авакусу-кай имеет дело с подпольным миром, понимаете?

Милым девушкам, таким как Селти, не место в переделках, когда над головой пролетают пули, а воздух пропитан запахом крови… ну конечно, я говорю неправду. Как раз для этого она и была рождена.

Черный Мотоцикл, прокладывающий себе дорогу среди свистящих пуль. Ну разве это не круто?

Но я всё равно за неё волнуюсь. Я бы предпочел быть всегда рядом с ней, но, к сожалению, шансов выжить на её заданиях, не превратившись в кучку конечностей, обёрнутых куском ткани, у меня не так много.

Ах, Селти такая сильная, поэтому я могу быть в ней уверенным.

Селти сильна. И морально, и физически.

Кстати говоря, Шизуо, из-за твоей нелепой и непреодолимой силы люди этого не замечают, но Селти тоже обладает своего рода могуществом.

Если захочет, она может голыми руками согнуть стальную трубу.

Она с невероятной скоростью восстанавливается после аварий, будто ничего и не произошло. Ну, не то, чтобы ей не было больно, но всё же.

Она без особых проблем может справиться, по крайней мере, с десятью преступниками одновременно. Но тридцати для её умственных способностей, скорее всего, будет многовато.

Руководствуясь никому не понятной логикой, она боится всякой магической и оккультной чепухи, а также Белого Мотоцикла. Но, по-моему, это лишь делает её ещё более прелестной

Сильна и прелестна. Она идеальна, не правда ли?

Но я не позволю тебе её заполучить, Шизуо. Хотя, она с тобой в очень хороших отношениях. Знаешь, я из-за этого частенько ревную.

…Что? Том-сан? Что случилось?

Селти? Да, это её имя. Она и есть Чёрный Мотоцикл.

«Значит, это ‘она’»…? Шизуо, ты что, не рассказывал ему об этом?

…Ээээ? Ты до сих пор не знал, что Селти – женщина! Но Шизуо!

Поверить не могу!

Но вы только посмотрите на её красивую походку! Как из-под теней виднеются великолепные изгибы тела! Любой будет желать Селти, очарованный ею!

Да, это так… чтобы любить эту женщину, мне совсем не нужна её голова, то есть, чтобы быть для меня сексуально привлекательной, ей не обязательно иметь голову. Ещё со времён старшей школы я не видел девушки, которая могла показаться мне хотя бы немного привлекательной. Селти – единственное исключение. Во времена моего детства Селти была для меня кем-то вроде старшей сестры, на которую всегда можно положиться. Теперь, когда я вырос, она для меня как милый маленький котёнок. Ну, полагаю, меня можно назвать мышкой в её лапках.

…Простите. Я так увлёкся своей любовной болтовнёй. Но не жалею об этом.

Итак, вернёмся к нашей маленькой девочке.

Она увидела тебя, будто первый раз в своей жизни, и крикнула: «Умри!». Шизуо, да что ты вообще мог сделать, чтобы тебе такое желали?

Я знаю, ты, наверное, и не вспомнишь, что мог сделать что-то подобное, но, Шизуо, ты относишься к тому типу людей, которых начинают ненавидеть ещё до того, как они осознают, к чему могут привести их поступки.

Ну, возьмём для примера дерево с тротуара, которое ты бы мог выдрать с корнем, чтобы использовать как оружие.

А что, если то дерево было для этой девочки особенным, посаженным в день кончины её матери, памятью о ней… ты бы убил дерево, которое девочка любила и лелеяла как замену своей настоящей матери. И я бы не удивился, если бы она возненавидела тебя настолько, чтобы пожелать твоей смерти…

Ну, я всего лишь предположил.

Но я всё равно думаю, что моя версия звучит более правдоподобно, чем та, про девочку – машину убийств, действующую без разбора.

Что, Сайка?

Я так не думаю. Её ведь глаза не стали красными, или же стали?

Ну, смысл был в том, что какие бы у убийцы ни были причины, всё оказывается гораздо проще, чем они думают.

Хотя, не уверен, что этот факт тебе мог как-то помочь.

Такие вещи случаются ни с того, ни с сего.

Иногда из-за простого недоразумения всё может дойти до взаимной ненависти.

Но, как бы то ни было, даже если ты как обычно выйдешь из себя, её намерение убить тебя останется непоколебимым. Ты должен найти выход из этой ситуации.

Не говоря уж и о том, что с её стороны это могло быть и не простое недопонимание, в конце концов.

Те незначительные поступки, которые ты совершал в прошлом, могли с ног на голову перевернуть чью-нибудь жизнь. Такое случается, и довольно часто.

Хотя, есть и такие люди, которые будут делать такие ‘незначительные’ вещи с определённой целью.

Как Изая.

Ой. Вот теперь ты действительно выглядишь раздражённым.

Пора бы вам уже помириться друг с другом.

…Но ведь у вас никогда и не было хороших отношений, не так ли?

Эх, ностальгия. Я скучаю по старшей школе.

Мы были такими молодыми и зелёными. Или, лучше сказать, красными?

Ведь и тебя, и Изаю не окружало ничего, кроме следов крови.

Благодаря вам двоим у меня большой опыт в обращении с переломанными конечностями и в перевязывании ран. Ха-ха.

Я не могу сказать, что Изая мне не нравится.

Он настоящий. Он верен своим собственным желаниям.

Точно так же, как и ты верен своим эмоциям, сказать по правде.

Хотя, было бы гораздо лучше, если бы пределом желаний Изаи были женщины и деньги.

Но нет, у него есть необъяснимое стремление – наблюдать за людьми.

Тебя же раздражает, когда одни люди надменно наблюдают за другими, не так ли? Как будто они думают, что превосходят всех остальных.

Но он хорошо чувствует настроение других людей. Обычно ему не надо, чтобы его ненавидели; всё, что он делает – аккуратно оценивает твоё настроение, и говорит такие слова, которые должны заставить тебя колебаться в определённый момент, когда ты не сможешь ненавидеть его за это.

…Том-сан, вы что-то хотели сказать? Не стесняйтесь.

…Что? Я тоже похож на человека, который любит наблюдать и чувствовать своё превосходство…? Совсем не лестно. Ну почему люди меня так ненавидят?

Ну, пока Селти не испытывает ко мне ненависти, мне, в общем-то, всё равно.

Ну и ладно. Я, правда, очень хочу вернуть былые школьные деньки в Райджине.

В то время отойти на безопасное расстояние и наблюдать, как вы с Изаей пытаетесь убить друг друга, было частью моей рутины.

Кстати говоря, даже не представляю, как сейчас выглядят ученики Райры.

Хмм. Я знаю немногих, например, Рюгамине Микадо-кун, тот, который был на нашем вечере рагу, знакомый Селти. А, я немного лучше знаком с Сонохарой Анри-чан. Помнишь её? Думаю, ты её видел, когда тебя подстрелили, и тебе пришлось провести ночь у нас дома. Кроме этих двоих я знаю… Ягири Сейджи и Хариму Мику. А их помнишь? Они тоже, как и ты, приходили на наш вечер рагу.

Что? Ты знаешь Сейджи?

Он проткнул тебя шариковой ручкой? Что?

Ну…ладно. Они все выглядят довольно зрелыми.

Микадо-кун и Анри-чан похожи на обычных старшеклассников, которые очень бояться участвовать в драках.

Мне кажется, у них с Селти есть что-то вроде общего секрета. Но тогда получается, что только женщины и дети могут сделать хранение секретов по-настоящему привлекательным. Таинственная красота. Загадочные дети. Круто, не правда ли? Похоже на трейлер к фильму. Нищий, таящий ото всех один секрет, становится подозреваемым в преступлении.

…Почему ты так на меня посмотрел, когда я сказал ‘подозреваемый’?

Ладно, мне всё равно.

Мне всего лишь интересно, как сегодня у детей проходит их юность.

Мои школьные дни были полностью испорчены благодаря вам с Изаей. Но я не мог жаловаться, ведь у меня дома была Селти.

Пока у меня было место, в которое можно вернуться, всё было прекрасно.

Похоже, Микадо-кун знает Изаю. Это меня немного беспокоит.

Молодость, в сущности, такая беспокойная.

Она словно попытка проложить извилистый путь сквозь вязкое болото.

В Японском слово ‘молодость’ переводится как “зелёная весна жизни”… многие вещи происходят весной, и далеко не все из них чисты и свежи.

Гусеницы и многие другие существа, которые так мешают людям, тоже появляются весной.

Может быть, вы и сами станете одним из этих существ.

Надеюсь, я не стану одним из них. Но, как я уже говорил, ты никогда не знаешь, что ты такого сделал, чтобы заслужить ненависть к себе.

Теперь, когда я задумался над этим, возможно, в тот самый момент, когда Микадо-кун познакомился с Изаей, с ним уже произошло нечто зловещее.

Всё равно. Теперь, когда он на вечере рагу познакомился ещё и с тобой, ему, наверное, уже уготована чаша с кипящим рагу в глубинах ада…ааааай…!

Глава 3. Пламя их молодости разгорается и гаснетПравить

DRRR v05 09


Где-то в России

– Итак, на чем мы остановились? – небрежно бросил Лингерин, несколько раз ударив банкой с одной руки по банке на другой.

Несмотря на его беззаботный тон, кровавая картина позади мужчины открывалась отнюдь не радостная.

Воздух буквально стал тяжёлым от запаха крови.

Однако едкий запах взрывчатых веществ, витающий в нём, был гораздо хуже. Плотность дыма в воздухе даже реки крови на земле делала бледнее.

Множество тел лежало у ног Лингерина.

Возможно, это были люди из той самой группы иммигрантов, о которых они недавно говорили. Все эти люди были иностранцами, из их голов и тел струями лилась кровь, и они медленно превращались в зловонные, безжизненные куски плоти на земле.

Все ещё стоящие мужчины даже не изменились в лице.

Дракон, находившийся неподалёку от Лингерина, осторожно стирал грязь с очков. Люди вокруг них, одетые в специальные костюмы, были молчаливы и бдительны.

– Мы говорили о Вороне и Слоне, товарищ Лингерин.

– Хахаха, ты прав. Эти люди пришли и прервали нас на середине нашей беседы. Как опрометчиво. Вот почему они лишились своих жизней, – пробормотал Лингерин и тяжело вздохнул.

Подняв застрявшие в банках руки, он громко сказал:

– Да. Очень важно быть осторожным. Я бы мог назвать Дениса и Самию в какой-то степени осторожными людьми, ведь они бежали в Японию, когда наши с тобой жизни висели на волоске.

– Ты имеешь в виду, когда ты нанёс предупреждающий удар по вооружённым силам, нанятым нашим противником?

– Я был просто уверен, что умру. Господи, я, в самом деле, тогда был неосторожен. Никогда бы не подумал, что среди них окажется так много бывших спецназовцев. Ни один из наших выстрелов не был смертельным, мы только хотели предостеречь их, но они, увы, после этого действительно хотели нас убить.

Дракон высокомерно поправил очки и с бесстрастным лицом, холодным голосом сказал своему хихикающему работодателю:

– Многие бывшие спецназовцы потеряли работу в связи с демократизацией и разоружением. В поиске другой работы большинство стало работать на частные вооруженные силы и мафию, нам надо остерегаться… Я уже говорил тебе это 23 раза с распада Советского Союза, но, видимо, у товарища Лингерина уши, которые не умеют слушать.

– Ну, ты не можешь винить меня, каждый член спецназа, кого я знал, стал наемником… кстати, сейчас не подходящее время, чтобы указывать мне на это, ты так не думаешь? Я не ожидал от тебя такой неосторожности, Дракон.

– Если ты пытаешься быть осторожным, то, прежде всего, тебе надо что-нибудь сделать со своими руками, товарищ Лингерин.

На лице Дракона не было ни тени презрения, насмешки или неприязни, даже при виде застрявших в банках из-под меда рук начальника, похожих на медвежьи лапы. Он просто монотонно констатировал факт.

Лингерин отвел взгляд и засмеялся, словно хотел скрыть свое смущение:

– Я не хотел, чтобы они…

В следующее мгновение одна из банок с ужасным грохотом разлетелась на куски.

Из остатков банки на правой руке Лингерина показался отполированный чёрный пистолет.

Его дуло всё ещё дымилось, а осколки посыпались вниз, на лежащие на земле тела.

В следующую секунду что-то со звоном упало на пол.

Дракон обернулся и увидел нелегального иммигранта, который, очевидно, только притворялся мёртвым. Струйка крови вытекла из уголка его рта, а пистолет, которым он целился в Лингерина, выпал из его теперь уже безжизненной руки.

– …Очень хорошо сыграно. Это всё, что я могу сказать.

Лингерин, похоже, не обратил внимания на Дракона, в ответ на его реплику пожавшего плечами, и вместо этого беззаботно улыбнулся.

– Понятно… все, что я должен был сделать – нажать на курок! Жаль, что я разбил банку, но банка всё равно дешевле пистолета…наверное!

– В первую очередь, я бы поинтересовался у тебя о необходимости класть пистолет в банку. Во-вторых, почему ты сначала не мог отпустить пистолет и вытащить руку, а только потом достать его? В-третьих, не быстрее было бы разбить банку о стену, а не разносить её на мелкие кусочки выстрелом?

– Без понятия, о чём ты. Говори по-русски.

– Неужели мои слова для тебя звучат так, словно они были сказаны на английском или японском? Всё понятно. Если это результат нарушений в области Вернике[19], то эта проблема настигла либо тебя, либо меня. Давай вместе сходим в больницу и посмотрим, кого из нас следует отправить лечиться.

Пока Дракон говорил, из его рта вырывались клубы пара, похожие на сухие куски льда.

Лингерин, поняв, что образы в его воображении начинают материализовываться, отвёл взгляд. Вместо того чтобы продолжать этот разговор, он вновь вернулся к прежней теме.

– Да, так мы с тобой говорили о Маленькой Мисс Вороне, верно? Ей уже двадцать, но если судить о её психическом состоянии, она всё ещё ребёнок. Она чертовски способна, но по сравнению с Самией и Денисом, отнюдь не осторожна.

– Осторожна она или нет – это вовсе не проблема. Они нарушили наши неписанные правила, которые нарушать не следовало. Если получу такой шанс, вышибу мозги из обоих.

– Боже-боже, ты опасен. Про свою дочь так не говорят. Я решил не сердиться на них, да, решил. Давай просто запрём их на складе и оставим всё как есть.

– Склад… ну, я думаю, голодная смерть куда более печальна смерти от огнестрельных ранений, – проговорил Дракон с серьёзным видом. Лингерин звонко рассмеялся и сказал:

– Эй, эй, чего ты взял, что мы будем их убивать? Забудь. Мы не мафия и не военные. Просто живи и давай жить другим. К тому же, как-то по-варварски говорить об убийстве людей, словно это часть твоей повседневной жизни, – вещал Лингерин, бесстыдно сев среди убитых тел.

– Во-первых… не думаю, что ты со своими навыками сумеешь застрелить Ворону.

– Да это так. Сожалею, но я не могу это сделать. Но мы же для этого и отправили Игоря в Японию? Мы ещё сказали ему обратиться за помощью к Денису и Самии, если потребуется… но я слышал, что Игорь пару дней назад был серьёзно ранен одним из местных.

– Похоже, Япония – жестокая страна. Я слышал, что наш Господин Президент[20] – мастер дзюдо, японского боевого искусства. Может быть, его избил какой-нибудь мастер дзюдо? Ах, думаю, мне следует разбить и другую банку тоже.

Сказав эти слова, Лингерин прицелился из пистолета, который он держал в правой руке, в банку на левой. Дракон даже не посмотрел на него, вместо этого он положил руку на плечо Лингерина и спокойно проговорил:

– Не буду читать тебе подробную лекцию, но если ты это сделаешь, то поранишь левую руку. Лучше её просто разбить. Япония действительно жестокая страна. Если Ворона узнает, что Игорь был избит кем-то из местных, она обязательно что-нибудь с этим сделает.

– Верно. У Маленькой Мисс Вороны, в отличие от тебя, робота, есть чувства. Она всегда действует согласно своим порывам и инстинктам и с лёгкостью убивает людей. Она убивает не ради пищи или самообороны, а ведь это и отличает людей от животных.

Лингерин стукнул пистолетом по банке, от удара разлетевшейся по земле на мелкие кусочки.

В его левой руке оказался кусочек вяленой говядины, маринованной мёдом. Лингерин положил его в рот и сказал:

– Ну, от остальных людей, всё-таки, она отличается.

– Возможно, мне не следует говорить это в присутствии товарища Лингерина, но Ворона далека от нормального взрослого человека. Она потеряла мать ещё ребенком, а я давал ей только книги. Я надолго оставлял её наедине с самой собой, другого выхода у меня не было. Она знает множество вещей, но психическое состояние у неё как у ребёнка, – рассказывал Дракон мягким, укоризненным голосом. Лингерин, наоборот, махнул рукой и беззаботно сказал:

– Разве это не здорово? Она молода и прекрасна. Получение некоторого опыта за рубежом пойдет ей на пользу. Весной в Японии теплее, чем в России, правда? Пускай наслаждается.

– Хотя она взяла с собой слишком много игрушек, которые для несовершеннолетних детей совсем не подходят.


♂♀


3 мая, одно шоссе в Икебукуро

Ворона, женщина в костюме гонщика, продолжала ехать по дороге, издалека наблюдая за катившейся по земле фигурой.

– …

В тот самый момент раздался шум трения, и немного сверкающая веревка быстро скользнула обратно к её ремню.

Но никто вокруг не обратил внимания на этот едва заметный блеск – внимание всех прохожих было обращено на перевернутый мотоцикл и сброшенного с сиденья водителя.

У следующих за мотоциклом автомобилистов не было выбора, кроме как остановиться или объехать, чтобы не попасть в аварию.

Ворона замаскировалась под ‘наблюдателя’ и продолжала ехать вперёд по расстилавшейся перед ней дороге.

Она посмотрела в зеркало дальнего вида. Увидев, что началась настоящая суматоха, девушка поехала прочь, не оглядываясь назад.

Она прекрасно понимала, почему там должна произойти потасовка.

Она видела это своими глазами…

Как шлем слетел с головы Чёрного Всадника, и уже безголовое тело было впечатано ею в асфальт.

– …

Ворона не проронила ни слова и, продолжая ехать по ночной дороге, обдумывала произошедшее; путь до места назначения занял у неё не так много времени.

На практически пустынной дороге был припаркован грузовик.

Это был её личный грузовик с логотипом вымышленной компании.

Слон же сидел за рулём, ожидая её. Когда девушка приблизилась к грузовику, передние фары коротко мигнули.

Ворона, не говоря ни слова, пошла к машине сзади.

Задняя дверь открылась сама, и из неё, подобно трапу самолёта, показался трап из нержавеющей стали.

Ворона с лёгкостью поднялась по нему в грузовик.

Задняя часть грузовика напоминала склад, различные предметы, в том числе стойка для мотоцикла, лежали друг на друге. Передняя же его половина, напротив, была обставлена как дом на колёсах: здесь стояли диваны и шкафы, отделанные мягким белым мехом.

Ворона подошла к шкафу и сняла шлем и гоночный костюм. Она осталась только в тонкой футболке и легинсах, в свете флуоресцентных ламп ещё лучше подчёркивающих её стройное тело.

Как в настоящем доме на колёсах, здесь было электричество. Помимо этих самых флуоресцентных ламп, в нём можно было найти также и розетки.

В то время как Ворона снимала футболку, оставаясь в одном бюстгальтере, из радиопередатчика на столе послышался голос Слона.

– Тяжелый день, да?

Голос принадлежал человеку, сидящему за рулём. Он неторопливо спросил:

– Ты сейчас переодеваешься?

– Я подтверждаю.

– Действительно. Как жаль, что я не могу посмотреть.

– Не думаю, что об этом нужно жалеть, – ответила Ворона спокойным тоном.

Похоже, слова напарника не вызывали в ней ни смущения, ни раздражения; и она без дальнейших церемоний надела другую футболку.

Слон растерялся, не ожидая от девушки такой реакции, и не знал, что сказать, поэтому переключился на совершенно не связанную с их прежним разговором тему.

– Кстати, пока я тебя ждал, я видел, как мимо проехала машина с номерами 1313. И внезапно у меня возник вопрос… почему все считают число 13 несчастливым? Я так взбудоражен, что и умереть от этого могу. Число 13 проклято?

– Существует много объяснений. Самое знаменитое: Тайная вечеря, Иуда за столом был тринадцатым. Но происхождение этого утверждения относят не только к христианству. Скандинавский Пантеон, гармония достигнута силами двенадцати богов. Локи появился тринадцатым по счёту и нарушил гармонию. Древние времена, страны использовали двенадцатеричную систему исчисления, тринадцать нарушает гармонию двенадцати. Запретное число. Жаль.

– Понял. Значит, до сих пор никто точно не знает. И ещё… можешь говорить со мной по-русски? Меня учили вполне основательно, так что с японским у меня более-менее хорошо… но твой японский труден для восприятия. Ну, он попросту странный. Люди начнут презирать нас, если возникнут проблемы с взаимопониманием.

– Я отрицаю. Общение возможно только по рабочим вопросам, нет проблем. Презрение людей, нет проблем, – коротко возразила Ворона.

Человек за рулём ответил ей с точно такой же краткостью:

– Я не совсем понял, но если ты говоришь, что нет проблем, тогда ладно.

Слон предпочёл больше не поднимать эту тему, вместо этого он вжал в пол педаль газа и завёл грузовик.

Ворона, к тому времени уже переодевшаяся в обычную одежду, услышала звук мотора и пробормотала себе под нос:

– Слишком просто. Разочарована. Чёрный Мотоцикл, слишком слабый.

– Ты что-то сказала?

– Слон, не имеет никакого значения.

– Не мое дело? Ну и ладно.

Удостоверившись, что Слон больше не достаёт её своим заигрывающим тоном, она стала раздумывать над произошедшим.

«Так разочарована».

«Я думала, что человек на фото, подобный монстру, сможет меня удовлетворить».

«Он вёл себя чересчур беспечно. Как и все местные преступники».

«Он даже не заметил, что специальная стальная нить у него на шее была связана с радиопередатчиком».

«Жажда».

«…Жажда».


♂♀

Если назвать ‘молодость’ ‘жизненным источником’, то источник двадцатилетней девушки всё ещё не пробудился.

Женщина по имени Ворона никогда никого не любила.

Возможно, она даже себя никогда не любила.

Она могла приобрести общее представление о любви точно так же как и любой другой навык.

Но она не могла объяснить, какую пользу принесёт ей подобное знание в жизни.

Потому что её познания в любви ограничивались лишь книгами; в подобных делах настоящего опыта у девушки не было.

Она росла, следуя за отцом.

Но вовсе не потому, что тайно им восхищалась.

“Дракон”, так звали её отца, всегда был с ней отстранённым. Он отвлекал её внимание книгами, а сам постоянно занимался чем-нибудь другим.

[Так он выражает свою любовь. Он не обращает на тебя внимания, малышка, потому что хочет защитить. Когда разговор заходит о чувствах, Дракон неловок и упрям, поэтому и не раскрывается] – сказал ей однажды Лингерин, работодатель отца.

Девушку это слегка озадачило: она не понимала значения слова ‘любовь’, поэтому сказанное Лингериным осталось выше её понимания.

Но, вместе с тем, она не была одинока.

У отца была довольно большая библиотека, к которой девочка имела полный доступ.

Любая книга, какую бы она не пожелала, покупалась ей без всяких возражений.

Лингерин, находивший способность девочки читать в несколько раз быстрее обычного человека довольно интересной, привозил ей необычные книги из других стран.

Окруженная грудой книг, она как губка впитывала все нужные и ненужные знания, и раскладывала их по полочкам у себя в голове.

Отец не любил её; и она не испытывала любви ни к кому. Но это не вызывало в её душе чувства неудовлетворённости жизнью.

У неё не было друзей в школе. Девочка была исключена из круга остальных детей, потому что родители, знавшие об опасной профессии её отца, предупреждали своих отпрысков «близко к ней не подходить». Поэтому её детство прошло в одиночестве.

Но она не возражала. Чтобы не чувствовать себя обделённой жизнью, ей нужны были только книги.

Она не была знакома с жаждой.

До определенного момента.

Первый раз в жизни она почувствовала жажду, когда впервые убила человека.

Знания, приобретенные из книг, помогли ей расправиться с вором, проникшим в дом однажды ночью.

Всё закончилось успешно отчасти благодаря чистому везению; но, тем не менее, ей удалось убить взрослого мужчину.

У этой девочки получилось, несмотря на то, ей едва исполнилось десять лет, и она даже и не знала, как спустить курок.

Мужчина лишился жизни мгновенно, гораздо быстрее, чем в книгах.

Это вызвало в её сердце незнакомые ощущения.

Девушке понадобились годы, чтобы понять, что поглотившее её чувство – ‘жажда’.

Её отец пришел домой так быстро, как только смог, после того, как она связалась с ним, и, взглянув на недвижимое тело грабителя, молча заключил дочь в объятья.

Он и тогда вел себя как робот. Однако тепло, которое она ощущала в крепких объятиях этого безэмоционального человека, навсегда сохранилось в её памяти.

Девочка подумала:

«Не знаю, что случилось, но отец обратил на меня внимание».

«Он вёл себя так, будто гордится мной».

«Почему?»

«Потому что я смогла справиться с плохим парнем?»

«Потому что убила кого-то сильнее себя?»

«Потому что я сильная?»

Это были всего лишь детские нелепые домыслы.

Своим сердечком она, скорее всего сомневалась – нет, была уверена, что это всё ‘неправда’.

Но она не понимала, что такое любовь.

Поэтому никогда не смогла бы понять, зачем отец обнял её.

И она верила в придуманные собой же причины только потому, что не могла постичь настоящих.

Или только притворялась, что верит.

А потом, с помощью Дениса и Самии, подчиненных отца, она начала изучать то, о чем в книгах прочесть не могла.

Денис и Самия были моложе остальных членов команды, однако никто не знал об их прошлой жизни ровным счётом ничего. Лингерин, будучи главой компании по продаже оружия, такими вещами не интересовался. Все, что удалось узнать от него девочке в ходе осторожного расследования – незначительное «Денис служил в армии».

Но и этого крошечного клочка информации ей было достаточно.

После она попросила эту парочку научить её управляться с оружием и драться. Денис отказался со словами «такого рода знания не для девочек». Самия согласился только показать ей, как развить своё тело.

В конце концов, она доказала, что может помогать в работе отцу, и они начали учить её пользоваться оружием. Навыки, которые они давали ей, предназначались исключительно для самообороны, однако девочка нашла им куда более агрессивное применение.

Первым делом, она отправилась на улицу драться со шпаной.

Затем переключилась на наркоторговцев.

После них – на бывших мафиози, служивших в армии.

Потом она начала сражаться с двумя такими противниками одновременно.

И с тремя.

Четырьмя… пятью… шестью…

Выбирая для боя всё более сильных противников, она продолжала поднимать себе планку и совершенствоваться, всякий раз как выходила из драки победителем.

Однажды она прознала, что отец и Лингерин планируют уничтожить конкурирующую организацию, немедленно направилась в логово врага и в одиночку расправилась с каждым её членом.

Лингерину обо всём доложили, он явился на место в окружении своих подчиненных и обнаружил девочку, с жаром листающую журналы убитых, в комнате, наполненной запахом крови и гари от стрельбы.

Девочка каким-то невероятным образом осталась невредима; однако вместо объятий от отца она получила звонкую пощечину.

И в этот момент она, наконец, осознала.

Тот факт, что ей дали пощечину, её совершенно не удивил.

В глубине души она даже понимала, что заслужила это.

Она начала чувствовать это уже давным-давно.

Возможно, с того момента, как убила вора.

Вместе с тем, она поняла ещё одну вещь.

«Зачем я продолжаю поступать так, зная, что отец меня не похвалит?»

«Не потому что хочу быть любимой».

«Все очень просто».

«Счастье».

«Восторг».


«Удовольствие».


«Блаженство».


«Экстаз».

Короче говоря, она внушила себе, что борется за внимание отца, тем самым потакая собственной жажде убийства.

Ирония была в том, что девочка осознала, лишь получив от отца пощечину, проявление его беспокойства. Обращает на неё отец внимание или нет – теперь это её не волновало.

После того как девушка стала следовать истинным желаниям своего сердца, она резко эволюционировала как боец, но её сознание становилось всё более и более извращённым.

Лингерин, заметивший её перемены, отметил, что она «как ворона – умна, но почему-то любит мертвечину». Он дал ей позывной “Ворона” и официально принял в штат.

Действуя по приказу Лингерина, она продолжала истреблять его врагов.

Однако не смогла утолить свою жажду.

Возможно, потому что отец не обнимал девушку как в первый раз?

Нет.

Она давно поняла, что причина была не в этом.

Может быть, она была жаждущим крови маньяком-убийцей?

Сказать по правде, не совсем.

Она наслаждалась вовсе не победой над противником.

И не убийством.

Ей нравилось заходить на препятствие и сметать его.

Прорывать многоуровневую защиту и шинковать натренированные годами мускулы.

Целиться в самые слабые точки на телах мужчин, вооружённых новейшим оружием, пробивать их броню, взрывными смесями или пулями, и представлять себе как хрупкая плоть под слоем твердого доспеха разрывается на части.

Доказательства.

Всё, что ей было нужно, – это доказательства.

Возможно, это была ещё одна форма её жажды познания.

Хрупкие.

Люди казались ей слишком хрупкими.

Но были ли они такими на самом деле?

Первый убитый ею грабитель оказался слабее, чем описывали книги.

Это и стало причиной её жажды.

Эта девушка стала убийцей в столь юном возрасте, и заработала психологическую травму.

Но есть на свете люди, которые любят теребить старые раны и даже открывают их, если те начинают заживать. Она была как раз из таких.

Был ли убитый ею человеком?

Действительно ли люди столь хрупки?

Действительно все, включая её, настолько хрупки?

Не важно, через какие они прошли тренировки, не важно, насколько серьезное оружие было у них в руках, не важно, какой у них боевой опыт…

Правда ли, что эти так называемые человеческие создания, в сущности не представляли из себя ничто кроме куска мяса, водяного шара, поддерживаемого лишь скелетом, по плотности схожим с кварцем?

По неизвестным ей самой причинам, без доказательств всему этому девушка не могла обрести покой.

Почему – она не имела понятия.

Она искала всё новых и новых противников, повинуясь лишь этой мысли…

И теперь, она зарабатывала себе на жизнь, будучи ‘наемником’ в мегаполисе страны, крайне далекой от войны, по сути не желая этого.


♂♀

<Ладненько! Для начала, вас поприветствует ваша любимая знаменитость – Такемо Эйджи! Сегодня, как и всегда, я буду говорить с вами об «Ошеломляющем Русском Рае»! Позвольте представить вам мою коллегу, вы с ней уже, наверное, знакомы, малышку, говорящую и на русском, и на японском!>

<Рада всех приветствовать! Я – Мурада Кейли! И что это была за ‘малышка’? Прозвучало, как гром среди ясного неба!>

<Эй-эй, так неправильно! «Как гром среди ясного неба» – не самое подходящее выражение для русскоязычного слушателя! Думаю, Кейли стоит отказаться от репертуара времен Карлайла и переключиться на уникальную русскую сексуальность. Например, одеваться только в северную одежду! Скажем, нижнее белье под пушистой шубкой!>

<Замолкни, трилобит!>[21]

<Что?! Погоди-ка! Что ты только что сказала? Эй, что эти русские слова значат?>

Ворона медленно открыла глаза, когда её слуха достиг шум радио.

Она немного вздремнула.

Похоже, Слон просто слушал это чёртово радио во время вождения.

Она взглянула на часы. Времени прошло не так много.

Радио продолжало играть, и в то же время, заглушая его, в радиоприёмнике послышался знакомый голос, то и дело перебиваемый смешками:

– Хахахахаха! Ворона, ты слышала? Эта баба по радио только что сказала «Замолкни, трилобит»! Когда это у нас так выражались? Хахахахаха!

– Подтверждаю. Но не думаю, что это стоит такой вспышки смеха с твоей стороны. И ещё, я слегка шокирована тем, что лингвистические способности Слона позволяют ему идеально перевести на японский слово “Трилобит”.

– Это потому что твой отец меня муштровал. Даже и не вспомню сейчас, сколько японских газет и романов он заставил меня прочитать.

– А я сбежала. Семейные узы уже порваны. При нашей следующий встрече в живых останется только один. Жаль, жаль.

Когда их разговор перешёл с ежедневной болтовни на тему кровных уз, Ворона осталась невозмутимой как никогда.

– Этот телохранитель на Чёрном Мотоцикле, я только что убила его.

– Это хорошо.

– Клиент сообщит нам о местоположении ребёнка, как только узнает. До этого нам необходимо ещё кое-что сделать.

– Ах да… кстати, у нас же есть ещё одно задание. Но это правда ничего? Тебе, похоже, неохота этим заниматься.

Пока Слон говорил, Ворона взяла с полки книгу. Открыв её на том месте, где лежала закладка, она безразлично ответила:

– Нет проблем. Всё будет сделано сегодня.

И она вынула закладку, которой служила вложенная между страниц фотография.

«Она – цель».

«Я этого делать не хочу, это правда».

«Я не хочу причинять боль этой ничем не примечательной девочке, судя по её виду, даже не знакомой с тренировками».

«Даже мне не удастся избежать чувства вины. И, что более важно, скуки».

«У клиента могут быть свои причины, или им просто движет бездумная ненависть… но я в любом случае ничего не могу с этим поделать».

Ворона приняла этот факт и переключилась на изучение лица на фотографии.

Это было лицо кроткой и спокойной девочки в круглых очках, послушной и молчаливой на вид.

Сонохара Анри.

Имя, для Вороны ничего не значащее.

Ворона была пока новичком в мире Икебукуро.

И не слишком им интересовалась.

Конечно, даже среди жителей Икебукуро лишь немногие знали, на что способна эта девочка на фото.

И Ворона не представляла, что будет для неё значить вступить в круг этих посвященных.

«Кстати, меня так разочаровал Чёрный Мотоцикл».

«…Но всё равно, мне кажется, что я отрубила ему голову недостаточно быстро».

«Хотя, он уже мертв, так что нет смысла дальше думать над этим».

«Люди хрупки, будь они магами или ещё кем угодно».

Ёдогири показал ей только маленький отрывок гулявшего по интернету видео.

Поэтому она понятия не имела…

Под каким именем Селти Стурлусон, или “Чёрный Мотоцикл”, засветилась в японских СМИ.

Всадник без Головы.

Даже самый умелый боец не смог бы срубить Селти отсутствующую голову.

Такого рода знания Ворона не смогла бы найти ни в одной из прочитанных ею книг.

Поэтому она не заметила.

Конечно, она не могла принять во внимание нечто сверхъестественное и следить ещё и за этим.

Такое поведение было бы сродни хранению талисмана, призванного защитить в бою от смертельного проклятья противника.

К сожалению, Селти Стурлусон принадлежала к этой самой категории сверхъестественного.

Вдобавок, Ворона не заметила кое-что важное относительно её собственного мотоцикла.

Чёрная нить тоньше волоса уже была прикреплена к его задней части.

Эта нить тянулась из кузова их автомобиля, и пропадала во мраке ночи.

Конечно, Ворона не заметила ещё и то, что с другого конца нити за ней по пятам следовал и сам источник ‘аномалии’.


♂♀


Вечером 3 мая, интернет-кафе в Икебукуро

– Ну что ж…

Это был необыкновенно бодрящий голос.

Если описывать его избитыми словами, то любой услышавший этот голос человек мог бы подумать, что тот снизошёл на него с небес. Без сомнения, он был очень чистым и энергичным.

– Наконец-то всё становится интереснее, – пробормотал его обладатель себе под нос, увидев появившиеся на мониторе слова.

Это был утонченный молодой человек с оживлённым лицом, который полулежал-полусидел, полностью расслабленный, в кресле на колёсиках в интернет-кафе.

На первый взгляд он казался просто вежливым худощавым парнем; однако достаточно резкие черты лица делали его живым олицетворением понятия “красивый”. Его улыбка будто означала, что он готов принять всё, что окружает его, таким, какое оно есть; но в то же время в его глазах не было ни капли сострадания, словно он презирал всё вокруг, за исключением самого себя. Одет он был весьма своеобразно, но невозможно было понять, в чем заключалось это своеобразие. От него как будто исходила едва уловимая живая энергия.

Прямо перед ним стоял компьютер с доступом в интернет, но Орихара Изая, этот самый молодой человек, продолжал забавляться со своим мобильным.

Молча обдумав информацию, поток которой непрерывно лился из маленького устройства в его руке, он тихо пробормотал:

– Из-за этого я становлюсь таким сентиментальным. Напоминает школьные годы.

Казалось, что Изая сейчас изливает кому-то свою душу, но никто, как и ожидалось, ему не ответил, ведь он был в этом маленьком помещении совсем один.

Остальные кабинки интернет-кафе были сняты на месяц бездомной молодёжью в качестве альтернативы обычному жилью. Но в этот час все временные постояльцы были на работе.

После непродолжительных переговоров с управляющим Изае удалось снять эту кабинку на год.

DRRR v05 10

Трудно понять, что собой представляли эти переговоры, но, похоже, Изая преуспел, убедив управляющего в его исключительности.

Он в уме оценил сложившуюся ситуацию, отталкиваясь от доступной на данный момент информации, и медленно поднялся со стула.

«Да уж, навевает воспоминания».

«Несмотря на то, что мои школьные годы были одной большой неприятностью, спасибо Шизу-чану».

«Если бы его не было, все мои планы осуществлялись бы гораздо быстрее и эффективнее».

«По-моему, половину проведенного в старшей школе времени я потратил на попытки стереть его с лица земли».

Проходя мимо кассы, он добродушно помахал администратору и вышел из интернет-кафе.

Вместо того, чтобы воспользоваться лифтом, Изая бодро побежал по лестнице в направлении выхода; за окном уже стемнело.

Практически у самого выхода он почувствовал, как его окутал порыв неповторимо теплого весеннего воздуха, и его слуха достиг шум, доносившийся с многолюдных центральных улиц. Молодой человек позволил себе с головой погрузиться в окружающий мир; будто не в силах более сопротивляться приливу искреннего счастья, он изогнул губы в ухмылке.

«Боже, как только я об этом думаю, мне становится весело».

«С этого момента неважно, как теперь будут развиваться события…»

«Ведь лишь я один смогу избежать попадания в ‘сетку для насекомых’».

Это произошло месяц назад.

Орихара Изая не имел совершенно никакого отношения к беспорядкам в Икебукуро, которые разразились после одного инцидента.

Однако сказать, что он из-за этого ничуть не расстроился, значило бы солгать.

Потому что он почувствовал, что никому нет до него дела.

Орихара Изая любил людей.

Но это вовсе не значит, что он любил каждого из них по отдельности.

Являясь человеком, он обожал прочих именуемых “людьми” созданий.

Можно расценивать это как не беспрецедентный случай нарциссизма, но он никогда не относил себя к числу “людей”, столь горячо им любимых.

А точнее, можно сказать, он был по уши влюблен в ‘остальных’.

Он упустил отличную возможность понаблюдать за объектами своей страсти. Он был вынужден сидеть сложа руки, в то время как за безголовое тело Селти объявили награду.

Было бы немного грубо сказать, что он сделал это, чтобы дать выход злости.

И всё же, это было правдой: им двигало желание выпустить гнев.

Он напоминал мальчишку, раскидывающего велосипеды, попадающиеся ему на пути, потому что никто не хочет с ним играть… Во всяком случае, в его сердце взыграло что-то мелочное, когда он начал осуществлять свой план; но иметь дело с Орихарой Изаей было сложно потому, что он знал себя, и свою мелочность в том числе, как свои пять пальцев.

Максимально объективно учитывая каждую незначительную деталь, он знал о ситуации и о своих возможных порывах всё – поэтому сознательно выбирал худший из возможных вариантов развития событий для нежно любимых им ‘остальных’.

Орихара Изая не был ни сверхъестественным существом вроде Селти, ни сверхсильным бойцом наподобие Хейваджимы Шизуо; он был самым обычным человеком.

Он не был ни рациональным до мозга костей, ни спокойным, как робот, ни хладнокровным созданием, которому в голову и не могла прийти мысль об убийстве.

Он был человеком во всех смыслах этого слова.

Таить те же желания, которые хранят остальные люди, совершать поступки, которые не чужды всем под влиянием внезапных порывов –

Изая был наделен обеими этими чертами одновременно.

Он был недостаточно харизматичен, чтобы возглавить силы зла, но постоянно испытывал недостаток в интригах.

Во время учебы в старшей школе Кишитани Шинра сказал о нём следующее:

[Я скажу тебе, кто ты. Ты вроде как тяготеешь к тёмной стороне, но на сто процентов злом не являешься. И это притом, что в тебе нет ни единого грамма добра. Хмм, как бы это сказать… если бы мне нужно было охарактеризовать тебя одним предложением, то получилось бы что-то вроде «Меня от тебя тошнит». И это комплимент, знаешь ли.]

Изая лишь посмеялся, когда его, в общем-то, единственный друг сказал это. Но на самом деле он был полностью согласен с Шинрой.

Он делал так, что его жертвы выблевывали свой ужин вместе с разнообразными “истинными я” и наблюдал за всем издалека, чтобы их рвота не могла его достать.

Именно так происходило наблюдение за истинной природой людей.

И будь их рвота исполнена добродетели или низменной злобы, не достойной ничего кроме презрения, Изая холил и лелеял её одинаково трепетно.

И сегодня, как и в любой другой день –

Он начал свою ‘игру’, чтобы заставить людей выворачиваться наизнанку, открывая ему свою подлинную сущность.

Все игроки определились.

Фигуры были расставлены.

Все, что ему нужно было сделать – бросить игральные кости.

– Ну что, мои милые маленькие кохаи из Райры, а не отправить ли мне вам маленький подарочек?

– Как раз подходящая кризисная ситуация для того, чтобы они повзрослели. Это неизбежно.

Орихара Изая глубоко задумался.

«По ту сторону сетки от насекомых. Ну не идеальное ли место?»

«Комары снаружи не могут покусать спящих внутри людей».

«Все, что я буду делать – производить раздражающий звук своими маленькими трепещущими крылышками».

«Медленно, но верно я доведу людей, скрытых от меня сеткой, до безумия»

.

– В конце концов, на что будет похожа юность, если её чуть-чуть не приперчить?

Изая продолжал на ходу развлекаться со своим телефоном.

Хейваджима Шизуо, Саймон и его сёстры-близнецы были просто рождены для создания неприятностей.

В Икебукуро у него было бесчисленное множество кровных врагов.

Несмотря на это, он абсолютно спокойно прогуливался по городским улицам.

И незаметно, с коварством смешивался с ночным городом…

Крылатое насекомое, находящееся по ту сторону сетки от комаров, распыляло свой яд на вечерние улицы.

И…

В качестве первого взмаха своими маленькими крылышками Изая позвонил одному мальчику.

Через некоторое время ему ответил немного сонный голос.

– …Хей! Сколько лет, сколько зим, Рюгамине-кун. Или мне обращаться к тебе Танака Таро-кун? – полушутливо поздоровался с ним Изая, прежде чем перейти на более серьёзный тон и поведать собеседнику о цели своего звонка.

– Я только что проверил историю сообщений чата. Я тоже слышал о том, что произошло в Сайтаме…

– Похоже, Доллары сейчас находятся в незавидном положении.


♂♀


Вечер 3 мая, квартира Сонохары Анри

Квартира Сонохары Анри была простой и ничем не украшенной.

В ней царил идеальный порядок, но совершенно неожиданный, если мы говорим о жилище старшеклассницы.

Конечно, для аккуратных девушек в порядке вещей регулярно убираться в комнате, но её жилище было уж чересчур чистым.

Здесь не было ничего, кроме жизненно необходимых вещей – даже какой-нибудь книжонки, чтобы коротать время.

Впрочем, имелись телевизор и радио, но они выглядели так, будто их едва ли включали хоть раз. На столе лежала стопка школьных учебников.

Было очевидно, что комната жилая, но по обстановке невозможно было понять о личности хозяина ровным счётом ничего.

Таким было жизненное пространство, которое Сонохара Анри себе создала.

В комнате, где не было даже компьютера, девушка в пижаме молча смотрела на экран своего мобильного телефона.

На нём отображался чат, в который девушка в последнее время частенько заходила.

Это был чат, к которому Сеттон не так давно предложила ей присоединиться. Администратором чата была женщина (или всё-таки мужчина?) с ником Канра.

На самом деле, никто прямо не говорил ей, что Канра была женщиной. Но Анри, несведущая во всем, что касалось интернета и масок, которые каждый мог там надеть, естественно, и предположить не могла, что в сети кому-то придёт в голову ‘сменить пол’.

«Селти-сан… сегодня нет».

«Я так волнуюсь…»

Анри глубоко вздохнула, думая о Всаднике без Головы, которым, как оказалось, являлась Сеттон из чата.

Знает ли ещё кто-нибудь, что Сеттон – это Селти?

Этот вопрос вновь и вновь возникал в её голове, и она никак не могла найти на него ответ.

Анри была счастлива просто видеть, как другие болтают в чате.

Но сегодня она переживала гораздо сильнее, чем обычно, потому что Селти – единственной из собеседников, с кем она была знакома в реальной жизни, – не было в сети.

Анри всегда заходила в чат из интернет-кафе, пока Селти не научила её пользоваться для этих целей мобильным. Сейчас она весьма неуклюже набирала текст на телефоне.

У девушки было совсем мало друзей, поэтому чат был одним из немногих мест, где она могла контактировать с другими людьми.

У неё были некоторые сомнения относительно такого способа общения, потому что это полностью отличалось от разговоров с одноклассниками в школе. Даже осознавая данный факт, она продолжала все глубже погружаться в виртуальный мир.

Вновь убедившись, что она легко поддается людскому влиянию, Анри со вздохом выключила мобильный и подключила его к зарядному устройству.

Снова пришло время идти спать.

Думая об этом, она уже приготовилась выключить свет, как вдруг…

Кто-то позвонил в дверь, и по всей квартире пронёсся характерный звон.

Странный холодок пробежал по спине Анри.

Было 11 вечера.

Наверняка, многие не увидели бы в этом ничего необычного.

Но Анри просто не могла понять, кто из её друзей мог прийти к ней в столь поздний час.

Конечно, она не могла притвориться, что не слышала звонка; несмотря на сомнения, камнем лежащие на сердце, она повернулась к двери.

Она попыталась разглядеть в глазок фигуру звонившего, но никого не увидела.

– …?

И тогда Анри сделала кое-что из разряда “не стоило этого делать”.

Почувствовав себя уверенно под защитой дверной цепочки, она медленно повернула ключ.

Она как раз собиралась выглянуть, чтобы узнать, что происходит снаружи -

В то же самое мгновение огромные садовые ножницы протиснулись в образовавшуюся щель и пополам разрубили цепочку.

Когда она услышала громкий лязгающий звук, было уже слишком поздно.

Дверь распахнулась и Анри увидела, что за ней стояла женщина.

«Что?»

Она на секунду замерла, не понимая, что только что произошло.

Единственным, что она могла разглядеть сквозь очки, была фигура женщины.

Изгибы её тела были скорее выставлены напоказ, чем скрыты тонким слоем одежды, поэтому Анри сразу поняла, что перед ней стоит особа женского пола.

Но она не могла разглядеть лица женщины.

Помимо маски с дырками для глаз, на ней были надеты горнолыжные очки, из-за которых становилось совершенно невозможным рассмотреть её лицо.

– Эм…

Анри готова была закричать – но садовые ножницы уже были направлены на её горло.

– Тихо. Не убью тебя. Сохраняй спокойствие, – послышалось из-под маски.

Незваная гостья говорила на чистом японском без какого-либо акцента, но её слова всё равно звучали довольно странно.

– Ты, лишена способности двигаться, несколько дней. Не исключено, что несколько месяцев, – совершенно спокойно сказала женщина.

– Но тебе нет надобности умирать.

– Эх…

– Избежим смертельно опасных мест. И вызовем тебе скорую.

– Про-простите меня…

– Ты, счастливица.

После этого женщина с невероятной скоростью отдернула назад руку с ножницами –

И вогнала их прямо Анри в живот.


♂♀


Несколько секунд назад, на водительском сидении грузовика

«Ну правда, и зачем ему понадобилось просить нас причинить боль такой маленькой девочке? Он мог бы просто дать денег какому-нибудь хулигану на улице, и тот сделал бы это. Почему именно мы?»

Слон сидел на водительском сидении в грузовике и обреченно смотрел на фотографию их цели.

«Но с другой стороны, обычный хулиган мог бы ненароком перестараться и прикончить её. Или она могла бы пострадать в некоторых важных местах, если бы хулиганом был парень… так что, возможно, решение приказать Вороне сделать это было правильным».

Слон лениво прокручивал эти мысли у себя в голове, пытаясь убить время. Двигатель грузовика он оставил включенным.

И в этот момент его слух уловил странный звук, приглушённый шумом мотора.

– …? Кажется, я что-то слышал.

Поначалу, он не обратил особого внимания на этот звук, который, как казалось, шёл откуда-то издалека.

Но он не давал ему покоя.

Потому что этот звук был такого рода, какой нечасто услышишь в Токио.

«Это было…»

И в этот момент звук повторился.

«Я правильно расслышал».

Как только он убедился, что его слух его не обманывает, в голове Слона возник гораздо более серьёзный вопрос.

«Почему я слышу конское ржание в этом городе?»

Действительно, то, что он слышал, было странным, внушающим трепет и благоговейный ужас, конским ржанием.

«Рядом находится ипподром или конюшни?»

Слон нашёл для себя именно такое объяснение этому, но то, что он услышал этот звук в центре мегаполиса, всё же, не давало ему покоя.

Находись он в Нью-Йорке или вообще где-нибудь в Штатах, ржание можно было бы приписать полицейской лошади. Но здесь, в Икебукуро, Токио, это было просто невозможно.

Что было ещё интереснее, так это тот факт, что услышанное им ржание было самым странным, самым эмоциональным из тех, что ему когда-либо приходилось слышать.

«Что за…?»

«Неужели это действительно была лошадь?»

Его сомнения медленно переросли в беспокойство, и он кое-что заметил.

Источник звука, похоже, приближался к нему.

«…?»

Капли холодного пота медленно потекли вниз по его спине.

В голове зазвучал вой сирены.

В любой другой день он наверняка просто сказал бы себе: «Плевать я хотел на все это» и с лёгкостью бы развеял тревожащие его мысли.

Но его инстинкты, обостренные в результате опасного опыта работы под руководством торговца оружием Лингерина, заставляли его быть настороже.

«Что же…? Что-то идет за мной?»

Слон судорожно вздохнул и нервно посмотрел в зеркало заднего вида.

И он увидел это –

Чёрный мотоцикл, настолько чёрный, что его легко можно было не заметить в темноте.

И сотканный из тьмы этого вечера силуэт, потустороннее существо, верхом на нём, с огромной чёрной косой в руках.


♂♀


В то же время, на пороге квартиры Анри

Ржание лошади слышалось всё ближе и ближе к тому месту, где они находились.

Ворона тоже посчитала этот звук довольно странным, но её внимание тут же переключилось на кое-что другое.

Металлический лязг.

Она должна была всего лишь проткнуть живот девушки садовыми ножницами, настолько глубоко, чтобы появилась необходимость отправить её в больницу.

Однако то, что почувствовала Ворона, проткнув её, была вовсе не мягкая плоть -

А нечто твердое, будто ножницы резанули по металлу. Звук был такой, словно она попыталась разрезать стальную трубу.

– …Что?

Невольно сорвалось у неё с языка на русском.

Она уставилась туда, откуда, по её мнению, и послышался звук — и увидела, что лезвия её ножниц были остановлены в сантиметре от живота девочки каким-то клинком.

«Японский меч?» на русском

Это был длинный и гибкий клинок.

Слегка изогнутая форма напоминала струю воды, именно такую, какой она была в природе.

«Что… это?»

У девочки была спрятана катана, которую она и использовала, чтобы остановить первую атаку.

Это был, пусть и странный, но единственный вывод, к которому Ворона могла прийти.

Однако ей было суждено стать свидетельницей ещё большей странности.

– Ээ…извините меня, но…

Катана девочки по имени Анри, её цели, выходила у неё прямо из руки; противница Вороны будучи, казалось, в замешательстве, задала вопрос:

– Я не думаю, что мы знакомы… быть может, вы искали кого-то другого…?


♂♀

Сонохара Анри была обычным человеком.

По-крайней мере, до того случая пять лет назад.

После того, как судьба свела её с таким ‘потусторонним’ существом как Селти Стурлусон, она сама стала, можно сказать, такой же по сути – ‘сверхъестественной’.

А конкретнее – своеобразными ножнами для демонического клинка, которым отец Шинры, Кишитани Шинген, отрезал душу Безголовой Всадницы и украл её голову.

“Демонический клинок” – только такими словами его можно было описать.

После того, как надобность в мече, в “Сайке”, отпала, Шинген продал его в антикварный магазин, хозяином которого являлся отец Анри. Через некоторое время ввиду некоторых обстоятельств Анри потеряла своих родителей, а демонический клинок оказался в её теле.

Демонический клинок не был причиной смерти её родителей.

Как раз наоборот, если бы не меч, она и её мать уже давно бы умерли из-за жестокого обращения со стороны отца.

Мысль о том, что её мать умерла бы так или иначе радости не приносила, но Анри смирилась с тем фактом, что лишь она осталась в живых, равно как и смирилась с существованием внутри неё Сайки.

Вот какие мысли раньше были у Анри:

Будь её сознание полностью порабощено демоническим клинком, как в старых сказках о рубаке, возможно, ей было бы легче жить.

Или, умей клинок разговаривать с ней, как в манге, она бы даже почувствовала себя удачливой.

Но Сайка, увы, была не более чем проклятием, нашедшим своё пристанище глубоко в сердце девушки.

И у Сайки было лишь одно желание.

Любить людей.

Полюбить всё человечество.

Вот и всё.

Но для Сайки “любить” означало стать единым целым с любимым, то есть – со всем человечеством.

Клинок хотел ‘одарить’ каждого человека в мире своим проклятием, наполнить тела и души людей своим любящим шёпотом. Таким образом, он хотел наводнить весь мир своими ‘дочерьми’, рожденными в союзе клинка с человеческим сознанием.

Таково было желание Сайки.

Но оно до определенной степени подавлялось сознанием Анри.

Эта девушка, всегда воспринимавшая реальность сквозь ‘рамки’, считала этот непрекращающийся шёпот не более чем очередной картинкой, очень далёкой от неё, скрытой за картинной рамой.

Отец никогда не любил её, а тогда, в тот момент, когда она почувствовала, что любима матерью, та вонзила Сайку себе в живот.

Тем, что она испытывала к Сайке, которая без устали любила людей, было чувство беспокойства, капля дружбы и всепоглощающая зависть.

«Этот ребенок… Сайка… она может любить каждого человека в мире так сильно, словно от этого зависит её жизнь…»

«Какая удача».

Сильное чувство вины захлестнуло Анри, когда она поймала себя на таких мыслях; но это чувство вины не было направлено ни на одного конкретного человека.

И Сайка со своей стороны не делала ничего, чтобы спасти Анри от самой себя.

Сайка не могла ранить Анри, которая являлась её сосудом, так что ей пришлось исключить девушку из людей, которых она ‘любила’.

Анри восхищалась Сайкой. Сайка использовала её, и в то же время ею же и подавлялась.

Это был не симбиоз; скорее, взаимный паразитизм.

Если ей от Сайки и перешло что-нибудь…

Так это было огромное количество ‘опыта’, хранящегося в сознании демонического клинка.


♂♀

В ту же секунду, как женщина собиралась пронзить Анри садовыми ножницами –

Её тело само увернулось от атаки.

Весь бойцовский опыт Сайки, составлявший её сознание, начал брать верх над телом Анри.

Девушка, сама того не осознавая, использовала этот опыт и двигалась с помощью своего хрупкого тела, не допуская ни единого лишнего движения.

– Я не думаю, что мы знакомы… быть может, вы искали кого-то другого…?

Произнеся это, Анри мысленно поместила эту ситуацию в ‘рамку’.

Всё, что она видела перед собой, – картина с некоторыми объектами, удалёнными от неё.

Хотя для любого человека, но только не для Анри, показалась бы несколько нереальной ситуация, когда на него нападает женщина в маске с садовыми ножницами в руках.

Анри отчаянно надеялась, что эта женщина действительно спутала её с кем-то, мысленно подыскивая самый мирный путь разрешения конфликта. В то же время она поменяла положение клинка, так что теперь он не разрывал пижаму, а выходил прямо из ладони.

Словно акулий плавник, рассекающий водную гладь, острие меча плавно скользнуло наружу сквозь бледную кожу на руке Анри до тех пор, пока катана, Сайка, не показалась полностью. Анри крепко сжала рукоять клинка.

– Эм… на тот случай, если вы грабитель… У меня дома нет денег… так что идите с миром.

Ворона прикусила губу и внимательно посмотрела на тело противницы.

И тогда она заметила: глаза её цели начали светиться красным.

Как будто глазные яблоки этой девушки стали источниками красного света.

Ремейк “Деревни Проклятых” Джона Карпентера вышел в Японии под названием “Горящие глаза” – она читала об этом недавно в какой-то книге, и вспомнила сейчас. Однако эта информация совсем не помогла ей в понимании ситуации.

«Что происходит?»

Бесконечные вопросы появлялись в голове Вороны.

«Кто эта девочка?»

Но, несмотря на все эти размышления, тело Вороны тоже стало двигаться само по себе.

Она изящным движением вошла в зону поражения катаны, и уже собиралась нанести сокрушительный удар локтем по подбородку своей противницы.

Но…

Шшшшшш

Она была загнана в ловушку потоком ледяного воздуха, казалось, исходившего из её собственного тела.

«Я умру».

Такая мысль промелькнула в её сознании.

Она передумала атаковать и вместо этого отпрыгнула так далеко, как только смогла.

DRRR v05 11

Лезвие клинка пронеслось в опасной близости от кончика её носа.

Судя по направлению и скорости, удар, достигни он цели, не был бы фатальным.

Скорее всего, он был предназначен для того, чтобы ранить, но не убить.

«Что же произойдет, если меня… заденет?»

Ворона уже видела, каким необычным способом девочка доставала катану.

Учитывая, что клинок явно таил в себе какую-то странную и потустороннюю тайну, было бы вполне закономерно предположить, что даже его прикосновение опасно.

«Что же она за существо, эта девочка?»

«Человек ли…?»

Она явно отличалась от всего того, что Ворона когда-либо читала в книгах или видела сама.

Глядя на стоящую перед ней девочку, женщина чувствовала непередаваемые ощущения.

«…Почему-то я чувствую тепло».

«Мне знакомо это чувство».

«Так я себя чувствовала… когда…»

То же самое она испытала, когда впервые убила человека – за секунду до того, как забрать его жизнь. Ворона вновь сделала шаг назад, как только осознала это.

«Сейчас я не в состоянии мыслить трезво».

Ворона попыталась спокойно проанализировать ситуацию и успокоиться заодно, как вдруг -

Она услышала оглушающий гудок грузовика.

«!?»

Резко повернувшись, она увидела их машину, припаркованную рядом с домом. Грузовик мигал фарами, сигналя, по их со Слоном договоренности.

«Опасность».

Ворона тут же остудила пыл и сказала своей цели:

– Ты, невероятно. Очень интересно.

– …

– Я появлюсь снова. Буду очень ждать этого момента.

Ворона побежала по направлению к грузовику, одновременно наблюдая за девочкой в том случае, если та решит атаковать со спины.

Однако, похоже, её противница и не собиралась этого делать. Но прежде чем Ворона успокоилась окончательно, очередной тревожный сигнал достиг её слуха.

Лошадиное ржание.

Чувство суеверного всепоглощающего страха захлестнуло женщину, когда она поняла, что источник ржания находится совсем рядом с грузовиком.

Однако Ворона не обратила на это внимания. Она прошла мимо водительского сидения и подала Слону знак, чтобы тот заводил машину.

Как только грузовик сорвался с места, послышался звук трения шин об асфальт, и махина понеслась вперёд словно огромный бык.

Ворона запрыгнула в грузовик сзади и обернулась, чтобы посмотреть, что происходит у неё за спиной.

То, что предстало её взору, можно было скорее охарактеризовать как “паранормальный”, нежели чем “из ряда вон выходящий”.

Чёрный мотоцикл без фар медленно приближался к ним.

Он не нёсся на предельной скорости.

Казалось, он подъехал ближе, чтобы просто удостовериться в чем-то, прежде чем атаковать.

Вне всяких сомнений, это был тот самый гонщик, которому Ворона не так давно отрубила голову.

В этом она убедилась моментально.

Потому что у всадника была одна необычная черта, которая привлекала внимания больше, чем его мотоцикл, да больше, чем любая другая его особенность.

У гонщика выше шеи не было ничего.

«…?»

Перед тем, как ощутить страх, Ворона засомневалась.

Это было уже второе ‘паранормальное’ явление, свидетельницей которого ей посчастливилось стать, за сегодня. Женщина даже подумала, не могла ли она ненароком съесть что-нибудь галлюциногенное.

Также она не исключала возможность том, что спит, и всё это сон, но больно уж реалистичный.

«В любом случае, ситуация опасная».

Возможно, это всё был и сон. Может, беспокоиться было не надо…

Но происходящее заставило её отбросить подобные успокаивающие мысли.

Стоя в углу в кузове грузовика, Ворона открыла заднюю дверь ловкими пальцами.

«?»

Сделав это, она обратила внимание на нечто весьма странное.

Ворона не замечала раньше, что всё это время нечто, похожее на нить, тянулось из-за приоткрытой двери грузовика.

Нить была прикреплена к её собственному мотоциклу.

И тогда, когда она сквозь открытую дверь увидела преследователя…

Лошадь заржала ещё более неистово, чем раньше, и мотоцикл ускорился.

«!»

«Это ржание, оно от мотоцикла…!»

Осознав это, Ворона, наконец, увидела в Чёрном Мотоцикле ещё одну необычную деталь.

Он не могла заметить этот звук раньше, ведь он был заглушён рёвом мотора её собственного мотоцикла.

От него не исходил рёв мотора – лишь лошадиное ржание.

«Опасность!»

Квартира Сонохары Анри находилась, возможно, на самой пустынной дороге в Икебукуро; люди или автомобили редко попадались им на пути.

Но эта дорога заканчивалась как раз на светофоре, что был прямо перед ними.

Они были на пути к деловому району Токио, на пути к забитым миллионами машин транспортным артериям.

Даже если они и смогли бы заставить автомобилистов расчистить им путь, напугав размерами грузовика, мотоцикл нагнал бы их уже метров через сто.

«Опасность! Опасность! Опасность! Опасность! Опасность!»

Ворона мыслила довольно смело, и её реакция была мгновенной.

Перекатившись по полу грузовика, она сорвала чехол с ‘чего-то’, что находилось рядом с входом.

Чёрный Мотоцикл ускорился ещё больше и снова сократил отрыв.

Но в тот момент, когда гонщик увидел то, что было скрыто чехлом, он мгновенно сбавил скорость.

А именно, он увидел чёрный объект с резкими очертаниями и металлическим блеском.

Русская крупнокалиберная снайперская винтовка.

Такие винтовки использовались против танков и вертолетов. Радиус их действия зависел от используемых патронов, но считалось, что такого рода винтовки легко могут пробить броню танка на расстоянии одного-двух километров.

Это было оружие на самый крайний случай, как например, если за ними будет организована погоня на патрульных машинах или вертолетах. Ворона никогда не думала, что ей придется воспользоваться им при подобных обстоятельствах.

Присев на правое колено, Ворона вскинула винтовку и уперлась правым плечом в приклад.

Оружие весило больше десяти килограммов, однако у Вороны было достаточно сноровки и опыта, чтобы занять правильную позицию и навести прицел.

На самом деле, стрелять в противника из винтовки пятидесятого калибра было строго запрещено международным соглашением. Девушка узнала об этом из одной недавно прочитанной книги. Лингерин также сказал ей: «Не стреляй из этого в людей. Иначе они просто взорвутся, точно шары, наполненные красной водой, и будет очень сложно убрать всё это дело после».

Но для Вороны Всадник без Головы с самого начала не попадал под категорию “людей”.

Но даже, несмотря на это, она все равно не стала целиться в его тело. Сложно было сказать, почему именно: из-за сомнений или просто потому, что в мотоцикл было стрелять легче…

Ворона прицелилась в Чёрный Мотоцикл, словно в бронированную машину, и решительно нажала на курок.

Гром.

Улицы Икебукуро содрогнулись, как будто только что было взорвано пушечное ядро. Прохожие закрывали уши руками, спасаясь от оглушающего грохота, не имея ни малейшего понятия, откуда этот звук мог исходить.

Несколько мгновений спустя, в окнах близлежащих домов начали зажигаться огни. Жители открывали окна, пытаясь рассмотреть, что же происходит.

Ворона же, напротив, не могла увидеть из грузовика того, что происходит снаружи.

Густой дым из винтовки полностью закрыл ей обзор.

За несколько секунд грузовик проехал вперёд, и ветер рассеял плотные клубы дыма, позволяя ей вновь видеть дорогу.

Собственно, Чёрного Мотоцикла нигде не было видно.

Даже его останков.

Винтовка была специально сконструирована таким образом, чтобы её отдача была не такой сильной, как могло бы показаться на первый взгляд, исходя из параметров и технических характеристик. Но, даже учитывая всё это, не было необходимости стрелять второй раз. Ворона опустила винтовку и настороженно огляделась.

И сразу же заметила, что чёрная нить была все ещё привязана к задней части её мотоцикла, припаркованного в кузове грузовика. Без колебаний она взяла свои садовые ножницы и попыталась разрезать её.

Но эта чёрная нить была куда более прочной, чем она рассчитывала. Она пыталась снова и снова, но так и не смогла разрубить её.

– Слон. Что случилось с Чёрным Мотоциклом?

– Без понятия. Он просто исчез, это всё, что я могу тебе сказать. По крайней мере, я больше не вижу его в зеркале заднего вида. Кстати говоря, ты использовала ту самую штуку, Ворона?

– Подтверждаю. Это была критическая ситуация.

Вскоре грузовик остановился.

Они добрались до перекрестка, который вёл на главную улицу.

Ворона немедленно захлопнула заднюю дверь. Как только светофор зажегся зелёным, грузовик свернул, направляясь на главную улицу.

Она глубоко задумалась на мгновение, и с каменным лицом потянула за чёрную нить. Оказалось, что задняя часть её мотоцикла целиком обвита паутиной, сплетённой из одной единственной чёрной нити; девушка обратилась к Слону по рации.

– Рядом должен быть заброшенный завод. Поехали туда.

– ? Что это ты собираешься делать?

– За моим мотоциклом хвост. Я избавлюсь от него.

Ещё пару секунд она подумала над чем-то, и затем, с таким же лишённым эмоций лицом, как у её отца, пробормотала:

– Или используем его как приманку и устроим засаду.


♂♀


Перед квартирой Анри

– Селти-сан…!

Сама того не осознавая, Анри выбежала из квартиры, как только услышала неожиданный шум от взрыва.

Нападение застало её врасплох, но что её поразило больше всего – вид одного знакомого ‘потустороннего’ создания, которое ринулось вслед за прыгнувшим в грузовик нападавшим.

Не говоря уж и о том, что всего через несколько секунд раздался шум, похожий на удар пушечного ядра.

Что-нибудь могло случиться с Селти. Одна этой мысли было достаточно, чтобы Анри позабыла о собственных бедах и выбежала вслед за ней на дорогу…

[Это опасно.]

Перед ней вдруг появился экран КПК с этими словами.

Сразу после этого рука, появившаяся из-за спины, втянула девушку обратно в её собственную квартиру.

Анри резко повернулась, и обнаружила позади себя Всадника без Головы.

– Селти-сан! … Что?

Селти же только что погналась за грузовиком, так почему же она сейчас стояла перед ней?

Увидев замешательство Анри, Селти пожала плечами и начала печатать.

[Ну… Я тоже не знаю… она собиралась выстрелить в меня… поэтому, я сделала из своих теней толстую стену, но в итоге меня всё равно отбросило назад взрывной волной… эм… не знаю, правильно ли было говорить ‘отбросило взрывной волной’… хммм… всё равно это было опасно… наверное. Шутер… его, наверное, разорвало на куски.]

В своём сообщении Селти использовала множество многоточий, должно быть, она и сама не знала, как всё объяснить.

Анри, внимательней осмотревшись вокруг, увидела, что Чёрный Мотоцикл стоял припаркованный прямо позади Селти. Также, её собеседница держала в руках покорёженный кусок металла, который, должно быть, был той самой пущенной в Селти пулей.

[Я хотела преследовать их и дальше, но так как они даже в деловом центре города не побоялись использовать своё оружие, я подумала, что могу втянуть в неприятности случайных прохожих, если буду раздражать этих людей и дальше.]

– Выстрел… но как…

[Анри-чан, почему они напали на тебя?]

– Эм… я без понятия…

Анри стала выглядеть ещё более обеспокоенной.

– Я не знаю, собираются ли они вернуться обратно или нет.

Селти, стараясь убедить Анри, что с ней всё будет в порядке, ударила себя в грудь с характерным звуком.

[Ничего страшного, просто переночуй сегодня у нас. Наша квартира довольно надёжная.]

– Н-но…

Селти, видя сомнение на лице Анри, взмахнула рукой перед своим лицом, ну или перед тем местом, где оно должно было быть; тени, струящиеся из её шеи, приняли довольно странный вид.

Это, судя по всему, должно было успокоить девушку, но на самом деле всё выглядело ужасно нелепо.

[Всё в порядке! Ты же раньше жила у нас какое-то время, да? У нас всё равно слишком большая квартира! И лучше будет вместе поговорить о том, что мы будем делать с этими людьми!]

Когда Селти напечатала эти слова, Анри уже не могла ей отказать. Она приняла предложение безголовой женщины едва слышным «Спасибо… тебе…».

А Селти же ударила себя по плечу, как будто вспомнив о чём-то, и спросила:

[Кстати говоря, у тебя дома есть маска или шлем?]

– Что?

[Мой слетел с головы и упал на дорогу… я хотела его поднять, но к тому моменту он уже был раздавлен мусоровозом… а запасной дома.]

Селти, похоже, была очень сильно обеспокоена. Анри немного подумала.

– Эм… а почему бы тебе не сделать себе чёрный шлем из тени, такой, как ты делала мне раньше…?

На какое-то время между этими двумя повисла тишина.

Она длилась где-то около десяти секунд; потом Селти как-то смущённо посмотрела по сторонам, сделала себе шлем из тени и показала Анри экран своего КПК:

[А я и не подумала…]


♂♀

Вот так и закончился первый день Золотой недели.

Разные создания получили порцию своей собственной ‘неповседневной’ жизни, даже не зная, что с другими происходит то же самое.

Ночь медленно сменялась утром.

Солнце светило над землёй точно так же, как если бы люди управляли своими повседневными жизнями сами…

И просто наблюдало издалека за странными изменениями в жизни Икебукуро.


♂♀


Утро 4 мая, квартира Микадо

«Получается, я не так уж и много спал…»

Микадо, сидящий перед компьютером, отклонился назад и накрыл уставшее лицо ладонями.

Он собирал каждое слово, каждую частичку информации, каким-либо образом относившейся к «Проблеме байкеров Сайтамы», о которой узнал из вчерашнего разговора в чате.

Его никто не заставлял; хотя, для начала, это и не было его обязанностью как таковой, однако Микадо почему-то чувствовал, что он ‘должен’.

Для него, одного из создателей Долларов, эта банда уже была частью его самого.

Не то, чтобы эта часть была необходима для жизни, или чего-нибудь.

Но, подобно мобильному телефону и интернету, однажды привнесённая в его жизнь, она не могла так просто быть из неё исключена. Вот чем для Микадо являлись Доллары.

Хотя новые члены появлялись в банде не с такой частотой, как раньше, её численность по-прежнему росла. На самом деле, сам Микадо уже давно потерял счёт людям, вступавшим в Доллары.

Поэтому он всегда боялся, что его подопечные могут выйти из-под контроля.

Однажды он уже закрывал сайт Долларов.

Когда сайт был впервые открыт, на нём было полушутливое правило, гласящее: «Каждый новый член Долларов должен признаться в самом ужасном совершённом им поступке». Тогда же специально для этого была сделана и новая страничка для регистрации.

Этой страницы больше не существовало. Её удалили по двум причинам.

Во-первых, некоторые члены банды, воспользовавшись возможностью оставлять комментарии, превратили страницу в некое подобие чата; некоторые даже начали оставлять на ней спам в виде ссылок на скачивание запрещённого контента или кодов для игр. Страница утратила своё первоначальное назначение.

Во-вторых, ‘признание’, изначально придуманное для весёлого времяпрепровождения, превращалось в опасную игру.

Самые первые признания – что-то вроде «Я ел руками» или «Я нарисовал брови на морде своего пса» – совсем скоро, когда страничка стала более посещаемой, переросли в рассказы о воровстве и насилии.

Некоторые люди даже насмехались над остальными, говоря, что у тех силёнок не хватит сделать что-нибудь ‘более взрослое’, и хвастались своими худшими поступками. Микадо же, увидев сообщение «Чтобы стать частью Долларов, я первый раз в жизни совершил кражу», решил навсегда удалить эту страницу.

Доллары – банда, основанная для забавы.

А не для нарушения общественного порядка, содействия падению нравов или хвастовства о преступлениях, совершённых в реальной жизни.

Вот почему Микадо просто обязан был сделать всё возможное, чтобы Доллары не разбушевались.

Он и не представлял, получится у него или нет; но если он хотя бы не попробует провести расследование, то, получается, переложит свою ответственность лидера на других.

По крайней мере, он так и думал.

Пока несколько часов назад…

Ему не позвонил Орихара Изая.


♂♀

– Алло, Рюгамине слушает.

– …Хей! Сколько лет, сколько зим, Рюгамине-кун. Или мне обращаться к тебе Танака Таро-кун?

– Канра-сан. Давно вы мне не звонили.

– Я только что проверил историю сообщений чата. Я тоже слышал о том, что произошло в Сайтаме… Похоже, Доллары сейчас находятся в незавидном положении.

– …Да. Я сам занимаюсь этим происшествием.

– Хорошо. И что же тебе удалось узнать?

– Думаю… Это могли сделать новые члены Долларов.

– Да, именно об этом я и думал. И что же ты собираешься с этим делать?

– Хочу попробовать их остановить, но…

– Почему?

– Эээ…

– У Долларов нет правила, гласящего «Ты не должен устраивать драки за пределами Токио», не так ли? Следовательно, нет нужды вмешиваться.

– Но…

– Или же ты испугался войн между цветными бандами, после того как увидел, что случилось с Жёлтыми Платками? Я слышал, что именно это и разлучило тебя с твоим лучшим другом.

– Это не так. Масаоми по-прежнему мой друг.

– Будем надеяться, что он то же самое думает и о тебе.

– …Почему я в ваших словах чувствую сарказм?

– Ха, можешь не сомневаться, его в них нет. Я просто немного завидую своим кохаям, которые наслаждаются лучшими временами своей молодости. У меня в те времена не было таких же друзей, понимаешь? У меня были только ненормальный старый знакомый и раздражающий жестокий тупица.

– …

– Ну и ладно. Давай вернёмся к теме разговора.

– Да.

– Хочешь ты этого или нет как создатель, Доллары сейчас не просто существуют, они – в какой-то мере сила, с которой необходимо считаться. Вполне естественно, что людей будет забавлять мысль сделать Долларов ещё более известными, расширяя их территорию, и тем самым, давая знать и о себе самих, не так ли?

– …Это я понимаю.

– Всё будет в порядке. Фактически, у Долларов нет чёткой структуры. Даже если замешанным в проблеме Сайтамы людям придётся отвечать за свои поступки, ты будешь в безопасности, если никому ничего не расскажешь. Вот что такое Доллары, да? Если хочешь кому-то помочь, ты идёшь и помогаешь, а если нет – ничего страшного, если тебе будет лень[22] это делать. Свобода. Да, это и называется свободой.

– …Вы позвонили только чтобы сказать мне это?

– Ха, ну-ну. Это не так. Кстати говоря, о Сайтаме, это напомнило мне кое о чём. Слышал, что в прошлом месяце за тобой гонялись несколько банд босозоку? Страшно было, правда?

– А, да. Мы, однако, благополучно избежали неприятностей, спасибо Селти-сан, Кадоте-сану и остальным…

– Я слышал, что именно на одну из этих банд босозоку и напали Доллары.

– Что…?

– Главарь этой банды… Думаю, будет достаточно сказать, что он увивается за каждой встречной юбкой… Но он также решает проблемы с помощью насилия, какими бы эти проблемы ни были. Он наступит человеку на лицо, даже если уже повалил его на землю.

– Неужели, он настолько опасен…?

– ДА. Вот почему водить девушек гулять по вечерам – не лучшая идея, понимаешь, о чём я? Мне нравится эта твоя подружка, Анри-чан. Постарайся сделать так, чтобы она была в безопасности.

– …Не думаю, что Сонохара-сан каким-либо образом с этим связана.

– Я не был бы так уверен. Если бы они знали, что ты – член Долларов, и тебе очень нравится одна девушка, что ты думаешь, они могли бы сделать…? Нет никаких гарантий, что эти люди не тронут обычных людей, которые с этим ‘не связаны’. Они пришли сюда мстить, знаешь ли.

– …

– Ты же сам использовал Долларов во многих ситуациях, правильно? Как тогда, когда у тебя были проблемы с Фармацевтической Компанией Ягири. Даже если ты сейчас скажешь им «Прекратить делать плохие вещи», они пропустят твои слова мимо ушей.

– …И что вы хотите, чтобы я сделал?

– А не должен ли ты сперва подумать сам, прежде чем спрашивать меня?

– Всё, что я хочу, – «Что-нибудь с этим сделать». Я уже это говорил.

– Хахаха, похоже, я говорю недостаточно убедительно. Короче говоря, если не хочешь впутывать в это дело Анри-чан или впутываться сам – забудь о Долларах. Забудь всё, что с ними связано, если получится. Или, по крайней мере, забудь до тех пор, когда всё более-менее успокоится.

– Но…

– Я постараюсь объяснить. Допустим, ты действительно хочешь своими руками уберечь Долларов от всякого рода конфликтов… или сделать так, чтобы они не разбушевались и не нападали на других… и давай также предположим, что у тебя получилось. При таком раскладе эту банду больше нельзя будет назвать “Долларами”. Если у тебя есть возможность контролировать действия своих подчинённых, то организацию придётся называть по-другому… думаю, я довольно понятно изложил суть дела.

– Это я понимаю.

– Я думаю, “Доллары” ‘выше’ других цветных банд. Наверное, я немного преувеличу, но они похожи на страну или нацию… но состоит банда из людей с разными целями и намерениями. Некоторые из них хороши, некоторые плохи. И ты никогда не сможешь узнать, что думают о твоей группе посторонние люди. Ты не узнаешь этого, будут люди видеть хороших, или же плохих Долларов. Потому что решать не тебе.

– …

– Прости, я слишком много говорю. Я такой надоедливый, не так ли?

– А, нет. Эм… спасибо за то, что говорите мне всё это.

– …

– Что случилось?

– Микадо-кун…

– Да?

– Разве ты не взволнован, хоть немного?

– …Прошу прощения?

– Ничего, я просто пытался представить себе твоё лицо.

– Что за бред вы несёте…?

– Но разве это не твоя любимая не-повседневная жизнь?

– Я никогда не говорил, что мне нравятся не относящиеся к ‘повседневному’ вещи.

– Правда?

– Конечно…

– Когда ты закрыл сайт Долларов, то в объяснении написал, что это всё из-за спама и признаний о ‘плохих поступках’, зашедших слишком далеко… Ничего не могу сказать о первом, но вот второе заставило меня задуматься. Это тебе не понравилось, потому что люди были чересчур беспечны?

– Это и так понятно.

– Если ты действительно так думал, то уже тогда ты потерял к ним интерес, расформировал и стёр все следы их существования. Или делай так, или покидай организацию и возвращайся к привычной жизни. Всё, что тебе нужно делать – не обращать внимания на сообщения в сети. Так наказание тебя не постигнет.

– Я же один из основателей… как я могу вести себя настолько безответственно?

– Это нормально. Никто из Долларов и не ждёт, что ты возьмёшь на себя ответственность за что-либо. Если ты по-прежнему хочешь быть за всё это ответственным – ты не по годам зрелый парень… Это я хотел сказать, но не думаю, что ты относишься к такому типу людей.

– Почему вы вдруг заговорили об этом?

– В любом случае, думаю, мне не следует говорить тебе этого. Лучше не знать, что о тебе думают другие, не так ли?

– А не слишком ли жестоко останавливаться на полуслове? …Пожалуйста, говорите дальше, клянусь, мне всё равно.

– Правда? Хорошо. Это не более чем мои догадки, если я не прав, можешь смело ими пренебречь. Как ты понял, информаторы любят нести бред.

– Хорошо!

– …Так ты не боишься, что Доллары выйдут из-под контроля. Я прав?

– Э…

– Ты боишься, что можешь стать всего лишь сторонним наблюдателем в то время, как Доллары продолжат меняться, не так ли?

– Это не так!

– …

– А…

– Быстро же ты мне возразил. Это ещё более подозрительно, чем раньше, знаешь ли, правда? В следующий раз ты будешь стараться вести себя более осторожно. Это будет означать только то, что у тебя всё-таки есть такие мысли.

– …

– Ты не очень хорош в бою. Для начала, ты ведь даже не правонарушитель. Наверное, ты никогда не пил и не курил. Ты не любишь, когда люди хвастаются о совершённом ими воровстве; ты обыкновенный хороший законопослушный человек. Не то, чтобы я не считал это достойным поводом, но ты создал Долларов, потому что устал от всего этого, не так ли? Вырваться из повседневной жизни – разве не об этом ты так мечтаешь?

– …

– Вот почему я о тебе беспокоюсь.

– Что…?

– Разве я тебе раньше не говорил? Если ты действительно хочешь забыть о повседневной жизни – развивайся. Но совсем не обязательно делать это в одиночку.

– Канра-са… Орихара-сан…

– Изая вполне подойдёт. Кида-кун тоже называет меня Изая-сан. Даже не считая Долларов, у тебя много товарищей. Никогда не забывай об этом. У тебя есть Анри-чан и Кида-кун… ну, и если я что-нибудь могу для тебя сделать, буду тоже рад тебе помочь. Вот почему я сказал, что на этот раз тебе не следует пытаться скрывать это от других и разбираться со всем в одиночку. Я просто хотел сказать тебе это.

– …Эм, Изая-сан.

– Да?

– Спасибо вам…большое.

– Я не сделал ничего такого, за что меня следует благодарить.

– Может быть, я пытался подбить тебя на что-то. Может быть, у меня были скрытые мотивы… Может быть.


♂♀

Микадо не мог побороть улыбку с долей самоиронии, вспоминая этот разговор.

«Изая-сан. Сначала я думал, что он просто странный человек, делающий все эти вещи, которые я понять не в состоянии…»

«Но он хороший, в конце концов».

Слова Изаи заставили Микадо почувствовать себя бодрее.

Если бы его сознание не было целиком и полностью занято мыслями о Долларах, он бы, наверное, вспомнил, что его лучший друг сказал ему в его первый день в Икебукуро.

– Никогда не имей ничего общего с Орихарой Изаей.

Это был, вероятно, самый важный совет, который его друг только мог дать.

Но сейчас этот совет просто не мог повлиять на Микадо.

Потому что он до сих пор не знал, что именно Изая сделал с Масаоми во время инцидента с Жёлтыми Платками.

После этого, парень собрался с духом и постарался прийти к какому-нибудь решению, но…

– …Я не могу ничего придумать…

Он действительно был благодарен Изае за его слова в конце беседы; но было бы справедливо отметить, что его поразили именно те фразы, которые Орихара сказал ему сначала.

Он больше не мог понять самого себя.

«Я… на самом деле…хочу, чтобы Доллары не выходили из-под контроля?»

Он все ещё не знал подробностей о происшествии в Сайтаме, а именно: что было совершено, и кто это сделал.

Но он был уверен в одном – какие-то люди совершили жестокое преступление от имени Долларов.

«Но как я мог так воодушевиться из-за этого…»

Он старался убедить себя, но не был уверен, что ему это удалось.

Он хотел убежать от повседневной жизни больше, чем кто-либо другой. Это был факт. Он хотел этого даже сейчас.

Даже встретившись с, возможно, самым далёким от понятия “повседневный” существом, с Селти, Микадо не был удовлетворён окончательно.

«…Я трус».

«Всё так, как и сказал Изая, я… никогда не пытался ввязаться в драку. Меня никогда не избивали толпой».

«Разве не стыдно мне говорить, что я не хочу, чтобы Доллары вышли из-под контроля, когда я и сам такой?»

Задумавшись над этим мучительным вопросом, терзавшим его сознание, Микадо в итоге так и не придумал ничего путного для разрешения проблемы.

Прежде чем он понял это, сквозь оконную раму уже начал литься солнечный свет, и короткая стрелка часов стала близка к цифре девять.

– …Не время спать.

Он, Анри и Аоба договорились встретиться в одиннадцать.

Ему не нужно было готовиться к встрече, но если бы он сейчас уснул – то опоздал бы наверняка.

К счастью, ему удалось немного поспать после школы.

Поэтому, проблем возникнуть не должно – так он и подумал, пока открывал холодильник, чтобы достать диетические напитки, как вдруг -

В дверь позвонили.

– ?

«Кто бы это мог быть?»

Продавцы газет?

Они приходили несколько раз, но Микадо лишь отделывался от них краткими фразами и практически всегда заставлял продавцов уйти, не открывая дверь. Он уходили сразу и без жалоб, вероятно, потому что изначально не ожидали, что им улыбнётся удача, если они войдут в старый, скрипучий дом.

Но Микадо вовсе не был бедным.

На самом деле, все расходы на проживание, за исключением платы за обучение, он покрывал самостоятельно.

Его родители изначально были против его переезда в Токио, но он настоял на своём, пообещав им, что найдёт работу с частичной занятостью и будет оплачивать всё, кроме обучения, сам. Всё же, родители изредка посылали ему немного денег, но он предпочитал откладывать их на чёрный день.

Микадо сказал им, что нашёл работу, но на самом деле он зарабатывал деньги в интернете, и такой род деятельности отнимал у парня большую часть свободного времени.

Он был не так уж и плох – ведь ему удавалось совмещать работу онлайн со школой и домашними заданиями. Однако сам Микадо не считал такой образ жизни чем-то выдающимся, ведь это было частью его повседневной жизни.

Точно таким же ‘повседневным’ парень посчитал и этот звонок. Без особых раздумий, он открыл дверь.

Казалось, что парень, не получивший накануне надлежащего отдыха, был ослеплен невероятно ярким потоком света. Микадо даже почувствовал, что у него от всего этого начали слезиться глаза.

Он заслонился от солнечного света ладонью и выглянул за дверь…

Тем, кто стоял за ней, был ни кто иной, как мальчик, с которым он виделся буквально вчера и должен был встретиться через пару часов.

– Доброе утро, семпай!

– А- … Аоба-кун.

Это был Куронума Аоба, его кохай, которого он сегодня должен был поводить по улицам Икебукуро.

– Что-то случилось? Я думал, мы встречаемся через два часа.

«Что?»

Что-то в этом было не так – и Микадо это почувствовал.

«Когда это я говорил Аобе-куну, где живу?»

– Да, просто мне очень нужно поговорить с семпаем кое о чём, прежде чем мы встретимся с Анри-сан…

– Ты мог бы просто позвонить. Да и как ты узнал, что я живу в этом доме…

– Речь идет о Долларах.

Аоба перебил Микадо, который в свою очередь пытался аккуратно получить ответ на интересующий его вопрос. Его кохай, говоря эти слова, по-прежнему сохранил на своём лице ободряющую улыбку.

По спине Микадо пробежал холодок.

Аоба, заметив, что его семпай немного напрягся, приблизился к нему и, озарив своего собеседника улыбкой ангела, сказал:

– Это не очень подходящее место для разговора. Не возражаешь, если мы пойдём кое-куда?

Помимо его слов Микадо заметил ещё одну странную деталь.

Чья-то рука с силой надавила на дверь.

Она не принадлежала Аобе, ведь он уже вошел в квартиру. Разумеется, это была и не его рука.

Таинственные пальцы, по другую сторону полуоткрытой двери давили на неё с такой силой, пытаясь открыть, как будто от этого зависела вся их жизнь.

Глядя на безмолвное лицо Микадо, Аоба продолжал улыбаться, и всё тем же ледяным тоном проговорил кое-что ещё:

– Если тебе для переодевания нужно всего несколько минут, ‘мы’ не против подождать.


♂♀


20 минут спустя, заброшенный завод в Икебукуро

Это был редко посещаемый квартал, резко отличающийся от центра города – Икебукуро, от коего он находился в небольшом удалении.

Несколько заводов стояли в ряд на краю дороги; один из них выглядел особенно запущенным.

Это был, скорее всего, завод по производству стали или что-то вроде того.

Серые стены здания тут и там были разъедены ржавчиной; создавалось впечатление, что оно было заброшено в течение многих лет. Переработанные материалы были разбросаны по заводскому цеху, покрытому ржавчиной, но оборудования для их обработки не было.

По каким-то странным и непонятным причинам здесь же был припаркован практически новый мотоцикл. Вместо того, чтобы выделяться на фоне унылой атмосферы завода, он, напротив, показывал всю прелесть цвета окружавших его стен.

Пустынное и беспорядочное, это место было отнюдь не лучшим для созерцания.

Но в то же время – молодые, оживлённые голоса доносились из прогнившей старой фабрики.

– Хммм, что это за мотоцикл? Вчера здесь его не было.

Аоба несколько озадаченно наклонил голову. Высокий парень, стоящий рядом с ним, ответил:

– Кто-то пытается спрятать здесь украденные мотоциклы, я думаю.

Он был почти также высок, как Шизуо.

Его отличал тёмный цвет кожи, выступающие мышцы и мощный торс с разнообразными этническими татуировками, покрывавшими все руки и шею.

Черты его лица были довольно жёсткими. Микадо никогда бы не подумал, что этот усатый человек ещё учится в школе, но Аоба представил его именно как “ученика средней школы”.

Последовав за высоким парнем, остальные ребята собрались вокруг Микадо и начали разговаривать с Аобой.

– Кстати, мне кажется, что это место просто кишит тараканами и сороконожками. Это так раздражает. Почему мы не можем использовать для встреч, например, пятизвёздочный отель?

– И кто же будет за него платить, наверное, ты, придурок?

– Это просто тараканы. Съешь их, и всё будет в порядке.

– Ты собираешься их есть, урод!?

– Хехехе.

– Если я их съем, сколько ты мне заплатишь за это? – 300 иен. – Это мало. – Я сделаю это! – Ты же не прикалываешься?

– Хорошо, договорились. Теперь осталось только раздобыть несколько тараканов и зажарить! – Эй, он же не собирается есть их сырыми?

– Фууу! – Только не смей блевать! – Но… я представил, как он ест тараканов, и…

– Эй, Аоба. Эти придурки так раздражают. Можно их побить? – Нет. – Хехехе!

Все они были примерно одного возраста с Микадо. Эти парни, такие разные, окружили его и Аобу, и Рюгамине приходилось следовать за ними дальше, вглубь заброшенного завода.

Среди этих друзей Аобы Микадо видел и таких, кому явно было уже за двадцать. Сейчас их здесь не было, но именно они отвезли Рюгамине и остальных ребят сюда на своих машинах.

«Почему я пошёл с ними?»

Теперь уже стало очевидно, что обстановка в этом здании какая-то ненормальная.

Он очень хорошо понимал, что изначально не должен был идти с этими людьми. Но ситуация не оставляла ему ни единого шанса для отказа или побега.

В то же время, заброшенный завод начал казаться Микадо до боли знакомым.

«Этот место… Я был здесь и раньше…»

«…!»

Ответ пришёл совсем скоро – стоило лишь немного задуматься.

«Да, точно, это то самое место… как и тогда, несколько месяцев назад…»

Но прежде чем парень смог вспомнить по этому поводу что-нибудь ещё, Аоба приземлился на груду железа, которая являлась, судя по всему, каким-то металлическим каркасом, и посмотрел прямо в глаза Микадо:

– Ты вчера спрашивал у людей на форуме Долларов о том, что им известно о происшествии в Сайтаме, не так ли, семпай?

Лицо Аобы было озарено той же лучезарной улыбкой, как и всегда. Но именно это вымораживало Микадо сильнее всего.

Наверное, Рюгамине не стоило делать такое замечание, но у его собеседника, как и у него самого, было детское лицо.

Этот мальчик сейчас выглядел словно ученик средней школы, окружённый бандой свирепых преступников; но он всё равно улыбался, будто такая ситуация казалась ему вполне обыденной. Как раз это и заставляло Микадо чувствовать себя жутковато.

– Ах, да… это правда. Мне было очень интересно…

– Я знаю подробности, как раз об этом и хотел с тобой поговорить.

– Правда?

Микадо сразу же забыл о той жуткой ситуации, в которой находится, на его лице даже выступил розоватый румянец.

Обычно, когда другой человек при таких обстоятельствах говорит вам: «Я знаю подробности», то вы, по меньшей мере, попадаете в небольшое замешательство и подумаете, что ваш собеседник что-то замышляет.

Но подобное чувство не захватило Микадо ни на долю секунды.

Для Рюгамине внешний облик и аура Куронумы Аобы не имели абсолютно ничего общего с выражением “скрытые мотивы”.

Вот почему, когда Аоба сам заявил об этом секундой позднее -

Микадо был не в силах понять, о чём таком он говорит.

– Это были мы.

– …Что?

– Это сделали мы.

Пока Аоба признавался в этом, улыбка по-прежнему не покидала его лица.

– Я и все здесь присутствующие… это мы напали на тех людей из Сайтамы от имени Долларов.

– …Что? Прошу прощения?

Микадо отчаянно старался сохранить на лице улыбку, которая так и норовила исчезнуть.

Он так надеялся, что Аоба пошутил.

Но тот продолжал настаивать на своём с детским, невинным выражением лица.

– Ты когда-нибудь слышал о банде Торамару? Её члены были среди тех ребят, которые преследовали машину Кадоты и Чёрный Мотоцикл в прошлом месяце.

– А, что? Ах, да.

– Мы сожгли несколько их байков и отправили около двадцати людей в больницу.

Тот свирепый парень с татуировками добавил:

– Ты, наверное, хочешь сказать, бросили кучу бутылок с зажигательной смесью на парковку, которую они использовали для собраний, Аоба.

Рюгамине, наконец, начал воспринимать поток вылившейся на него информации, как только этот странный парень произнёс эти слова.

– …Эх… ну…

Но его сознание, скорее всего, по-прежнему всё отрицало; Микадо просто смотрел на Аобу, пытаясь шевелить губами, но не в состоянии выдать ни звука.

Аоба, в свою очередь, продолжал рассказывать своему семпаю всё больше и больше интересных подробностей.

Медленно, глядя прямо Микадо в глаза, словно для того, чтобы насладиться его последующей реакцией, он сказал:

– Мы относимся к Долларам… но у нас есть и другое название.

– …Другое… название?

– Синие Квадраты – никогда не слышал о таких раньше?


Утро 4 мая, ЧАТ

Бакюра-сан в чате.

Бакюра: Доброе утро

Бакюра: ДА!

Бакюра: Хммм,

Бакюра: Понимаю. Как я и думал, никого нет в сети

Бакюра: Но именно этим утром, я думаю, ситуацию можно изменить.

Бакюра: Увы ~

Бакюра: Последний раз, когда я приходил сюда,

Бакюра: Был около недели назад.

Бакюра: Эх, простите, мне так не хватало наших бесед в чате.

Бакюра: Мне нужно было сделать кое-какую работу,

Бакюра: Ну, если конкретно, я должен был отправиться в романтическое путешествие на северо-восток с моей возлюбленной.

Бакюра: Как там все ~

Бакюра: Ну ладно, я узнаю о ваших планах на Золотую Неделю из истории сообщений чата. ДА~

Бакюра: Ну вот,

Бакюра: Вчерашнюю беседу и всё, что было до неё, удалили.

Бакюра: Интересно, что же случилось.

Бакюра: Ну да и всё равно,

Бакюра: Увидимся позже, ребята ~

Бакюра-сан покинул (а) чат.

Сейчас в чате никого нет.

Сейчас в чате никого нет.

Сейчас в чате никого нет.

.

.

.

Промежуточная глава или пролог С: Куронума АобаПравить

3 года назад, окрестности Икебукуро, крыша одного жилого дома

– О чем, чёрт возьми, ты собираешься со мной поговорить? Если думаешь, что у меня есть на тебя время, ты ошибаешься.

Молодой человек, разговаривая со стоящим перед ним мальчиком, и не пытался скрыть раздражения.

С крыши открывался прекрасный вид на улицы, залитые красноватым светом заката. Молодой человек прищурился: мальчик, с которым он разговаривал, стоял спиной к солнцу.

В таких условиях разобрать выражение лица его собеседника было довольно непросто, но можно было заметить, что уголок его губ изогнулся в недвусмысленной улыбке.

Молодой человек – Изуми Ран – не любил своего младшего брата, Изуми Аобу.

Аоба всегда вел себя с умом, и казалось, хорошо понимал потребности других людей, и это, почему-то, вызывало у его старшего брата странный прилив раздражения.

Не то, чтобы младший брат сделал Рану что-либо плохое. И хотя он никогда не чувствовал себя хуже Аобы в чём бы то ни было, ему казалось, что всё внимание всегда достаётся только ему.

Любовь родителей, похвалы учителей, дружба ровесников – ему казалось, что Аоба получает всего этого гораздо больше, чем он сам.

Не то, чтобы он хотел иметь больше, чем у него было. Но с тех пор у него сложилось впечатление, что Аобе достаётся всё, и это его бесконечно раздражало.

Чтобы отомстить, он несколько раз поколачивал Аобу и сталкивался лишь со слабым сопротивлением с его стороны.

Один раз Ран малость перестарался, и в его комнате вспыхнул небольшой пожар. По-видимому, он начался ночью, когда сам Ран где-то развлекался. Когда он вернулся домой, отец сломал ему нос.

Его обвинили в том, что он не затушил сигарету.

К счастью, тот маленький пожар не успел перерасти в нечто более серьёзное.

Единственная проблема заключалась в том, что Ран, как ни старался, не мог вспомнить, чтобы он курил той ночью перед выходом из дома.

– Я так рад, что мой старший братик не пострадал.

Его младший брат, тогда всё ещё ученик начальной школы, улыбнулся ему невероятно искренней улыбкой.

Эта улыбка давила на него – он не мог так просто обвинить брата в чём-либо.

Напротив, он постарался держаться от него подальше. Делать это стало куда проще после развода их родителей, когда они стали жить отдельно друг от друга.

Его младший брат, похоже, взял девичью фамилию матери. Однако Рану было всё равно.

Всё шло просто прекрасно, пока он снова не встретился со своим раздражающим младшим братцем.

К этому времени Ран стал довольно известным правонарушителем в своём районе. Тревожить его было небезопасно.

Однако его малявка-братец серьёзным тоном заявил: «Мне нужно с тобой поговорить».

Изуми пришел на крышу по просьбе своего брата, и, не теряя бдительности, сыпал на него разного рода оскорбления.

Он, в конце концов, имел много опыта в схватках и был готов драться, если придётся.

Он не собирался нападать первым. Но если бы его крошечному братцу вздумалось развязать драку, Ран в считанные секунды смог бы с ним расправиться.

Пару раз прокрутив данную мысль у себя в голове, Изуми наконец-то смог расслабиться.

Тем временем, Аоба, заметив, что выражение лица его брата приняло более непринужденный вид, заговорил:

– На самом деле, я хочу попросить тебя об одолжении.

– Что? У меня нет денег для своего младшего брата, даже в долг.

– Нет-нет, я говорю совсем не о такого рода просьбе… Слушай, старший братик, ты, вроде как, довольно известен среди старшеклассников в этом районе?

– Чё? И какого хрена ты хочешь этим сказать?

Ран нахмурился. Аоба медленно начал объяснять суть дела:

– Я…эм…собрал парочку друзей и…эм…создал что-то типа банды. Сначала это было просто для прикола…

– Банда? Что ты имеешь в виду? Школьный кружок?

– Нууу, сначала это было что-то типа того… Но потом к нам стали присоединяться странные люди… некоторые из них были старше нас, а в последнее время вступать в банду стали даже взрослые.

Слушая бессвязную речь брата, Ран с каждой минутой раздражался всё больше и больше.

Но как бы он ни старался это скрыть, выражение его лица заметно изменилось после того, как его брат сказал следующие слова:

– Ты знаешь Хораду-сана и Хигу-сана из Средней Школы № 3?

– Чего!?

Он был наслышан о них.

Имена этих двоих были далеко не последними в списке бандитов; среди ровесников Рана они обладали весьма неоднозначной репутацией.

Он слышал, что Хораду вышвырнули из старшей школы. Однако меньше всего он ожидал услышать его имя от своего примерного младшего братца.

– Я никогда не встречался с ними лично… но они тоже в моей банде.

– Чего!?

Возможно, эти слова стоило расценивать как простую шутку.

Но Ран не мог.

Во-первых, уже то, что Аоба упомянул Хораду и Хигу в своих словах, было довольно странным, даже если он и пошутил.

– Ситуация начала выходить из-под моего контроля… Я даже не представляю, что могут сделать Хорада и другие взрослые, если узнают, что лидер группировки – это кто-то вроде меня… Мне так страшно.

«Он врёт».

Ран так решил, как только услышал эти слова от Аобы.

Без сомнения, его младший брат врал.

Несмотря на все разногласия, эти двое всё-таки были братьями. И Ран неплохо знал некоторые черты характера Аобы.

Но он не мог ничего сказать.

Вероятно, Аоба не врал о банде.

Или о Хораде и других взрослых.

Единственным, о чем он врал, было то, что банда начала «выходить из-под его контроля».

Ран умел врать не хуже.

Он решил разыграть спектакль перед своим младшим братцем.

Он глубоко вздохнул и с напускной уверенностью произнес слова, предназначенные для того, чтобы обмануть как Аобу, так и самого себя.

– Ты жалкий маленький ублюдок! Ну и чего ты от меня хочешь? А?

– Мне страшно. Я больше не хочу иметь ничего общего с этой бандой. И я хотел бы, чтобы мой старший брат стал её новым лидером.

– …

Вероятно, Аоба пытался его использовать.

Ран был уверен в этом, но не собирался отказываться.

Он понимал, что если сейчас откажется, то потеряет единственную возможность хоть в чём-то превзойти своего брата.

Вот что занимало мысли Рана. Он зашёл настолько далеко, что решил позволить своему младшему братцу использовать себя, если у того хватит на это смелости.

– Эта твоя банда… у неё есть название?

Продолжая невинно улыбаться, Аоба на удивление весело ответил на вопрос Рана.

– Да, его придумал мой друг…

– Она называется Синие Квадраты.


♂♀


Год спустя

Когда Синие Квадраты столкнулись с Жёлтыми Платками, Аоба просто наблюдал за происходящим.

Он не вмешивал в эту борьбу своих самых доверенных товарищей. А его брат, руководствуясь обычной для старших гордостью, в свою очередь никогда не просил его о помощи.

Аоба ничего не сказал, когда ему сообщили об аресте брата.

Однако когда он узнал, что стычки Синих Квадратов с Авакусу-кай и Хейваджимой Шизуо поставили под угрозу само существование его банды…

Мальчик, на тот момент всё ещё ученик средней школы, ледяным тоном произнес всего два слова:

Какой бесполезный.


♂♀


Несколько лет спустя, конец апреля, где-то в Сайтаме

– Так… ты точно уверен, что стоит писать “ДОЛЛАРЫ”, Аоба?

Перед горящими мотоциклами стояло несколько ребят с баллончиками краски в руках.

– Конечно. Давай, пиши, пока нас никто не увидел, – сказал Аоба с безжалостным выражением лица, которое он никогда не показывал Микадо или людям вроде него.

Эта происходило глубокой ночью где-то на тихой стоянке.

В такое время все магазины уже были закрыты; случайных прохожих не было.

Это место явно было чуждо Аобе. Вокруг него горело несколько мотоциклов; их владельцы распластались здесь же на асфальте.

На стене, освещенной огнем, была изображена восседающая на тигре прекрасная женщина, рядом красовалась надпись “ТОРАМАРУ”.

Если бы это изображение находилось в другом месте, его можно было бы назвать произведением искусства, так прекрасно оно было выполнено. Но это не остановило мальчиков: они продолжали вырисовывать чёрные буквы поверх великолепного рисунка.

Аоба покосился на тех, кто делал это, и обратился к целой толпе мальчишек, собравшихся вокруг него.

– “Синие Квадраты” – звучит недостаточно внушительно.

– Не потому ли, что ты позволил своему старшему брату руководить нами и довести нас до такого жалкого состояния?

Аоба усмехнулся сам себе и продолжил говорить, не обращая внимания на колкости товарищей.

– На самом деле название Синих Квадратов придумал Ятсуфуса.

– Гм, ну и что же стоит за этим названием? – Хехе…

– Ятсуфуса говорил, что мы как акулы на мелководье. «У каждого из нас есть маленький синий кусок территории прямоугольной формы. Вы, ребята, как акулы, отчаянно сражаетесь, чтобы защитить свою территорию», – вот что сказал Ятсуфуса, когда придумал это название.

Некоторые мальчишки вокруг Аобы закивали, удовлетворенные объяснением, другие в замешательстве начали смотреть по сторонам, а третьи просто рассмеялись.

– Что это значит? – Иди, учись.

– Аоба, это что, значит, что тот парень просто смеялся над нами?

– Хехе… – Этот ублюдок Яччи. – Ну конечно, он над нами просто издевался.

– Может быть. Но мне очень нравится это название.

На мгновение что-то тёплое проскользнуло в безжалостной улыбке Аобы; но освещенная пламенем догорающих мотоциклов, эта сцена могла вызвать у случайного свидетеля лишь нервную дрожь.

Не обращая внимания на таинственно-пугающую улыбку Аобы, один из мальчиков огляделся вокруг и задал вопрос:

– И где же эта VIP-персона, придумавшая наше название?

– Ятсуфуса? Он болен и не выходит из дома. Разве не всегда так было?

– Угу, он очень болезненный.

– Эй, подождите, Митсукури написал «ДАРААСУ» хираганой!

– Кто-нибудь остановите его! – Оставьте, и так сойдет. – Хехе…

– Ну так что, Аоба, и что именно мы будем делать с этими Долларами?

Аоба безразлично говорил то, чего хотели услышать собравшиеся вокруг него мальчики.

– Большие акулы не могут плавать на мелководье. Они погибнут.

Его силуэт выделялся на фоне бушующего пламени.

Но, пусть они были и не в состоянии разглядеть его лицо, его друзья знали: сейчас Аоба улыбался всем сердцем.

– Для того чтобы добиться большего в нашей жизни… мы, как и Доллары, должны плавать в океане.

– И? Поэтому мы напали на этих ребят из Сайтамы?

– Доллары… их территория обширна, но её глубина не так велика. Даже меня иногда поражает, какого огромного размера место им принадлежит.

– Но акулам для хорошей жизни необходима именно глубина. Вот, что я стараюсь с ними сделать.

Связующая главаПравить

DRRR v05 12


4 мая, утро, многоэтажный дом в Синдзюку

– …

Хейваджима Шизуо стоял перед дверью одной из квартир, в ярости сжимая кулаки.

С его крепко-накрепко стиснутых пальцев по каплям стекала кровь. С какой невероятной силой он их сжимал – об этом можно было только догадываться.

– …Тупая блоха…! И он ещё смеет тратить моё время…! – из глубины лёгких Хейваджимы вырвался этот рык, а на его висках выступили вены.

Если бы кто-нибудь оказался рядом и услышал, как он это сказал, то решил бы, что голос Шизуо был порождён из глубин самой Преисподней.

И без того отнюдь не добродушное состояние мужчины усугубил лист бумаги на двери.

[Мы переехали! Ищите нас по адресу ------------- ]

В том месте, где Изая жил и работал, не было ни намека на человеческое присутствие.

Судя по объявлению на двери, разыскивались новые арендаторы. Шизуо отчаянно боролся с желанием выбить дверь и уничтожить всё, что только подвернётся ему под руку. Но это, по сути дела, повредило бы только владельцу квартиры.

– …Он дважды потратил моё время…! Я БУДУ УБИВАТЬ ЕГО СНОВА И СНОВА…!

Представляя лицо своего смертельного врага, Шизуо, на лице которого всё ещё выступали вены, повернулся спиной к двери и пошел обратно.

Менее чем через минуту –

Женщина сорвала объявление с двери как раз в тот самый момент, когда Хейваджима выбежал из дома.

– Неужели Шизуо настолько примитивен, чтобы купиться на такой дешёвый трюк?

Эта женщина, Ягири Намие, посмотрела вниз, свесившись через перила.

DRRR v05 13

Её взгляд упал на удаляющегося широкими шагами мужчину в костюме бармена.

– Зачем пользоваться окольными путями, если можно с лёгкостью до него добраться?

Намиэ без особого беспокойства проводила Шизуо взглядом и холодно пробормотала:

– Если ножи на нём не срабатывают, он мог бы просто его отравить.


♂♀

Так зачем же Хейваджима Шизуо разыскивал Изаю у него дома?

Вернемся к раннему утру 4 мая.

– Она проснулась!

Это происходило в 6 утра в квартире Шинры.

Но голос принадлежал не Шинре, Тому или Шизуо, а старшекласснице в очках.

Шизуо и Том были здесь, когда Селти привела её и сказала:

– На неё напали какие-то хулиганы, пусть останется на ночь.

Хотя Шинра сказал Анри, что она не должна ничего делать, девушка ответила, что не может сидеть без дела, и взяла на себя заботу о маленькой девочке.

Услышав голос Анри, Шинра вскочил из-за компьютерного стола.

– Сейчас буду!

Он вымыл руки и направился в спальню, взяв с собой бинты и другие медицинские принадлежности.

– Кстати говоря… Я совсем забыл рассказать Селти об этой девочке.

«Ну и ладно. Она и без того была ужасно занята, думаю, это подождет…»

Пока полусонный подпольный доктор шёл в комнату, где спала девочка, всё его сознание было поглощено этими, не особо радовавшими его, мыслями.

Однако за дверью комнаты он увидел не совсем то, что ожидал.

Девочка, которая, должно быть, крепко спала ещё минуту назад, перебралась со своей кровати в угол комнаты и дрожала как осиновый лист.

Не похоже было, что её трясёт от жара.

Её взгляд был прикован к Шизуо, который вошёл в комнату незадолго до Шинры.

Глядя на девочку, которая по какой-то непонятной причине его боялась, Шизуо застыл в замешательстве. Однако от этого он казался не менее устрашающим.

– Мне лучше ничего не говорить?

– Что бы ты сейчас ни сказал, это причинит ей лишнее беспокойство, так что – да, будет лучше, если ты помолчишь, – сказал Шинра, в то же время, протягивая руку девочке, – Ты в порядке? Выглядишь ты уже лучше, но давай, всё-таки измерим твою температуру ещё разок.

Девочка, продолжая смотреть на Шизуо помертвевшим от страха взглядом, спросила:

– Я… и меня тоже убьют?

– ‘Тоже’? Что значит ‘тоже’?

В то время как Шизуо, нахмурившись, задал вопрос, Шинра покачал головой.

– Значит, я был прав, ты действительно убил кого-то дорогого этому ребенку, сам того не подозревая…

– …Как насчет того, чтобы стать первым трупом в моем послужном списке?

На лице Шизуо снова начали проступать вены, Том отчаянно пытался успокоить его:

– Прекрати! Здесь же ребенок.

Шинра ладонью проверил температуру девочки и пробормотал:

– Хорошо, жар спал.

На лице Кишитани появилось облегчение. Конечно, у него было полно куда более точных медицинских градусников, но, чтобы испугать девочку ещё сильнее, он решил просто дотронуться рукой до её лба.

Если бы кто-нибудь из знакомых Шинры увидел его таким, он бы наверняка принял его за какого-то другого человека.

Если бы Селти его сейчас увидела, она бы, наверно, закричала: «Даже я никогда не видела, чтобы ты улыбался, как нормальный милый парень…. Ааааааааа! Шинра, ты лоликонщик!» – и выбежала бы из квартиры. Настолько спокойной и невинной была сейчас улыбка этого подпольного доктора.

– …Братик, ты кто? Друг Шизуо Хейваджимы?

– Нет, он просто случайный знакомый, от которого я никак не могу отвязаться. Не беспокойся, я не позволю ему и пальцем тебя тронуть. Но сначала, ты должна мне кое-что рассказать.

У Шизуо по спине пробежали мурашки, когда он услышал Шинру, разговаривавшего, как добрый городской доктор.

Но если кто-нибудь и мог вытянуть из девочки правду, то именно Шинра.

Поэтому он подавил в себе рвотные позывы и продолжил прислушиваться к тому, что собиралась сказать девочка, не подходя ближе.

Шинра присел на корточки так, чтобы его глаза оказались на уровне глаз девочки, и заговорил с ней, словно со своим собственным ребенком.

– Как тебя зовут?

– …Акане.

– Акане-чан, значит. А фамилия?

Акане притихла, как только доктор спросил ее фамилию.

Шинра, решив, что она не хочет об этом говорить, не стал на неё давить и перешел к следующему вопросу.

– Тебя что-то беспокоит? Горло болит, А может, живот? Всё в порядке?

Акане кивнула.

– Правда?… это хорошо. Тогда, может, хочешь мне рассказать, что вчера случилось?

Казалось, мгновение девочка размышляла, но в итоге, она не стала ни кивать, ни качать головой.

Она перевела испуганный взгляд на Шизуо. Как только глаза Шизуо, скрытые за солнечными очками встретились с её, она снова начала дрожать.

– Всё в порядке, он ничего тебе не сделает. Возможно, он бывает немного жесток, но, в общем-то, он хороший парень. Если бы он хотел сделать тебе больно, то давно бы сделал, согласна?

– …

– Или он уже что-то тебе сделал? Поэтому ты хотела на него напасть?

– …Нет… – пробормотала девочка, качая головой.

Шинра наклонил голову и задал ключевой вопрос:

– Тогда почему ты хотела, чтобы братик в солнечных очках умер?

На мгновение воцарилась тишина. Шинра продолжал улыбаться, и, в конце концов, губы девочки дрогнули.

– Потому что он убийца.

– Что?

– Кое-кто сказал мне, что убийца по имени Шизуо собирается убить моих папу и дедушку… но я не могла вернуться туда, где были папа и дедушка, поэтому я правда не знала, что мне делать…

У Шинры появилось плохое предчувствие.

«Почему ты не вернулась домой?» – прежде чем он смог задать этот вопрос, всё его тело охватила дрожь из-за этого жутковатого ощущения.

Стоявший позади него мужчина в костюме бармена, должно быть, ощущал то же самое.

С той стороны, где стоял Шизуо, шёл подозрительный звук хрустящих костей, и Шинра не осмеливался повернуться.

– Мне сказали, что если я возьму это, то смогу напасть на него… и я так и сделала.

– Кто сказал?

– Человек, который многому меня научил, когда я сбежала из дома.

Предчувствие Шинры начало приобретать вполне определенные очертания одного хорошо знакомого ему человека.

– Значит, этот человек сказал тебе, что Шизуо убийца, и дал тебе электрошокер?

Девочка кивнула. Чувствуя, что его нервы на переделе, Шинра задал самый важный вопрос:

– …Как звали этого человека?

Девочка мгновение колебалась, прежде чем дать ответ на решающий вопрос. Затем, решив, что Шинра заслуживает доверия, смущенно пробормотала:

Братик Изая.

По спине Шинры пробежал холодок.

На мгновение он почувствовал, как за его спиной зарождается новый Апокалипсис в человеческом обличии. Пытаясь вытереть холодный пот, он повернулся.

Шизуо мягко – очень мягко! – улыбался.

«Чтоооо?»

Отчаяние Шинры стало ещё глубже при виде этой ‘никогда раньше не виданной’ улыбки на лице Хейваджимы.

«Прости, Селти, может так получиться, что я умру раньше тебя. Здесь. Сейчас».

Такие мысли занимали всё сознание подпольного доктора, а в то время улыбающийся Шизуо говорил Акане:

– Ха-ха-ха! Это простое недоразумение, Акане-чан.

– Э…

– Изая-кун, похоже, что-то напутал. Я не убийца.

– …Правда?

– Конечно. Мы с Изаей-куном друзья. Просто мы немного повздорили.

Шизуо медленно покачал головой и повернулся спиной к девочке и Шинре.

– Ждите здесь, я отойду. Надо бы встретиться с ним прямо сейчас.

Беззаботно подмигнув Акане и весело присвистнув, Шизуо вышел из комнаты.

DRRR v05 14

Весь покрытый холодным потом Шинра, чтобы не напугать Акане, решил оставить свои мысли при себе:

«Изая… ты решил, что сыт по горло этой жизнью… или как?»

Когда дверь за ними закрылась, Том обратился к Шизуо:

– Отлично сыграно. Я думаю, за это ты заслушиваешь Народную Премию Почета.

– Спасибо, Том-сан.

Шизуо произнес это, не поворачиваясь к своему начальнику лицом.

– Если можно, у меня есть одна просьба.

– Что за просьба?

– Если сегодня меня арестуют за убийство, передай мои слова Господину Менеджеру, пусть считает, что вчера я уволился.

– …

Хотя у Тома на языке вертелась тысяча вопросов, он безмолвно проводил взглядом спускающегося по лестнице Шизуо.

Затем, достав из кармана сигареты, Том перевел взгляд на открытый коридор жилого дома.

Глубоко затягиваясь любимыми сигаретами и глядя на клубами поднимающийся к потолку дым, Том сказал себе:

– Надо сообщить менеджеру, что Шизуо взял отгул на сегодня.


♂♀


4 мая, утро, картинная галерея в Икебукуро

Это место было организовано со всей возможной аккуратностью и щепетильностью; на стенах, обклеенных красивыми обоями, в рамах висели картины.

Кто-то, по-видимому, весьма далёкий от искусства, говорил:

– …Вы только представьте себе. Вам всего лишь нужно будет платить столько же, сколько вы каждый день тратите на кофе, но зато у вас будет эта знаменитая картина – или, я бы сказала, счастье всей вашей жизни. Для меня это равносильно первому шагу на пути к успеху.

Молодой человек с перебинтованным лицом усмехнулся, услышав эти слова, которые работница галереи произнесла с улыбкой, как и положено в этой профессии. Он ответил:

– Хммм, но я не уверен, как отреагирует моя девушка, если я потрачу такую кучу денег на неё.

– Как только она увидит это произведение искусства на стене вашей комнаты, она просто потеряет голову от счастья, и вы устанете слушать от неё, как эта картина прекрасна! Свидание с картиной, на самом деле, ничуть не отличается от свидания с вашей девушкой! Пусть это всего лишь литография, но её написал Карнард Штраусбург[23], а найти его картины на рынке – большая удача!

Создавалось такое впечатление, что она провела последний час, усердно полируя картинную раму, а сейчас сидела за столом и пыталась продать картину молодому человеку, потенциальному покупателю.

Но вместо того, чтобы разглядывать картину, молодой человек направил свой взгляд на лицо продавщицы.

– Но для меня вы куда более очаровательны, чем эта картина, моя милая.

– Ой~ А для меня, любой мужчина, который сможет купить мне эту очаровательную картину, чертовски привлекателен.

– Правда?

– Конечно! Платить реальные деньги за свои мечты по силам лишь мужчине с характером!

Действительно, само изображение принадлежало кисти знаменитого художника, но картина была создана с помощью трафаретной печати. Короче говоря, это была дешёвая напечатанная подделка.

Но девушка настаивала, что это была “литография”, редкая картина с серийным номером.

На самом деле она стоила не более 30,000 иен, но работница галереи просила за неё 1,280,000.

За такие деньги можно было купить настоящую литографию Карнарда Штраусбурга, но никак не дешёвую копию. Девушка, однако, настаивала, что картина была настоящей.

«Похоже, он почти готов».

Мужчина, скорее всего управляющий галереи, наблюдал за парой, стоя поодаль. Ему уже казалось, что молодой человек вот-вот согласится купить картину.

Если он решит отказаться, они припугнут его со словами: «Вы потратили несколько часов нашего драгоценного времени, поэтому ставьте подпись в контракте». Так всегда и происходило в этой фальшивой галерее, ловушке для туристов.

Но реакция молодого человека была настолько необычной, что они даже не смогли, как и всегда, следовать своему плану агрессивного маркетинга.

Перебинтованной молодой человек увидел управляющего и подозвал его к себе.

Тот увидел его улыбку и решил, что его клиент наконец-то хочет рассчитаться за картину. Он подошёл к нему, поклонился и сказал:

– Я могу вам чем-нибудь помочь?

– У меня нет таких денег, но эта леди, кажется, будет очень расстроена, если я не куплю картину. Поэтому придумал, как сделать её счастливой.

– Конечно, спасибо большое за заботу!

Лицо управляющего, подумавшего, что молодой человек хочет взять картину в кредит, озарилось широкой улыбкой. Парень улыбнулся ему в ответ:

– Ну, так давайте.

– Что?

Он протянул мужчине ладонь, как будто желая что-то получить. Управляющий замер.

Ручка для подписи уже ожидала его на столе.

Так что же ещё ему было нужно?

Может быть, ему нужна была его визитная карточка – так подумал владелец галереи, но через мгновение молодой человек поразил его ещё сильнее:

– Она сказала, 1.280.000 иен. Если у вас нет наличных, сойдёт и кредитка.

– …Э?

Управляющий абсолютно не понимал, что происходит, но молодой человек безразлично продолжал:

– Вот как это бывает. Девушка говорит, что расстроится, но у меня нет при себе денег. Мы с вами оба мужчины, поэтому просто не можем стоять и смотреть, если женщина печальна, правда ведь? Вот почему именно вы должны сделать её счастливой, ведь похоже на то, что у вас деньги есть. Вы же владелец этой галереи, не так ли? Если вы сами купили все эти картины, должно быть, вы весьма богаты.

– Э-эм…

– Деньги для того и нужны, чтобы тратить их на женщин. Если вы считаете себя мужчиной, купите картину для этой девушки. Только дайте мне эти 1.280.000 – об остальном я позабочусь.

– Пожалуйста, прекратите шутить.

Лицо хозяина мгновенно вытянулось – и в следующую же секунду застыло в напряжении.

– …Что!?.. Шутить?

Молодой человек посмотрел на него таким пронзительным и холодным взглядом, что управляющий буквально почувствовал исходившую от собеседника жестокость.

Молодой человек больше не разговаривал с девушкой – это было видно по тому, как ужесточился его взгляд.

«Дело плохо. Этот парень ненормальный».

– Когда это я шутил? Когда это я пробовал тебя рассмешить? А?

Молодой человек медленно поднялся со стула и приблизился к владельцу галереи так близко, что его лицо находилось всего в нескольких сантиметрах от кончика носа этого человека.

Девушка наконец-то поняла, что что-то здесь было не так, побледнела, и сказала молодому человеку:

– И…Извините?

Лицо парня, как только он услышал её голос, снова озарилось улыбкой, и он поднял вверх большие пальцы рук.

– Всё в порядке, моя милая. Он купит её для тебя. Как ты и говорила, любой мужчина, будь у него деньги, купит эту картину, если уж она приносит так много счастья и делает мужчин популярными среди женщин!

Тот мужчина, скорее всего управляющий галереи, уставился на девушку, как будто пытаясь сказать: «Ну и зачем ты привела его?».

Она, в свою очередь, выглядела так, как будто вот-вот расплачется. Она хотела бы выразить в своём взгляде следующее: «Я не приводила! Он заговорил первым и проследовал за мной внутрь!», но, к сожалению, простой взгляд не мог этого передать.

Но управляющий был не единственным, кто заметил, что девушка готова расплакаться.

Конечно, этим кем-то был тот самый парень с повязкой на глазу.

– Эй ты, старик.

– Д-да!?

– Ты… только что пялился на неё, не так ли?

Молодой человек буквально кипел от злости; а владелец галереи, который обычно сам запугивал клиентов, чтобы те купили картины, в страхе сделал несколько шагов назад.

– А…Что…?

– Мне плевать, что ты её начальник. Эта девушка так усердно работала, даже когда ей пришлось общаться с таким грубияном, как я. Но ты смотришь на неё с таким выражением лица – ну и что ты думаешь, ты наделал?

– П-подождите… это, всё это личные дела нашей организации, вас это не касается….

– Если это не имеет ко мне никакого отношения, то, значит, я имею полное право побить тебя или сделать всё, что мне только захочется, так ведь?

Парень с громким хрустом размял шею и сделал шаг вперёд.

– П-прекратите, или я вызову полицию…

Когда управляющий произнёс эти слова, он не смог избавится от мысли: – «Или я умру прежде, чем приедет полиция?».

Когда приходилось иметь дело со странными гостями, он считал, что готов ко всему. Но этот молодой человек был совершенно другого уровня, он отличался от всех тех, с кем мужчине раньше приходилось иметь дело.

И как только парень наклонился, будто собираясь что-то сделать –

Его мобильный, лежавший в нагрудном кармане, зазвонил.

– …

Ему пришлось прервать начатое, достать телефон из кармана и начать разговор.

– Это я… Понятно. И где он сейчас? Что?.. Только без шуток. Это же прямо перед этим домом. Нет, скажи всем, пусть заходят. Здесь есть один ублюдок, которого нужно научить, как хорошо обращаться с женщинами… А?.. Чёрт…Понятно. Буду через минуту.

Перебинтованный молодой человек с повязкой на глазу, повесив трубку, еще раз взглянул на менеджера и добавил:

– Я вернусь и проверю, купил ли ты картину для этой милой девушки. Смотри сам…


♂♀


Перед зданием галереи в Икебукуро

– Ты же говорил, что нашел члена Долларов?

Рокуджо Чикаге – молодой человек, только что вышедший из галереи – спросил одного из членов своей банды “Торамару”.

Человек в кожаной куртке пробормотал что-то утвердительное и рассказал Чикаге, что он слышал.

– Похоже, что это довольно известный член Долларов, парень, наполовину иностранец, Юмасаки Уолкер.

– Действительно, странное у него имя. И где он сейчас?

– Ммм….

Человек в кожаной куртке помолчал, не решаясь говорить, и указал на вход в галерею прямо перед ними.

– Прежде, чем вы вышли, Чикаге-сан, его уговорила войти внутрь какая-то женщина.


♂♀


В галерее

«Ещё бы чуть-чуть, и…»

Менеджер с облегчением вздохнул, когда молодой человек покинул галерею. Однако в то же самое время его слуха достиг другой голос.

Это не было похоже на обычные разговоры, которые люди ведут в картинной галерее; похоже, это был спор.

«И что на этот раз?»

Голос молодого парня, стоящего перед картиной знаменитого иллюстратора Сьюзи Ясуды, был полон энтузиазма.

– Но это всего лишь копия. Судя по размеру, полная её стоимость не должна превышать 24 тысяч иен, даже вместе с рамой, не так ли? Я очень уважаю этого иллюстратора, и я не пожалел бы даже миллиона за её картину! Но сначала докажите мне, что по крайней мере восемьдесят процентов от этой суммы получит сама художница!

– Ах, да, эм….

– Кстати говоря, оригинал этой картины вообще не предназначен для трафаретной печати! Тем не менее, вы даете картине серийный номер, словно с неё можно было снимать копию. На самом деле, это только уменьшает цену данной картины! Сьюзи-сенсей вообще давала вам на это разрешение? На подобные вещи? К тому же, то, как вы пытались объяснить мне её искусство, просто уничтожило эту картину! Да и вы и малой доли смысла её работ понять не в состоянии! Вы разрушили весь индивидуальный стиль и воображение Сьюзи-сенсей! До какого же уровня абсурда может дойти ваша неосведомлённость в искусстве? Слушайте, искусство Сьюзи-сенсей возникло…

– М…Менеджер!

Управляющий, заметив умоляющий взгляд своей работницы, сразу же подбежал к ней.

Увидев молодого человека с раскосыми глазами, по всей видимости смешанного японско-европейского происхождения, он схватился за голову и закричал:

– Нет, опять ВЫ, только не это! Пожалуйста, уходите!

Как только они уговорили молодого человека уйти, управляющий серьёзно заговорил с девушкой, отвечающей за привлечение клиентов в галерею:

– Ты здесь новенькая, поэтому не знаешь, что ни в коем случае не надо заговаривать с этим полукровкой, он стоит в начале нашего чёрного списка. Я знаю, сначала может показаться, что его легко обдурить, но будь осторожна!

– Д-да…

Управляющий этой подставной галереи, пережив череду довольно неприятных происшествий, устало пробормотал себе под нос:

– Думаю, будет лучше просто… покончить с этим бизнесом раз и навсегда…

– Тот парень в костюме бармена умудрился практически разрушить галерею, как только я открыл её… а потом пришли эти люди из Авакусу-кай и попросили отдать им оригиналы картин за просто так…


♂♀

Управляющий галереи с головой ушёл в свои переживания, в то время как Рокуджо Чикаге последовал за только что вышедшим из здания Юмасаки.

– …Этот, что ли? По нему не скажешь.

– В этом вся суть Долларов. Нельзя судить их по внешнему виду… Слышал, он всё время тусуется с этим парнем Кадотой, который уложил нескольких наших на лопатки, когда они в прошлом месяце отправились в Икебукуро за неприятностями. Этот Кадота, похоже, довольно серьёзная фигура в Долларах.

– О… – сказал Чикаге, приглядевшись к парню получше.

В это время с Юмасаки заговорила девушка в чёрном.

Ещё один парень с резкими чертами лица, носивший вязаную шапку, говорил с Юмасаки так, словно они были близкими друзьями.

– А, это он! Тот, что в шапке – Кадота.

– …С ними женщина. Ничего не предпринимаем, просто продолжаем следить.

– Да.

Эти трое, предположительно входящие в состав Долларов, некоторое время шли по улице Саншайн, но у центра “Токио Хэндс”, Кадота сказал что-то Юмасаки с девушкой, и ребята разошлись. Дальше Кёхей пошёл один.

Уолкер с девушкой взяли курс на Саншайн Сити и направились к пешеходному переходу, а Кадота двинулся по главной улице, проходившей как раз под городской автомагистралью.

– Я сам справлюсь. Идите к остальным.

– Но…

– Ничего не случится. Идите.

– Хорошо.

После того, как подопечные Чикаге повернули обратно, он продолжил следовать за Кёхеем.

Но спустя некоторое время он отвлёкся на одно здание на противоположной стороне улицы.

В тот же миг Чикаге остановился, совершенно забыв, что его задача – преследовать Кадоту.

– …Почему…почему в центре Икебукуро находится девчачья школа…!?

Речь шла о здании академии для девочек, находившемся рядом с академией Райра. Глава Торамару целую минуту простоял, уставившись на неё, как вкопанный.

Так как сейчас стояла Золотая Неделя, ни в самой академии, ни рядом с ней девушек не наблюдалось.

«А я всё равно продолжаю надеяться…»

«Но чёрт, сейчас на это нет времени».

И только Чикаге пришёл в себя и посмотрел вперёд, туда, где должна была находиться его цель, как вдруг -

– …Ты следил за нами с какой-то конкретной целью? – у него из-за спины раздался лишённый эмоций голос.

– …

Рокуджо обернулся и обнаружил, что стоит лицом к лицу с тем самым человеком в вязаной шапке, которого должен был преследовать.

– Хммм, так ты заметил, что я за тобой иду?

– Ага…подумал было, что интуиция меня подвела, когда ты остановился около школы.

Кадота размял шею и поглядел на Чикаге, еле слышно вздохнувшего в ответ на следующий вопрос мужчины:

– Так ты всё-таки нас преследовал? Не думаю, что мы встречались раньше, но я испытал облегчение, поняв, что ты не из тех подонков, которые могут завязать драку даже в присутствии женщин.

– Меня зовут Рокуджо Чикаге… Сдается мне, что мы поладим.

Губы Чикаге изогнулись в ухмылке, но после он несколько обречённо покачал головой:

– Но… ты ведь в Долларах, да?

– …Да, в точку.

– Нехорошо. Я тут услышал, что Хейваджима Шизуо тоже состоит в Долларах. Это правда?

Кадота ответил на заданный вопрос прямо.

– …Формально, да. Но он вовсе не из тех, для кого банда – целая жизнь.

– А, да, вот и я надеюсь, что он не из таких… Ясно-ясно. Я так понимаю, что организация вашей банды совсем не однородная.

– ?

– …Но нам наплевать в любом случае.

В тот же момент, как будто специально, у Кадоты зазвонил телефон.

– Давай, отвечай. Я подожду.

– Это сообщение, – сказал Кадота и взглянул на слова на экране мобильного, краем глаза присматривая за Чикаге.

Судя по звонку, это сообщение было от Долларов. Кадота немедленно открыл его в надежде, что сообщение сможет объяснить ему что-либо по поводу стоящего перед ним парня.

– …

Прочитав, Кёхей нахмурился и одарил Рокуджо яростным взглядом.

– Что такое?

– …Ты, ублюдок.

Это письмо на самом деле оказалось срочным сообщением о том, что члены Долларов подверглись атакам по всему Икебукуро.

– Нет… и зачем вы, уроды, явились сюда?

Кадота, не спускавший глаз с парня напротив, выглядел суровым и готовым к атаке.

Чикаге, расценив этот пристальный взгляд как непростительный, пожал плечами и пробормотал себе под нос:

– Да просто так. Взяли и решили, что должны отплатить вам за те нападения, которые нам дорого обошлись.

– Сдачи не нужно. Получишь у меня по полной!


♂♀


В то же самое время, в здании заброшенного завода

Микадо, услышав шокирующее признание Аобы, отчаянно пытался вспомнить хоть что-нибудь о Синих Квадратах, но –

Его отвлек сигнал телефона, оповещающий о новом сообщении.

В то же самое время у всех присутствующих также зазвонили и завибрировали мобильные.

«!»

Мелодию, только что проигравшую на телефоне, Микадо поставил специально для оповещений Долларов. И сейчас она помогла ему кое в чём убедиться.

«Всё так, как они и сказали…»

«Все эти ребята тоже состоят в Долларах…»

Группа людей собралась в одном месте. У всех одновременно зазвонили телефоны.

Сердце Микадо дрогнуло; эта ситуация напомнила ему о событиях годовалой давности, хотя тогда людей было гораздо больше.

Но сообщение, словно специально, повергло его ещё глубже в пучину отчаяния.

Оно крыло в себе ужасающую информацию – целый ряд нападений на Долларов.

– Похоже, началось, – сказал Аоба, прочитав то же сообщение на своём телефоне, и невероятно искренне улыбнулся.

– Началось…? Что это ещё…?

– Парни из Сайтамы… Торамару мстят.

Микадо почувствовал, что земля уходит у него из-под ног, когда услышал слова Аобы, произнесённые привычным для него беззаботным тоном.

«Это… и правда происходит?»

Невинно улыбающийся мальчик из школы и этот парень прямо перед ним – это правда один и тот же человек?

Но Аоба и сейчас улыбался всё так же невинно.

И всё же, его слова не вписывались в ту ‘реальность’, в которой существовал Микадо.

– Зачем… ну зачем вы напали на тех людей из Сайтамы… зачем вы это сделали…

– Они испортили мою прогулку по Икебукуро с Микадо-семпаем и Анри-семпай. Я просто дал выход своему гневу… или это объяснение тебя не устроит?

– …

Микадо застыл не в силах произнести ни слова, судорожно вдыхая воздух.

Скорее всего, никто кроме Куронумы не мог рассказать ему правду о произошедшем.

Придя к такому заключению, Рюгамине крепко сжал свой телефон пальцами левой руки и попытался продолжить ‘беседу’ с Аобой.

– Синие Квадраты… я слышал о них… кажется, это была одна из… цветных банд в этом районе… которая частично влилась в Жёлтые Платки после стычки между этими двумя… это всё, что я слышал.

Когда Микадо закончил, несколько парней удивленно присвистнули. Даже Куронума удивлённо раскрыл глаза:

– …Ты знаешь даже больше, чем я думал. Нет, ну правда, семпай, ты – нечто!

– Зачем ты рассказываешь мне… кому-то вроде меня… такие вещи?

– Потому что я доверяю тебе, семпай. Или такое объяснение тебе не подходит?

– Во-первых, это вообще ничего не объясняет… что же ты от меня хочешь?

Теперь Микадо пребывал в ещё большем замешательстве. Он никак не мог понять, чего добивается Аоба.

– Ну, думаю, будет лучше отложить этот разговор до тех пор, пока ты не узнаешь о нас немного больше… но прежде всего, семпай, я хочу попросить тебя об одолжении.

Аоба молча посмотрел на Микадо с высоты металлического каркаса, на котором сидел. Потом, глаза парня заблестели, и он сказал:

– Лидер…

– Что…?

– Я не прошу тебя встать во главе Долларов. Это нарушит принципы, на которых эта банда была основана.

Хахахахаха. Рассмеялись они.

Хахахахаха. Заржали они.

Микадо не понимал, что смешного было в словах Аобы, но все остальные ребята засмеялись, как только их услышали. Их смех эхом разносился по всему заводу, словно музыка.

Куронума заговорил снова, как будто в такт этой музыке, нараспев, и его слова прекрасно слились с обстановкой заброшенного завода, заставляя сердце Микадо биться всё чаще.

– …Вот почему я надеюсь, что ты встанешь во главе Синих Квадратов.

– Что…

– По сути, это значит, что мы будем подчиняться твоим приказам.

Это он никак не ожидал.

Больше Микадо ничего не мог сказать о сложившейся ситуации.

Он сейчас чувствовал себя так, как будто ему ни с того ни с сего предложили стать королём Саудовской Аравии. Если бы Рюгамине описал свои ощущения Юмасаки и Карисаве, они бы, наверное, спросили, из какой манги он вышел.

Вот до какой степени внезапным и необъяснимым было для Микадо предложение Аобы.

– Но зачем… ты просишь меня…

– Ну, у меня на это много причин. Но, в основном из-за того, что семпай в Долларах не последний человек.

– Не последний человек…? – словно попугай повторил смущенный Микадо.

Куронума ответил ему сразу же:

– Короче говоря, ты, семпай, основатель Долларов.

– …!!!

– Удивлен? Наша информационная сеть не меньше твоей.

Аоба не проявлял ни страха, ни презрения к безмолвному основателю. Он всего лишь продолжал говорить привычным для себя тоном:

– Ты можешь использовать нас как тебе угодно, семпай… Если ты решишь покончить с этим конфликтом, поставишь нас на колени перед Торамару и отдашь им на избиение… да будет так. Мы сделаем всё так, как ты скажешь. И после того, как мы выпишемся из больницы, ты станешь нашим лидером… А если ты скажешь нам «Защитите своих товарищей из Долларов и уничтожьте этих отбросов из Торамару» – в этом случае мы пойдём и достанем их, чего бы нам это ни стоило.

– Я никогда…. Я никогда не скажу вам сделать ни то, ни другое.

Микадо отчаянно замотал головой и проговорил срывающимся от волнения голосом:

– Да как тебе вообще могло прийти в голову, что я приму твоё предложение…? Если хочешь избежать конфликта, не говори никому, что состоишь в Долларах, и все у тебя будет в порядке! Я так считаю. И я не тот, кто вам нужен!

Он сказал всё это от чистого сердца.

По крайней мере, сам Микадо так думал.

Но Аоба, дослушав его выкрики, медленно поднялся и подошёл к Рюгамине так близко, что теперь они стояли лицом к лицу.

А потом он прошептал так тихо, что услышать его мог только Рюгамине:

– …Это ложь.

Его голос звучал счастливым, таким счастливым… –

– Потому что, семпай…

– Что…?

– Микадо-семпай, разве ты не…

– …улыбаешься?

DRRR v05 15


♂♀


В то же время, около заброшенного завода

Разговор проходил в закрытом помещении, исключительно между двумя непосредственно вовлеченными сторонами.

И что бы Микадо ни решил, его слова не предназначались для посторонних.

Однако свидетелем происходящего уже стала третья сторона.

Хотя, её по праву можно было считать ‘вовлечённой стороной’ в более широком смысле этого слова.

«Хммм…»

Селти Стурлусон, спрятавшись в тени у окна заброшенного завода, беззвучно размышляла.

«…Что же здесь происходит?»

Слух Селти был достаточно хорош для того, чтобы уловить, о чём шла речь внутри здания.

На первый взгляд могло показаться, что это была обычная разборка между хулиганами, но одной из главных сторон разговора был знакомый ей мальчик.

«Неужели я только что стала свидетелем переломного момента в жизни Микадо-куна?»

На самом деле она пришла сюда ни за Микадо, ни за кем-либо из других мальчишек.

Прошлой ночью Селти вернулась в элитную квартиру Шинры, но всего на несколько минут.

Она удивилась, встретив там Шизуо и его босса, но, объяснив, почему Анри нужно у них переночевать, развернулась на 180 градусов и второпях убежала.

Причина была проста.

Она должна была найти девочку с фотографии – внучку главы Авакусу-кай.

По словам Шики, девочка целыми днями просиживала в круглосуточных манга-кафе и семейных ресторанах.

Как могла маленькая девочка допоздна засиживаться в семейных ресторанах и не привлечь внимание полиции? Селти поразмыслила на эту тему и пришла к выводу, что девочке известны какие-то способы проживания в подобных заведениях, о которых она сама не имеет ни малейшего представления.

Она также никак не могла понять, где девочка принимает душ и переодевается. Однако посетив манга-кафе (где её шлем, полностью скрывающий лицо, привлек удивленные взгляды посетителей), женщина весьма удивилась, обнаружив в нём душ и другие удобства.

Также она слышала, что девочка время от времени ночует у своих одноклассников и друзей по интернету, так что даже Шики и его разведывательной сети было непросто её разыскать.

Шики сказал, что они свяжутся с ней, как только найдут девочку. Теперь Селти беспокоилась ещё больше, зная, что эти люди со своим ужасным оружием бродят где-то в окрестностях Икебукуро, в то время как она разыскивает девочку, с которой ни разу не встречалась лично.

Поэтому Селти всю ночь пыталась найти её на улицах Икебукуро, даже не подозревая о том, что искать эту девочку ей следовало в своей собственной квартире.

В итоге, обойдя к утру все окрестные семейные рестораны, она так и не нашла Акане. Тогда она решила для начала разыскать напавших на неё и Анри этой ночью людей и последовала за чёрной нитью, которая и привела её к заброшенному заводу.

«Кстати… я и не знала, что моя тень может, не порвавшись, растянуться на несколько миль».

Селти искренне удивилась возможностям своих теней, когда обнаружила, что нить не порвалась ни в одном месте. Тонкая, скользящая тень, попав на землю, вела себя как настоящая: не оборачивалась вокруг людей и предметов, а ещё об неё было невозможно споткнуться.

Кроме того, тень могла перемещаться в виде жидкости или газа, что давало Селти возможность призвать её обратно в считанные секунды, даже если та была сто раз обернута вокруг здания.

«Чувствую себя робокошкой[24] из будущего. Ладно, подумаю об этом потом».

Она отбросила мысли о своих тенях и их невероятно полезных способностях и сосредоточилась на том, что происходило у нее перед ‘глазами’.

«Кстати, возвращение этого заброшенного завода в мою жизнь несколько странно», – мимоходом отметила она, думая, что же ей делать дальше.

Ей было любопытно, какое решение примет Микадо, но также её волновало, правильно ли было оставаться здесь и подслушивать.

В душе Селти зародилось чувство вины, однако она не могла заставить себя уйти и продолжала слушать.

Но и за ней тоже кое-кто наблюдал.


♂♀


В то же время, в “Русских Суши”

– Так о чём ты хотел со мной поговорить?

– Я подумал, что должен сообщить тебе, что нашел доказательства того, что эта парочка прибыла в Икебукуро.

Собеседники говорили по-русски.

Лицо шеф-повара суши-бара застыло, когда он услышал слова Игоря, своего старого знакомого.

– …Я думал, ты сказал, что мы их не знаем.

– Сказал.

– Да, это правда, что мы не знаем этого парня по кличке Слон, но Ворона, разве это не Маленькая дочь Господина Дракона?

– Я не лгал, когда сказал тебе, что ты их не знаешь… она больше не та маленькая девочка, которую ты помнишь, Денис.

Саймон ушел завлекать посетителей. В ресторане, где уже начался рабочий день, находились только Игорь и шеф-повар.

– Мне неважно, как она изменилась. Маленькая дочка есть маленькая дочка. Полковник Лингерин сказал бы то же самое.

– Хорошо… Если ты стал мыслить как Лингерин…, – выдохнул Игорь, отметив, что шеф-повар совсем не обеспокоен. – Ты слышал что-нибудь прошлой ночью?

– …Издалека я слышал звук выстрела. Он звучал так, как будто его произвела невероятная крупнокалиберная винтовка.

– И я слышал. Возможно, это были Ворона и Слон. И вовсе не ‘как будто’. Это и была та самая крупнокалиберная снайперская винтовка, которую они забрали из нашей компании.

– …

Почёсывая бинты на лице, Игорь озвучил свои выводы шеф-повару, молча точившему свой тесак.

– Если мы не попытаемся остановить её сейчас, это никому не принесет добра: ни Вороне, ни Дракону, ни самому городу Токио. И конечно… это не принесет добра и тебе, ведь ты любишь этот город всем сердцем.


♂♀


В то же время, на крыше высотного здания недалеко от заброшенного завода

– Заброшенный завод никем не используется. Ложная информация. В нём собираются хулиганы.

– Похоже, Чёрный Мотоцикл прячется от детей… Может, подстрелим его?

Ворона покачала головой, когда Слон задал этот вопрос, направив на Селти прицел своей винтовки.

– Вчера после выстрела он выжил. Настоящий монстр. Неудачный выстрел выдаст наше местоположение. Фатально.

Ворона и Слон ждали удобного случая на крыше одного дома недалеко от заброшенного завода.

Они выбрали место, откуда была видна большая часть территории, и продолжали следить за Селти, нашедшей это место благодаря своей чёрной нити.

Если бы им нужно было найти любого другого человека, они могли сделать это сами, просто проследив, откуда берет начало эта чёрная нить; но поскольку парочка находилась с Чёрным Гонщиком в состоянии войны, было бы очень неразумно рисковать нарваться на него, в открытую следуя за нитью.

Поэтому они решили припарковать мотоцикл Вороны посреди заброшенного завода и заманить туда гонщика.

Но как только он появился, в это место приехала банда странных мальчишек, и Чёрный Мотоцикл был вынужден спрятаться за окном, чтобы мальчики его не заметили.

Однако Вороне и Слону хорошо было видно его укрытие.

Понаблюдав за ним некоторое время, Ворона глубоко вздохнула и, понизив голос, прошептала с лицом, лишённым эмоций:

– Я проследую за монстром. Цель, маленький ребёнок, возможно, находится здесь.

Услышав эти слова, Слон вздохнул.

– Похоже, тебе всё это нравится.

– Подтверждаю. Это начинает доставлять мне удовольствие.

Лишенное всяческих эмоций выражение лица Вороны, унаследованное ею от отца, едва заметно изменилось, когда она произнесла запутанные слова любви:

– Икебукуро, мне нравится. Наполовину разочарована, наполовину завидую. Проблеск надежды. Это… точно любовь.

– Я решила, что люблю Икебукуро. Подтверждаю.


♂♀


В то же время, офисное здание в Икебукуро

– Чёртов ублюдок! Я же сказал ему больше не появляться в Икебукуро!

Выпалил Шизуо, поднимаясь по лестнице офисного здания, находящегося вдали от шумных улиц.

– Свил здесь себе гнездышко, как будто вообще не слышал, что я ему сказал.

Поднявшись на третий этаж, он пристально посмотрел на дверь офиса, оказавшуюся перед ним.

Согласно тому объявлению, именно здесь должен был находиться новый офис Изаи. На двери не было ни таблички, ни чего-нибудь в этом роде, однако ничего похожего он не заметил и на других дверях в здании.

«Всё равно, я просто постучусь в дверь, притворившись клиентом. Посмотрим, что из этого выйдет».

Он постучал.

– …

И никто не ответил.

Сбоку он увидел дверной звонок, позвонил, но ответа снова не последовало.

Может быть, Изая вышел? Но, прислушавшись повнимательней, он уловил шум от работающего радио или телевизора.

«Он притворяется, что его нет, рассчитывая на то, что я не обращу внимания на этот шум!?»

Шизуо перестал сдерживать ярость и схватился за дверную ручку с намерением выбить дверь, но…

«Чего?»

Дверь была не заперта – она открылась легко, без малейшего сопротивления.

«Что за чёрт, она была открыта все это время!»

Шизуо отпустил дверную ручку, которая изменила форму под давлением его ладони, и ворвался в офис.

Он вошел в помещение, напоминавшее офисный блок; стены в первой комнате были увешаны полками, многочисленные файлы на них, казалось, были выставлены напоказ.

«Вот, значит, как выглядит офис информатора».

Несмотря на то, что он все еще сомневался, Шизуо вошёл в следующую комнату, надеясь найти там своего врага.

И вот, что он увидел…

– …

– ………

– ………………Агрх!

Он потерял счет времени, глядя на открывшуюся ему картину.

Поначалу Шизуо не имел ни малейшего понятия, что означает развернувшаяся перед ним сцена, несмотря на все самые смелые мысли, всплывшие в его сознании.

Не то, чтобы она была такой непонятной; на самом деле, любой человек, кроме него, сразу бы понял, в чем тут дело.

Но для него, как для непосредственно вовлечённого в происходящее, это было за пределами понимания.

Тем, что он увидел, были куски человеческой плоти, одетые в костюмы.

Один из них лежал перед телевизором, который стоял слева.

Другой развалился в кресле.

Третий был буквально впечатан перегородку между комнатами.

Одного взгляда на них было достаточно, чтобы понять, что их ‘прикончили’.

Половина лица того, что лежал в кресле, напоминала фарш.

Шея парня, развалившегося в кресле, была свернута на 180 градусов.

Тело человека у стены был неестественно вывернуто.

Однако между ними было нечто общее.

Казалось, они были убиты голыми руками или чем-то оставляющим точно такое же впечатление.

«…»

Много времени прошло с тех пор, как он в последний раз видел трупы.

Шизуо никогда никого не убивал, но в старшей школе его постоянно втягивали в неприятности, так что он видел мертвецов не раз.

Если бы не это обстоятельство, его бы вырвало от ужасающего зрелища, которое представляло собой это зверское убийство.

Он понятия не имел, как долго находился на месте убийства.

«Чёрт! Что за хрень со мной происходит?!»

«Откуда взялись трупы в офисе Изаи?»

Невероятность происходящего порождала в сознании Хейваджимы многие вопросы. За одним следовал другой.

«Кстати говоря… А это вообще офис Изаи…?»

Размышления мужчины прервал яростный крик, раздавшийся у него из-за спины.

– КАКОГО ЧЁРТА ТЫ СЮДА ВЛОМИЛСЯ… А, ЧЕГО…?

Обернувшись, Шизуо увидел молодого скинхеда.

Сначала этот человек выглядел довольно угрожающе, но когда он увидел Шизуо, о котором, вероятно, был наслышан, на его лице появился страх.

Скинхед перевел взгляд с Шизуо на трупы, разбросанные по комнате.

Его глаза расширились, челюсть отвисла, задыхаясь, он безмолвно шевелил губами, как золотая рыбка.

– Т-т-ты-ты, уб-б-б-блюдо-к, ты… ублюдок!

Цепляясь руками за стену у себя за спиной, он побежал обратно в первую комнату, ближе к выходу.

Шизуо ничего не успел сказать.

Он сжал пальцами руки свой подбородок, и задумался на мгновение…

И понял, что так просто попался на грошовый трюк, и волей неволей даже он сам осознал всю ироничность этой ситуации.

Через десять секунд вернулся скинхед с пистолетом в руках и начал озираться по сторонам в поисках Шизуо глазами, полными страха.

Но его здесь уже не было; только ветер завывал, врываясь в офис через открытое окно на третьем этаже.

Ещё пару секунд спустя…

…скинхед кричал в телефонную трубку:

– Шизуо… Хейваджима Шизуо! Ошибки быть не может! Сейчас же свяжитесь с господином Шики!

– Этот ублюдок … убил прямо в офисе трёх наших людей…!

Вот так ‘повседневности’ Шизуо Хейваджимы и его ‘надеждам’ на мирную жизнь сегодня, в эту самую секунду, был положен конец.


♂♀


4 мая, полдень, Восточные Ворота Станции Икебукуро, перед скульптурой совы

– Не бойся. Скоро мы должны встретиться с очень хорошими людьми.

Акане посмотрела на ласково говорившую с ней Анри и кивнула.

Жар у девочки окончательно спал. Никто не знал, куда ушел Шизуо, так что источник психологического давления на ребёнка исчез вместе с болезнью.

Шинра объявил, что с ней «всё почти в порядке», поэтому Анри повела её на прогулку, надеясь немного развеселить.

Она боялась, что девочка сбежит, но та сказала: «…Эм, когда этот человек, Шизуо, вернётся, я с ним поговорю», – и Анри решила ей поверить.

Более того, девушку очень беспокоила причастность Изаи к этой странной истории.

Однажды Анри уже сталкивалась с Изаей. Он, без сомнения, был врагом “Сайки”.

В довершение ко всему, на неё вчера напали, и то, что девочка сказала о грозящей своим папе и дедушке опасности, беспокоило Сонохару ничуть не меньше.

– Хммм, а не слишком ли опасно тогда снаружи? – засомневался Шинра, но Анри убедила и его, и себя, что на них не нападут средь бела дня на людных улицах Икебукуро.

– Хорошо, тогда я позвоню Селти. Попрошу её с вами встретиться, как только она освободится. Если бы Шизуо всё ещё был здесь, я бы назначил его вашим телохранителем, ха-ха, – шутливо сказал Шинра, когда Анри рассказала, что должна встретиться с Микадо и Аобой, и разрешил им выйти из дома.

Но теперь ей казалось, что прийти сюда было слишком безрассудной идеей.

Если бы вчерашние преступники всё-таки осмелились напасть на неё средь бела дня, жизнь Акане могла бы быть поставлена под угрозу.

Анри всё ждала и ждала, прокручивая в голове эти мысли.

Ждала Микадо и Аобу, которые могли придать ей уверенности в повседневности её жизни.

Она ещё не знала.

Повседневная жизнь Икебукуро – особенно той его части, к которой относились она и все её знакомые – уже рухнула.

Более того, они сейчас были в шаге от эпицентра этого крушения…

Но Сонохара Анри всё ещё ничего не замечала.


♂♀


Где-то в темноте, Икебукуро

Орихара Изая тоже получил сообщение о нападениях на Долларов.

Однако он знал гораздо больше.

Многочисленные ‘источники информации’, которые были у него по всему городу, сообщили ему о том же. Некоторые докладывали о совершенно неуместных происшествиях.

Изая уделял одинаковое внимание всем этим новостям, проверяя сообщения и бормоча себе под нос:

– Маленькие проходимцы из Синих Квадратов, и они вытворяют такое, когда я на полпути к осуществлению нашего плана?

Думая об одном мальчишке, Изая испытывал одновременно интерес и разочарование.

– Ну, хорошо. Если подумать, Куронума Аоба тоже один из моих любимых кохаев из Райры. Этот вызов… я его приму.

Он жал на кнопки на своем телефоне и продолжал говорить то ли с окружавшей его темнотой, то ли с самим собой.

– Отныне мы все будем играть в открытую. В этой игре лисы будут стараться друг друга перехитрить, а игроки будут стремиться к взаимному уничтожению.

Отправив несколько сообщений, Изая нащупал в темноте дверную ручку.

– Что ж. Раз уж мы оба чёрные овечки в море Долларов…

Как только дверь открылась, ослепительное полуденное солнце осветило его веки.

Он неохотно посмотрел на небо, словно оно обидело его своей чрезмерной яркостью.

– Почему бы нам не пообедать вместе?

Орихара Изая улыбался.

Никто не мог знать точно, как много ему известно о Куронуме Аобе и его банде.

Собирался ли он нанести им поражение или же тайно желал быть побеждённым ими?

На лице Изаи сияла улыбка простого человека. Однако это лишь придавало всему его виду что-то противоестественное.

С этой улыбки…

… начиналась новая запутанная история.

В роляхПравить

DRRR v05 16

Селти Стурлусон

Кишитани Шинра

Рюгамине Микадо

Сонохара Анри

Кида Масаоми

Орихара Изая

Хейваджима Шизуо

Авакусу Акане

Рокуджо Чикаге

Куронума Аоба

Орихара Курури

Орихара Маиру

Юмасаки Уолкер

Карисава Эрика

Кадота Кёхей

Ягири Намие

Шики

Танака Том

Ворона

Слон

Лингерин Дуглаников

Дракон

Денис

Саймон Брежнев

КОНЕЦ 5 ТОМА

ПримечанияПравить

  1. Здесь Шинра использует местоимение ‘boku’
  2. Здесь он использует ‘ore’.
  3. Здесь он использует ‘watashi’.
  4. Боевая Кукла – укороченное прозвище Шизуо, “Автоматическая Боевая Кукла Икебукуро”
  5. Toranoana, Manga no Mori, Animate, Butler Café – священные места для японских анимешников.
  6. Юкичи-семпай – на банкноте в 10000 иен изображён Юкичи Фукудзава (1875-1901): общественный деятель, профессор, основатель престижного университета Кэйо.
  7. Хидэо-кун – на банкноте в 1000 иен изображён Хидэо Ногучи (1876-1928): известный ученый, микробиолог, исследовавший свойства змеиного яда, внесший большой вклад по изучению оспы и желтой лихорадки, а также выделивший бактерию, вызывающую сифилис (бледную трепонему).
  8. Дайканьяма – квартал в Шибуе (Токио).
  9. Омотесандо – дорога в Шибуе и Минато (Токио) возле Станции Харадзюку. Дайканьяма и Омотесандо – прибыльные торговые территории, которые славятся обилием брендовых магазинов, таких как Louis Vuitton и Prada.
  10. Кенка-кик – вы всё поймёте по http://ja.wikipedia.org/wiki/%E3%83%95%E3%82%A1%E3%82%A4%E3%83%AB:The_Undertaker_-_Big_Boot.jpg
  11. Lotteria – сеть японских ресторанов фастфуд, которые также распространены в некоторых странах Восточной и Юго-Восточной Азии.
  12. Sin-Clone-y-City в английском варианте
  13. Докьёбоши – манга, написанная Ямадой Йошихиро в 2000 году. Астронавты сражаются с тессерактом (четырёхмерным гиперкубом с трёхмерной тенью), который разрушает первый космический корабль, посланный людьми на Марс.
  14. Банши – в шотландском и ирландском эпосе это дух, который своим стоном предвещает смерть.
  15. Этот парень – Насуджима Такаши из второго тома Durarara!!.
  16. Занять лапы кошки – японская идиома для описания нестандартных ситуаций.
  17. Дайдарабочи – огромный демон из японской мифологии.
  18. Pacry – реальная версия этого сайта, как и сайта Долларов, и чата Икебукуро, была создана поклонниками Durarara!! – http://pacry.sns-park.com/
  19. Область Вернике: часть коры головного мозга, отвечающая за понимание письменного и разговорного языка.
  20. Во время выпуска 5 тома Durarara!! президентом в России (как и сейчас, собственно) был Путин.
  21. В оригинале эта фраза имела вид «Замолчй Трилобиты»
  22. Здесь Изая использует выражение дара-дара (быть ленивым), от которого и пошло название “Доллары”
  23. Карнард Штраусбург: вымышленный художник из Vamp!, другой серии Нариты Рёго
  24. Робокошка – Селти ссылается на персонажа популярной манги Дораэмон